Ферментативная недостаточность у взрослых: Недостаточность ферментов поджелудочной железы – причины, симптомы, диагностика, лечение

Содержание

Ферментативная терапия при недостаточной внешнесекреторной функции поджелудочной железы :: ТРУДНЫЙ ПАЦИЕНТ

Н.С.Рачкова, А.И.Хавкин
Московский НИИ педиатрии и детской хирургии, Москва

Приводятся схемы лечения экзокринной недостаточности поджелудочной железы, которая наблюдается при многих заболеваниях желудочно-кишечного тракта. Заместительная ферментативная терапия является стандартным и безопасным методом лечения любых форм недостаточности внешнесекреторной функции поджелудочной железы.
Ключевые слова: недостаточность поджелудочной железы, дети, ферментативная терапия.


Fermentative therapies for insufficiency of external sercetory function of the pancreatic gland
N.S.Rachkova, A.I.Khavkin
Moscow Research institute of Pediatry and Pediatric Surgery, Moscow

Charts for treatment of external sercetory function of the pancreatic gland insufficiency are presented. Replacement fermentative therapy is a standard and safe method of treatment of any form of this condition.
Key words: insufficient of pancreatic gland, children, fermentative therapy.

Сведения об авторе:
Хавкин Анатолий Ильич – д.м.н., профессор, руководитель отделения гастроэнтерологии и эндоскопических методов исследования Московского НИИ педиатрии и детской хирургии
Рачкова Нина Сергеевна – к.м.н., врач-гастроэнтеролог отделения гастроэнтерологии и эндоскопических методов исследования Московского НИИ педиатрии и детской хирургии.

В настоящее время ферментативная терапия является основным компонентом лечения при недостаточности поджелудочной железы. Эта терапия безопасна и практически не имеет побочных эффектов.
Нормальное функционирование поджелудочной железы обеспечивает эффективное переваривание и всасывание необходимых питательных веществ. Недостаточность поджелудочной железы становится клинически значимой, когда она приводит к нарушению этих процессов, что особенно важно у детей, так как влияет на их рост и развитие. Другим важным симптомом недостаточности поджелудочной железы является диарея, которая приводит к потере массы тела и снижает качество жизни пациента. Экзокринная недостаточность поджелудочной железы может быть врожденной или приобретенной, и может нарастать, а в некоторых случаях – убывать.

Анатомия и физиология поджелудочной железы
Структура поджелудочной железы у новорожденных детей отличается от взрослых значительным развитием соединительной и сосудистой ткани и относительной бедностью паренхимы. Низкая кислотность желудка и «слабая» протеолитическая активность ЖКТ в первые часы, дни и месяцы жизни обеспечивают формирование пассивного иммунитета младенца, так как антитела молозива и грудного молока всасываются, не повреждаясь и не перевариваясь. Известно, что в молозиве обнаружено наличие белка – ингибитора трипсина.
Наиболее интенсивный рост поджелудочной железы происходит с 6 мес до 2 лет, что связано с изменением пищевого режима. Второй скачок в развитии наблюдается в 5–7-летнем возрасте. Внешняя секреция поджелудочной железы у пожилых людей снижается. У мужчин ее уровень выше, чем у женщин. Состав секрета поджелудочной железы зависит от характера питания. Так, в исследованиях было показано, что прием пищи, с высоким содержанием жиров и низким содержанием углеводов в течение 2-х недель приводит к 4-кратному увеличению синтеза панкреатических ферментов [1]. Уровень липазы в просвете двенадцатиперстной кишки у человека изменяется в зависимости от количества и типа употребляемых липидов за один прием пищи. В связи с изменяющимся составом секрета поджелудочной железы, зависящим от различных факторов, определить нормальный уровень ферментов у здорового человека очень трудно.

Сок поджелудочной железы состоит из многочисленных ферментов и водного раствора бикарбоната натрия. Объем секрета поджелудочной железы составляет около 1 л/сут и может увеличиваться до 1,5–2 л/сут. Поступление химуса через привратник вызывает образование холецистокинина, синтезируемого в эндокринных клетках двенадцатиперстной кишки, который стимулирует секрецию ферментов поджелудочной железой и регулирует скорость опорожнения желудка. Кислый рН химуса стимулирует выделение секретина, который приводит к увеличению секреции бикарбонатов и воды поджелудочной железой. Эта желудочная фаза регуляции секреции поджелудочной железы играет важную роль при нарушениях моторики желудка, сопровождающихся его замедленным опорожнением. В кишечной фазе под воздействием нейромедиаторов, нейропептидов и гормонов происходит дальнейшая стимуляция секреции поджелудочной железы. Таким образом, ее секреторная активность зависит от состава, калорийности, физических свойств пищи, скорости поступления из желудка. В норме максимальная концентрация ферментов в двенадцатиперстной кишке достигается через 30 мин после приема пищи и постепенно уменьшается в течение последующих 3–4 ч. У людей, принимающих пищу чаще 3-х раз в день, происходит постоянное поступление пищи из желудка в двенадцатиперстную кишку, в результате чего поджелудочная железа активно синтезирует ферменты на протяжении всего дня и до поздней ночи.

Роль панкреатических ферментов в переваривании пищи
Поджелудочная железа синтезирует более 2 десятков различных пищеварительных ферментов, необходимых для переваривания белков (трипсиноген, химотрипсиноген, проэластаза, протеазы Е, калликреиноген, прокарбоксипептидазы), углеводов (α-амилаза) и липидов (липазы). Ферменты, расщепляющие белки, секретируются в виде про-ферментов, а амилаза и липазы в активной форме. Упаковка и транспортировка ферментов в двенадцатиперстную кишку до их активации играет критически важную роль в предотвращении самопереваривания поджелудочной железы, что может запустить развитие острого панкреатита.
Переваривание белков начинается в желудке под воздействием соляной кислоты и пепсина, продолжается в двенадцатиперстной кишке под воздействием протеаз поджелудочной железы и заканчивается под воздействием ферментов аминопептидаз и дипептидаз, которые синтезируются клетками тонкого кишечника в активной форме на протяжении всей его поверхности.

Расщепление крахмала начинается в ротовой полости под действием амилазы слюны, продолжается амилазой поджелудочной железы и заканчивается на поверхности щеточной каемки энтероцитов под воздействием олигосахаридаз.
В отличие от переваривания белков и углеводов расщепление и всасывание липидов происходит на большем протяжении – от пилоруса до связки Трейтца. Липаза желудка, вырабатываемая клетками дна желудка, не играет существенной роли в переваривании пищевых жиров, однако в антральном отделе желудка может проходить начальный процесс липолиза мельчайших жировых капель. При попадании химуса в тонкую кишку жиры подвергаются воздействию панкреатической липазы, которая катализирует отщепление жирных кислот от глицерола в положении 1 и 3. Помимо липазы поджелудочная железа вырабатывает фосфолипазу А2, которая в присутствии ионов Са2+ и желчных кислот гидролизует эфирную связь во 2 положении. Поскольку жиры являются нерастворимыми в воде соединениями, то они могут подвергаться действию ферментов только на границе раздела фаз вода/жир. Поэтому действию панкреатической липазы, гидролизующей жиры, предшествует их эмульгирование. Эмульгирование происходит в тонком кишечнике под действием солей желчных кислот. Продукты гидролиза жиров плохо растворимы в воде и могут находиться в кишечнике только в виде мицелл. Хотя жирные кислоты с короткой и средней цепью (менее 12 атомов углерода) хорошо растворимы в воде и могут диффундировать к поверхности энтероцита, не встраиваясь в мицеллы. В норме всасывается более 98% пищевых липидов.

Экзокринная недостаточность поджелудочной железы
Выделяют абсолютную и относительную недостаточность поджелудочной железы (табл. 1). Относительная недостаточность поджелудочной железы – это обратимое состояние, наиболее часто встречается у детей. При этом структура поджелудочной железы не нарушена, однако нарушается адекватная секреция ферментов, их перемешивание с пищей, или ферменты инактивируются вследствие изменения оптимальной кислотности для их работы, которая составляет 6–6,5. Все это приводит к нарушению переваривания питательных веществ. Причинами относительной недостаточности являются незрелость железы у новорожденных детей, снижение секреции холецистокинина энтероцитами двенадцатиперстной кишки при целиакии, болезни Крона, выраженных дуоденитах другой этиологии. Воспалительные, а также функциональные заболевания желудка и двенадцатиперстной кишки, которые сопровождаются нарушениями моторно-эвакуаторной функции желудка, приводят к неадекватной постпрандиальной регуляции секреции поджелудочной железы. Ускорение транзита по тонкой кишке приводит к плохому смешиванию пищи с ферментами поджелудочной железы и желчью, что может также ухудшать переваривание и всасывание пищи. Такое же явление наблюдается при резекции желудка, синдроме короткой кишки, гастропарезе. Возникает нарушение физиологической синхронизации синтеза ферментов в просвет двенадцатиперстной кишки с поступлением туда пищи из желудка. Кроме того, ускоренное поступление химуса в двенадцатиперстную кишку приводит к недостаточной стимуляции синтеза ее гормонов, которые в норме стимулируют секрецию сока поджелудочной железы. Изменение кислотности в просвете двенадцатиперстной кишки, вследствие нарушенного транзита пищи, синдрома избыточного бактериального роста, синдрома Золлингера приводит к нарушению адекватной секреции поджелудочной железы, а также к снижению активности панкреатических ферментов. Низкие значения рН приводят также к денатурации желчных солей, что усугубляет нарушение переваривания липидов.

Наиболее известными заболеваниями, сопровождающимися необратимой недостаточностью поджелудочной железы, являются хронический панкреатит, муковисцидоз, синдром Швахмана–Даймонда, тяжелый острый панкреатит. Разрушение ацинусов поджелудочной железы приводит к снижению синтеза ферментов. Тем не менее, переваривание липидов может поддерживаться за счет действия липазы желудка, которая у больных с панкреатитом часто бывает повышена [2]. Липаза желудка может сохранять свою активность и в просвете двенадцатиперстной кишки, так как из-за снижения секреторной активности поджелудочной железы уменьшается синтез бикарбонатов и поэтому рН в просвете двенадцатиперстной кишки остается низким. Однако действие желудочной липазы не может полностью компенсировать отсутствие панкреатической липазы.

Диагностика
Диагностика недостаточности поджелудочной железы проводится с помощью прямых и непрямых методов. К прямым методам относится анализ панкреатического сока, который получают при зондировании двенадцатиперстной кишки, после стимуляции секреции поджелудочной железы, например путем введения секретина и/или панкреоземина.
К непрямым методам относят определение продуктов переваривания, которые выводятся со стулом или всасываются в кровь и определяются в крови, моче или в выдыхаемом воздухе.

Наиболее простым и доступным методом является копрологическое исследование. Выявление стеатореи указывает на недостаточность поджелудочной железы. Однако этот метод является наименее чувствительным. Стеатореи может не быть, если пациент получает заместительную ферментативную терапию или находится на диете с низким содержанием жира и, наоборот стеаторея может определяться в случае, если в рационе присутствовали неперевариваемые жиры или препараты, уменьшающие всасывание жиров.
Наиболее чувствительным методом является определение уровня панкретической эластазы-1 в стуле. На результаты теста не влияют ни характер питания, ни прием ферментативных препаратов. Однако этот метод чувствителен при средней и тяжелой степени недостаточности поджелудочной железы. В случае легкой степени недостаточности внешнесекреторной функции поджелудочной железы тест может быть отрицательным, а у пациентов с диареей или некоторыми другими заболеваниями кишечника результаты теста могут быть ложно-положительными [3].

Лечение
Таким образом, большое количество различных заболеваний желудочно-кишечного тракта часто сопровождаются относительной или абсолютной недостаточностью поджелудочной железы. Ее лечение включает в себя заместительную ферментативную терапию, назначение жирорастворимых витаминов А, Д, Е и К, а также, если возможно, лечение основной причины заболевания.
Основной целью заместительной ферментотерапии является сведение к минимуму нарушения всасывания питательных веществ, в частности липидов. Для того чтобы избежать инактивации ферментов в желудке используют защитную оболочку, которая растворяется при рН, превышающих 5,0–5,5. Критерием эффективности терапии является облегчение симптомов, связанных c внешнесекреторной недостаточностью поджелудочной железы, таких как боли в животе и метеоризм, улучшение консистенции стула, а также уменьшение стеатореи.
Широко используемым в педиатрии ферментативным препаратом является Мезим® форте. Он содержит ферменты поджелудочной железы: амилазу, липазу, протеазу. На сегодняшний день препарат представлен в двух формах: Мезим® форте, содержащий 3500 МЕ липазы, 4200 МЕ амилазы и 250 МЕ протеазы, а также Мезим® 10000, в котором количество единиц фермента липазы – 10000 МЕ, амилазы – 7500 МЕ, протеазы – 350 ЕД. Средняя доза ферментативного препарата рассчитывается по липазе. Необходимо начинать лечение с 1000 ЕД липазы на кг массы тела в сут. Однако следует учитывать характер питания и выраженность ферментативной недостаточности. Пациентов следует предупреждать, что прием жирной пищи или большого объема пищи требует приема дополнительной дозы ферментов. Детям Мезим® форте назначается с того возраста когда ребенок способен проглотить таблетку целиком (~3–5 лет). Возможно деление таблетки у детей раннего возраста, поскольку в силу возрастной гипохлоргидрии инактивации ферментов не происходит [4]
В среднем, при функциональных нарушениях у детей Мезим® форте назначают по 1–2 таблетки
3 раза в день перед едой (табл. 2). Мезим® 10000 назначается в тех случаях, когда необходимы более высокие дозировки (увеличение дозировки при неэффективности предшествующей терапии меньшими дозировками, масса тела ребенка превышает 31 кг). Мезим® 10000 назначают по 1–2 таблетки 3 раза в день во время еды [5]. Длительность терапии определяется индивидуально и зависит от характера и причины недостаточности поджелудочной железы. Прием ферментов прекращают в случае исчезновения клинических и копрологических признаков мальдигестии и мальабсорбции (нарушение переваривания и всасываания).
Таким образом, секреция поджелудочной железы в большой степени зависит от состояния и функционирования других отделов пищеварительной системы. В связи с этим экзокринная недостаточность поджелудочной железы может наблюдаться при многих заболеваниях желудочно-кишечного тракта. Заместительная ферментативная терапия является стандартным и безопасным методом лечения любых форм недостаточности внешнесекреторной функции поджелудочной железы.

1. Boivin M., Lanspa SJ, Zinsmeister A.R., Go V.L., DiMagno E.P. Are diets associated with different rates of human interdigestive and post-prandial pancreatic enzyme secretion? Gastroenterology. 1990; 99 (6): 1763–1771.
2. Hamosh M. Lingua land gastric lipases. Nutrition. 1990; 6(6): 421–428.
3. Amann S.T., Bishop M., Curington C., Toskes P.P. Fecal pancreatice lastase 1 is inaccurate in the diagnosis of chronic pancreatitis. Pancreas. 1996;13: 226–230.
4. Клинические аспекты целиакии у детей: пособие для практических врачей-педиатров / Коровина Н. А., Захарова И. Н., Лысиков Ю.А. и др. М.: МедЭкспертПресс, 2007; 55.
5. Захарова И.Н., Андрюхина Е.Н. Экзокринная недостаточность поджелудочной железы: что делать и как лечить. Трудный пациент. 2011; 8–9: 9–52.

виды, возможные причины, симптомы и терапия

Под термином «ферментативная недостаточность» понимается патологическое состояние, при котором количество вырабатываемых энзимов не соответствует реальным потребностям организма. Недостаток биологически активных веществ способствует возникновению расстройств пищеварительных процессов. Ферментативная недостаточность не является самостоятельным заболеванием. Это тревожный признак, который свидетельствует о развитии в организме серьезной патологии. Игнорирование заболевания приводит к возникновению осложнений.

Механизм развития

В норме в желудочно-кишечном тракте происходит выработка биологически активных веществ – энзимов, принимающих непосредственное участие в процессе пищеварения. Под воздействием различных неблагоприятных факторов происходит уменьшение продукции ферментов. В результате организм не получает того количества энзимов, в котором нуждается.

Медики выделяют 2 формы недуга: гастрогенную и панкреатическую. В первом случае ферментативная недостаточность обусловлена снижением выработки желудочного сока. Панкреатическая форма развивается на фоне течения патологий поджелудочной железы.

Причины

Заболевание может возникнуть под воздействием множества провоцирующих факторов. Основные причины развития ферментативной недостаточности:

  • Регулярное потребление большого количества пищи. В результате желудочно-кишечный тракт не справляется и не может вырабатывать энзимы в нужном объеме.
  • Панкреатит как острого, так и хронического характера.
  • Глистные инвазии.
  • Новообразования как доброкачественного, так и злокачественного характера.
  • Наличие конкрементов в желчном пузыре, в результате чего возникает нарушение оттока секрета поджелудочной железы.
  • Гипоацидный гастрит, на фоне которого уменьшается выработка пищеварительных ферментов и соляной кислоты.
  • Наличие воспалительных процессов в желудке и/или тонком кишечнике (гастрит, гастроэнтерит, энтерит).
  • Патологии печени и желчного пузыря.
  • Болезнь Крона.
  • Заболевания аутоиммунного характера.
  • Амилоидоз.
  • Несбалансированное питание.
  • Частое соблюдение строгих диет.
  • Хирургические вмешательства в органы пищеварительной системы.

Нередко причиной развития ферментативной недостаточности поджелудочной железы являются аномалии врожденного характера. В подобных случаях клинические проявления возникают вскоре после появления ребенка на свет.

Виды недуга

Заболевание может иметь различный характер. Вид ферментативной недостаточности у взрослых и детей устанавливается на этапе диагностики в обязательном порядке. Данная необходимость обусловлена тем, что каждая форма недуга требует определенного подхода в лечении.

Виды недостаточности:

  1. Внешнесекреторная. Развивается на фоне нарушения оттока секрета в двенадцатиперстную кишку, а также при уменьшении массы экзокринной паренхимы. Сбои в работе желудочно-кишечного тракта приводят к выраженной интоксикации организма.
  2. Экзокринная. Данный вид развивается при наличии нарушений в поджелудочной железе, которые носят необратимый характер. Чаще всего дефицит энзимов возникает у людей с недолеченными заболеваниями пищеварительной системы, а также у лиц, чей рацион питания представлен в основном жирными блюдами и спиртосодержащими напитками.
  3. Ферментная. Причиной недуга в этом случае становится бесконтрольный и длительный прием медикаментозных средств, активные компоненты которых негативным образом воздействуют на ткани поджелудочной железы.
  4. Эндокринная. Возникает при повреждении участков железы, ответственных за выработку инсулина, липокаина и глюкагона. В подобных случаях одновременно с ферментативной недостаточностью развивается сахарный диабет.

Таким образом, заболевание имеет несколько видов. Основная задача врача – правильно его определить и составить максимально эффективную схему лечения.

Симптомы

Ферментативная недостаточность – это недуг, клинические проявления которого напрямую зависят от его вида.

Внешнесекреторная форма заболевания имеет следующие признаки:

  • Расстройства пищеварения. Они возникают после употребления жирных блюд, а также продуктов, насыщенных специями.
  • Вздутие живота.
  • Чувство тяжести в желудке.
  • Диарея. При этом в каловых массах можно обнаружить частички жира, не усвоенного организмом.
  • Болезненные ощущения в нижней части живота. Как правило, они иррадиируют в бока.
  • Сухость кожных покровов. Они также приобретают серый оттенок.
  • Учащенное сердцебиение.
  • Одышка.

Симптомы ферментативной недостаточности поджелудочной железы (экзокринная форма):

  • Тошнота, переходящая в рвоту.
  • Метеоризм.
  • Задержка стула.
  • Жидкие каловые массы.
  • Вялость.
  • Нарушения сна.
  • Апатия.

Ферментный вид недостаточности имеет следующие клинические проявления:

  • Урчание и бурление в желудке.
  • Диарея.
  • Уменьшение массы тела.
  • Нарушение аппетита.
  • Сонливость.
  • Быстрое наступление утомления.
  • Болезненные ощущения в области пупочного кольца.

Симптомы эндокринной ферментативной недостаточности:

  • Частые эпизоды диареи.
  • Регулярное возникновение приступов рвоты.
  • Резкое уменьшение массы тела.
  • Отсутствие аппетита.
  • Отрыжка.
  • Вздутие живота.
  • Сонливость.
  • Психоэмоциональная нестабильность.

Особенности заболевания у детей

У малышей патология развивается под воздействием как внешних, так и внутренних провоцирующих факторов. Основные причины ферментативной недостаточности у детей:

  • Генные дефекты.
  • Заболевания поджелудочной железы.
  • Патологии инфекционного характера.
  • Нарушение микрофлоры кишечника.
  • Бесконтрольное употребление медикаментов.
  • Несбалансированное питание.
  • Проживание в регионах с неблагоприятными экологическими условиями.

Симптомы ферментативной недостаточности у грудничков появляются вскоре после рождения. Тревожными являются следующие признаки:

  • Жидкий стул.
  • Отсутствие аппетита.
  • Тошнота, переходящая в рвоту.
  • Резкое уменьшение массы тела.
  • Вздутие живота.
  • Болезненные ощущения в желудке.

Кроме того, при ферментативной недостаточности у детей наблюдается сильная задержка физического развития. При появлении вышеперечисленных тревожных признаков необходимо незамедлительно показать новорожденного педиатру.

У детей после года ферментативная недостаточность является следствием несбалансированного питания или неправильного введения прикорма. При этом у детей постарше возникают те же симптомы, что и у новорожденных. При своевременном выявлении недуга достаточно принимать лекарственные средства и скорректировать рацион питания. Лечением должен заниматься педиатр или гастроэнтеролог.

Диагностика

Ферментативная недостаточность, которая носит наследственный характер, в большинстве случаев выявляется уже на этапе неонатального скрининга. У взрослых патология обнаруживается в процессе медицинского осмотра или после того, как человек обратился к врачу с рядом жалоб.

Для выявления и подтверждения диагноза врач назначает комплексное обследование, включающее:

  • УЗИ;
  • дуоденальное зондирование;
  • биохимический анализ крови;
  • забор проб кала и мочи.

При наличии ферментативной недостаточности специалист составляет схему терапии.

Лечение

Для устранения недуга необходим комплексный подход. Схема лечения ферментативной недостаточности напрямую зависит от причин развития патологии и степени ее тяжести. Если заболевание является следствием роста новообразований, первоначально необходимо удалить опухоли. В процессе хирургического вмешательства могут иссекаться не только патологически измененные клетки, но и часть органа.

Если причиной развития недостаточности является сахарный диабет, панкреатит или иной недуг, не требующий оперативного лечения, пациенту показан прием медикаментов, активные компоненты которых нормализуют выработку ферментов в организме. Как правило, врачи назначают следующие препараты: «Креон», «Мезим», «Панкреатин».

Данные медикаменты имеют животное происхождение, так как активным их веществом является переработанная поджелудочная железа, взятая у крупного рогатого скота. Нередко на фоне приема подобных средств у пациентов возникает аллергическая реакция. В таких случаях врач назначает препараты растительного происхождения. Стоит отметить, что их эффективность намного ниже.

Особенности питания

Медикаментозная терапия не приведет к положительному результату, если пациент не будет соблюдать диету. Корректировка рациона питания необходима для того, чтобы уменьшить степень нагрузки на поджелудочную железу, благодаря чему она сможет восстановиться.

Из меню необходимо исключить:

  • жареные, жирные и копченые блюда;
  • сдобную выпечку;
  • мороженое;
  • консервы;
  • грибы;
  • маринады;
  • мясо и рыбу жирных сортов;
  • соленья;
  • крепкий чай и кофе;
  • спиртосодержащие и газированные напитки.

Данный список может быть расширен лечащим врачом. Он же составляет окончательные варианты меню, учитывая индивидуальные особенности здоровья пациента.

Последствия

Игнорирование ферментативной недостаточности приводит к развитию всевозможных осложнений. В первую очередь, человек постоянно будет жаловаться на плохое самочувствие. Неотъемлемые спутники недуга – тошнота и частые эпизоды рвоты. С течением времени работа желудочно-кишечного тракта будет ухудшаться. В результате: снижение аппетита, уменьшение массы тела, диарея, постоянные болезненные ощущения, метеоризм, вздутие, отрыжка.

На фоне ферментативной недостаточности развивается интоксикация организма хронической формы. В результате у человека нарушается работа сердечно-сосудистой системы, ухудшается состояние кожи, снижается степень двигательной активности, появляются неврологические и эндокринные заболевания.

Важно помнить о том, что ферментативная недостаточность не носит самостоятельный характер. Она всегда является симптомом какого-либо заболевания. Игнорирование недуга приводит к тому, что основная патология прогрессирует. В результате создается угроза не только для здоровья, но и для жизни пациента.

Профилактика

Для предотвращения заболевания достаточно своевременно лечить все выявленные патологии и правильно организовать режим питания. Необходимо избегать переедания. Кроме того, нужно внести корректировки в рацион. Желательно следовать принципам правильного питания.

Людям с ферментативной недостаточностью необходимо пожизненно принимать лекарственные средства. Во избежание возникновения болезненных ощущений и ухудшения самочувствия нужно отказаться от жирных, жареных и копченых блюд, а также от газированных и спиртосодержащих напитков.

В заключение

Ферментативная недостаточность – это патологическое состояние, при котором количество вырабатываемых энзимов не соответствует реальным потребностям организма. При возникновении первых тревожных признаков необходимо обратиться к терапевту или гастроэнтерологу. Врач проведет диагностические мероприятия и на их основании составит максимально эффективную схему лечения.

Ферментная недостаточность: причины и лечение

9 месяцевЗдоровье

У малыша неустойчивый стул, часто бывает вздутие животика и беспокоят кишечные колики? Причины таких проявлений могут быть разные, например, ферментная недостаточность. В этом случае исключительное значение имеет питание больного ребенка.

Ферменты (энзимы) представляют собой биологически активные вещества белковой природы, которые выполняют в организме функцию биологических катализаторов тех или иных процессов. Группа пищеварительных ферментов участвует в расщеплении пищевых веществ в пищеварительном тракте.

Недостаточное производство или низкая активность тех или иных пищеварительных ферментов у детей приводит к нарушению процессов переваривания и всасывания компонентов пищи. Это, в свою очередь, обусловливает дефицит жизненно важных веществ в организме ребенка, замедление его физического и нервно-психического развития, нарушение обменных процессов и возникновение вторичных заболеваний.

Почему возникает ферментная недостаточность?

Надежда
Ильинцева
Врач-педиатр,
ГКБ № 1,
г. Ульяновск

Недостаточность тех или иных ферментов может быть врожденной или приобретенной. В первом случае фермент не вырабатывается вследствие «неправильной» генетической программы. Во втором – нехватка ферментов является результатом неблагоприятного воздействия на организм различных внешних факторов: перенесенных инфекций, дефицита витаминов, микроэлементов и белка в рационе ребенка, неблагоприятной экологической обстановки и др.

У детей раннего возраста чаще всего обнаруживается недостаточность ферментов, переваривающих углеводы (сахара). При отсутствии или недостаточной активности фермента, принимающего участие в расщеплении того или иного углевода, не всосавшиеся и оставшиеся в просвете кишечника продукты распада сахаров способствуют выходу воды и электролитов в просвет кишечника (так называемый осмотический понос), стимулируют моторику верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Кроме того, избыток углеводов поступает в толстую кишку. Здесь они активно расщепляются кишечной микрофлорой с образованием органических кислот, газообразного водорода, метана, углекислого газа и воды, что вызывает вздутие живота, колики, усиленные сокращения кишки. У ребенка появляется частый (8–10 раз в сутки и более) жидкий, пенистый стул с кислым запахом, оставляющий большое водянистое пятно на пеленке.

Лактазная недостаточность

Это наиболее частая форма дисахаридазной недостаточности (дисахаридазы – ферменты, расщепляющие дисахариды – простые сахара). Лактазная недостаточность развивается в результате снижения или полного отсутствия фермента лактазы в тонкой кишке. Различают первичную лактазную недостаточность, связанную с врожденной ферментативной недостаточностью, и вторичную, которая развивается вследствие повреждения клеток слизистой оболочки пищеварительного тракта при инфекционных, воспалительных, аутоиммунных заболеваниях кишечника (аутоиммунными называются состояния, связанные с повреждением тканей и органов собственной иммунной системой).

Первичная лактазная недостаточность

Как проявляется?

Наиболее часто педиатры встречаются с гиполактазией у детей первых месяцев жизни. Симптомы (метеоризм, колики, диарея) появляются у ребенка обычно на 3–6-й неделе жизни, что, по-видимому, связано с нарастанием употребляемого ребенком объема молока или молочной смеси. При опросе мамы, как правило, выясняется, что были осложнения в течение беременности и родов, а у ближайших родственников нередко выявляются признаки лактазной недостаточности взрослого типа (непереносимость молока, проявляющаяся послаблением стула после его употребления и нередко сопровождающаяся отвращением к молочным продуктам).

Следует отметить, что клиническая картина заболевания у каждого ребенка индивидуальна и может несколько отличаться, иногда могут иметься только отдельные симптомы. Однако всегда прослеживается четкая связь клинической картины заболевания с употреблением молочного продукта (грудное молоко, молочные смеси).

Проявления лактазной недостаточности зависят не только от степени снижения ферментативной активности слизистой кишечника, но и от уровня лактозы в пище (так, в грудном молоке уровень лактозы высок всегда, но он может становиться еще выше при употреблении мамой сладостей). Большое значение играют состояние микробиоценоза кишечника (полезные кишечные бактерии помогают расщеплять молочный сахар), центральной нервной системы, а также индивидуальная чувствительность кишечника ребенка к дискомфорту. У большей части детей патологические симптомы исчезают к 5–6 месяцам (к моменту введения прикорма) и в дальнейшем не беспокоят.

Диагностика

Диагноз лактазной недостаточности устанавливается врачом на основании клинической картины и результатов исследований. На начальном этапе определяют количество углеводов в анализе кала. Это исследование не дает ответа на вопрос, какие именно углеводы не перевариваются организмом ребенка и в чем причина нарушений. Однако копрологическое исследование широкодоступно, быстро выполняется и позволяет понять, есть ли вообще нарушение переваривания углеводов и их всасывания.

Клинические рекомендации Российской гастроэнтерологической ассоциации по диагностике и лечению экзокринной недостаточности поджелудочной железы | Ивашкин

1. Keller J., Layer P. Human pancreatic exocrine response to nutrients in health and disease. Gut 2005;54 (Suppl 6): vi1-28. 10.1136/gut.2005.065946

2. DiMagno E.P., Malagelada J.R., Go V.L. Relationship between alcoholism and pancreatic insufficiency. An N Y Acad Sci 1975;252:200-7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/1056723

3. Boreham B., Ammori B.J. A prospective evaluation of pancreatic exocrine function in patients with acute pancreatitis: correlation with extent of necrosis and pancreatic endocrine insufficiency. Pancreatology 2003;3(4):303-8. DOI: 10.1159/000071768

4. Migliori M., Pezzilli R., Tomassetti P., Gullo L. Exocrine pancreatic function after alcoholic or biliary acute pancreatitis. Pancreas 2004;28(4):359-63. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/15097850

5. Dominguez-Munoz J.E., Pieramico O., Buchler M., Malfertheiner P. Exocrine pancreatic function in the early phase of human acute pancreatitis. Scand J Gastroenterol 1995;30(2):186-91. http://www.ncbi.nlm. nih.gov/pubmed/7537386

6. Pezzilli R., Simoni P., Casadei R., Morselli-Labate A.M. Exocrine pancreatic function during the early recovery phase of acute pancreatitis. Hepatobiliary Pancreat Dis Int 2009;8(3):316-9. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/19502175

7. Mitchell C.J., Playforth M.J., Kelleher J., McMahon M.J. Functional recovery of the exocrine pancreas after acute pancreatitis. Scand J Gastroenterol 1983;18(1):5-8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/6609418

8. Pelli H., Lappalainen-Lehto R., Piironen A., Jarvinen S., Sand J., Nordback I. Pancreatic damage after the first episode of acute alcoholic pancreatitis and its association with the later recurrence rate. Pancreatology 2009;9(3):24551. DOI: 10.1159/000212089

9. Bavare C., Prabhu R., Supe A. Early morphological and functional changes in pancreas following necrosectomy for acute severe necrotizing pancreatitis. Ind J Gastroenterol: Official J Ind Soc Gastroenterol 2004;23(6):203-5. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/15627657

10. Gupta R., Wig J.D., Bhasin D.K., Singh P., Suri S., Kang M. et al. Severe acute pancreatitis: the life after. J Gastrointest Surg: Official J Soc Surg Aliment Tract 2009;13(7):1328-36. DOI: 10.1007/s11605-009-0901-z

11. Bozkurt T., Maroske D., Adler G. Exocrine pancreatic function after recovery from necrotizing pancreatitis. Hepatogastroenterology 1995;42(1):55-8. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/7782037

12. Григорьева И.Н., Никитенко Т.М., Ямлиханова А.Ю., Максимов В.Н., Мироненко Т.В., Воевода М.И. Алкогольный панкреатит: гендерные, возрастные, генетические особенности: Бюлл Сиб отд РАМН 2009(3):42-7.

13. Sabater L., Pareja E., Aparisi L., Calvete J., Camps B., Sastre J. et al. Pancreatic function after severe acute biliary pancreatitis: the role of necrosectomy. Pancreas 2004;28(1):65-8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/14707732

14. Pareja E., Artigues E., Aparisi L., Fabra R., Martinez V., Trullenque R. Exocrine pancreatic changes following acute attack of biliary pancreatitis. Pancreatology 2002;2(5):478-83. DOI: 10.1159/000064715

15. Malecka-Panas E., Juszynski A., Wilamski E. Acute alcoholic pancreatitis does not lead to complete recovery. Mat med Polona Polish J Med Pharm 1996;28(2):64-8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/9088129

16. Symersky T., van Hoorn B., Masclee A.A. The outcome of a long-term follow-up of pancreatic function after recovery from acute pancreatitis. J Pancreas 2006;7(5):447-53. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/16998241

17. Appelros S., Lindgren S., Borgstrom A. Short and long term outcome of severe acute pancreatitis. Eur J Surg = Acta chirurgica 2001;167(4):281-6. DOI: 10.1080/110241501300091462

18. Connor S., Alexakis N., Raraty M.G., Ghaneh P., Evans J., Hughes M. et al. Early and late complications after pancreatic necrosectomy. Surgery 2005;137(5):499505. 10.1016/j.surg.2005.01.003

19. Tsiotos G.G., Luque-de Leon E., Sarr M.G. Longterm outcome of necrotizing pancreatitis treated by necrosectomy. Br J Surg 1998;85(12):1650-3. DOI: 10.1046/j.1365-2168.1998.00950.x

20. Tzovaras G., Parks R.W., Diamond T., Rowlands B.J. Early and long-term results of surgery for severe necrotising pancreatitis. Dig Surg 2004;21(1):41-6; discussion 6-7. DOI: 10.1159/000075825

21. Angelini G., Pederzoli P., Caliari S., Fratton S., Brocco G., Marzoli G. et al. Long-term outcome of acute necrohemorrhagic pancreatitis. A 4-year follow-up. Digestion 1984;30(3):131-7. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/6500192

22. Reszetow J., Hac S., Dobrowolski S., Stefaniak T., Wajda Z., Gruca Z. et al. Biliary versus alcohol-related infected pancreatic necrosis: similarities and differences in the follow-up. Pancreas 2007;35(3):267-72. DOI: 10.1097/MPA.0b013e31805b8319

23. Tandon R.K., Sato N., Garg P.K., Consensus Study G. Chronic pancreatitis: Asia-Pacific consensus report. J Gastroenterol Hepatol 2002;17(4):508-18. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11982735

24. Witt H., Apte M.V., Keim V., Wilson J.S. Chronic pancreatitis: challenges and advances in pathogenesis, genetics, diagnosis, and therapy. Gastroenterology 2007;132(4):1557-73. DOI: 10.1053/j.gastro.2007.03.001

25. Буклис Э.Р., Ивашкин В.Т. Хронический панкреатит: этиология, патофизиология и консервативная терапия. Рос журн гастроэнтерол гепатол колопроктол 2006;16(6):79-86.

26. Ивашкин В.Т., Хазанов А.И., Пискунов Г.Г., Ивлев А.С., Селезнев Ю.К., Никитин В.Г. О классификации хронического панкреатита. Клин мед 1990;68(10):96-9. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/2077297.

27. Pezzilli R. Chronic pancreatitis: maldigestion, intestinal ecology and intestinal inflammation. World J Gastroenterol 2009;15(14):1673-6. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/19360910

28. Ивашкин В.Т., Шифрин О.С., Соколина И.А., Леонович А.Е., Ашитко М.Л., Лемина Т.Л. et al. Клинические особенности хронического панкреатита у больных с кальцинозом мезентериальных сосудов. Рос журн гастроэнтерол гепатол колопроктол. 2007;17(1):20-4.

29. Кучерявый Ю.А., Оганесян Т.С. Аутоиммунный панкреатит: алгоритмы диагностики и подходы к лечению. Клин перспект гастроэнтерол гепатол 2010(6):3-10.

30. Кучерявый Ю.А., Петрова Н.В., Тибилова З.Ф. Мутации гена панкреатического секреторного ингибитора трипсина N34S у больных хроническим идиопатическим панкреатитом. ЭиКГ 2011(7):7-12.

31. Forsmark C.E. Chronic pancreatitis and malabsorption. Am J Gastroenterol 2004;99(7):1355-7. DOI: 10.1111/j.1572-0241.2004.70661.x

32. Маев И.В., Кучерявый Ю.А. Болезни поджелудочной железы. В 2-х т. М.: Медицина, Шико; 2008. 976 с.

33. Kahl S., Malfertheiner P. Exocrine and endocrine pancreatic insufficiency after pancreatic surgery. Best Pract Res Clin Gastroenterol 2004;18(5):947-55. DOI: 10.1016/j.bpg.2004.06.028

34. Van Hoozen C.M., Peeke P.G., Taubeneck M., Frey C.F., Halsted C.H. Efficacy of enzyme supplementation after surgery for chronic pancreatitis. Pancreas 1997;14(2):174-80. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/9057190.

35. Ивашкин В.Т. Горизонты клинической гастроэнтерологии. Рос журн гастроэнтерол гепатол колопроктол 1993(1):6-12.

36. Closset J., Gelin M. Delayed gastric emptying after pancreatoduodenectomy. Acta Chir Belg 2003;103(3):338-9. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/12914377

37. Williamson R.C., Bliouras N., Cooper M.J., Davies E.R. Gastric emptying and enterogastric reflux after conservative and conventional pancreatoduodenectomy. Surgery 1993;114(1):82-6. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/8102817

38. McLeod R.S. Quality of life, nutritional status and gastrointestinal hormone profile following the Whipple procedure. Ann Oncol: Official J Eur Soc Med Oncol/ ESMO 1999;10(Suppl 4):281-4. http://www.ncbi.nlm. nih.gov/pubmed/10436841

39. McLeod R.S., Taylor B.R., O’Connor B.I., Greenberg G.R., Jeejeebhoy K.N., Royall D. et al. Quality of life, nutritional status, and gastrointestinal hormone profile following the Whipple procedure. Am J Surg 1995;169(1):179-85. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/7817989

40. Falconi M., Mantovani W., Crippa S., Mascetta G., Salvia R., Pederzoli P. Pancreatic insufficiency after different resections for benign tumours. Br J Surg 2008;95(1):85-91. 10.1002/bjs.5652

41. Nakamura Y., Higuchi S., Maruyama K. Pancreatic volume associated with endocrine and exocrine function of the pancreas among Japanese alcoholics. Pancreatology 2005;5(4-5):422-31. DOI: 10.1159/000086543

42. Jang J.Y., Kim S.W., Park S.J., Park Y.H. Comparison of the functional outcome after pylorus-preserving pancreatoduodenectomy: pancreatogastrostomy and pancreatojejunostomy. World J Surg 2002;26(3):366-71. DOI: 10.1007/s00268-001-0234-x

43. Bruno M.J., Haverkort E.B., Tijssen G.P., Tytgat G.N., van Leeuwen D.J. Placebo controlled trial of enteric coated pancreatin microsphere treatment in patients with unresectable cancer of the pancreatic head region. Gut 1998;42(1):92-6. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9505892

44. Freelove R., Walling A.D. Pancreatic cancer: diagnosis and management. Am Fam Phys 2006;73(3):485-92. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/16477897

45. Heber D., Tchekmedyian N.S. Pathophysiology of cancer: hormonal and metabolic abnormalities. Oncology 1992;49 (Suppl 2):28-31. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/1461623

46. Perez M.M., Newcomer A.D., Moertel C.G., Go V.L., Dimagno E.P. Assessment of weight loss, food intake, fat metabolism, malabsorption, and treatment of pancreatic insufficiency in pancreatic cancer. Cancer 1983;52(2):346-52. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/6305473

47. Smith R.C., Talley N.J., Dent O.F., Jones M., Waller S.L. Exocrine pancreatic function and chronic unexplained dyspepsia. A case-control study. Int J Pancreatol: Official J Int Ass Pancreatol 1991;8(3):253- 62. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/2051063

48. DiMagno E.P., Malagelada J.R., Go V.L. The relationships between pancreatic ductal obstruction and pancreatic secretion in man. Mayo Clinic Proc 1979;54(3):157-62. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/431121

49. Buxton B. Small bowel resection and gastric acid hypersecretion. Gut 1974;15(3):229-38. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/4601524

50. D’Sa A.A., Buchanan K.D. Role of gastrointestinal hormones in the response to massive resection of the small bowel. Gut 1977;18(11):877-81. http://www.ncbi.nlm. nih.gov/pubmed/590847

51. Winborn W.B., Seelig L.L., Jr., Nakayama H., Weser E. Hyperplasia of the gastric glands after small bowel resection in the rat. Gastroenterology 1974;66(3):384-95. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/4813504

52. Johnson L.R. The trophic action of gastrointestinal hormones. Gastroenterology 1976;70(2):278-88. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/765181

53. Reber H.A., Johnson F., Deveney K., Montgomery C., Way L.W. Trophic effects of gastrin on the exocrine pancreas in rats. J Surg Res 1977;22(5):554-60. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/859315

54. Haegel P., Stock C., Marescaux J., Petit B., Grenier J.F. Hyperplasia of the exocrine pancreas after small bowel resection in the rat. Gut 1981;22(3):207-12. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/7227855

55. Gelinas M.D., Morin C.L., Morisset J. Exocrine pancreatic function following proximal small bowel resection in rats. J Physiol 1982;322:71-82. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/6121911

56. Regan P.T., DiMagno E.P. Exocrine pancreatic insufficiency in celiac sprue: a cause of treatment failure. Gastroenterology 1980;78(3):484-7. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/7351287

57. Carroccio A., Iacono G., Montalto G., Cavataio F., Lorello D., Soresi M. et al. Pancreatic insufficiency in celiac disease is not dependent on nutritional status. Dig Dis Sci 1994;39(10):2235-42. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/7924748

58. Carroccio A., Iacono G., Montalto G., Cavataio F., Di Marco C., Balsamo V. et al. Exocrine pancreatic function in children with coeliac disease before and after a gluten free diet. Gut 1991;32(7):796-9. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/1855688

59. Perri F., Pastore M., Festa V., Clemente R., Quitadamo M., D’Altilia M.R. et al. Intraduodenal lipase activity in celiac disease assessed by means of 13C mixed-triglyceride breath test. J Pediatr Gastroenterol Nutr 1998;27(4):407-10. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9779968

60. Carroccio A., Iacono G., Lerro P., Cavataio F., Malorgio E., Soresi M. et al. Role of pancreatic impairment in growth recovery during gluten-free diet in childhood celiac disease. Gastroenterology 1997;112(6):1839-44. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9178674

61. Carroccio A., Iacono G., Ippolito S., Verghi F., Cavataio F., Soresi M. et al. Usefulness of faecal elastase-1 assay in monitoring pancreatic function in childhood coeliac disease. Ital J Gastroenterol Hepatol 1998;30(5):500-4. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9836106

62. Collins B.J., Bell P.M., Boyd S., Kerr J., Buchanan K.D., Love A.H. Endocrine and exocrine pancreatic function in treated coeliac disease. Pancreas 1986;1(2):143-7. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/3554222

63. Fine K.D., Meyer R.L., Lee E.L. The prevalence and causes of chronic diarrhea in patients with celiac sprue treated with a gluten-free diet. Gastroenterology 1997;112(6):1830-8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9178673

64. Abdulkarim A.S., Burgart L.J., See J., Murray J.A. Etiology of nonresponsive celiac disease: results of a systematic approach. Am J Gastroenterol 2002;97(8):201621. DOI: 10.1111/j.1572-0241.2002.05917.x

65. Papini-Berto S.J., Burini R.C. [Causes of malnutrition in post-gastrectomy patient]. Arq Gastroenterol 2001;38(4):272-5. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/12068539

66. Friess H., Bohm J., Muller M.W., Glasbrenner B., Riepl R.L., Malfertheiner P. et al. Maldigestion after total gastrectomy is associated with pancreatic insufficiency. Am J Gastroenterol 1996;91(2):341-7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8607504

67. Keller J., Layer P. Pancreatic Enzyme Supplementation Therapy. Curr Treat Options Gastroenterol 2003;6(5):369- 74. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/12954143

68. Buchler M., Malfertheiner P., Glasbrenner B., Beger H.G. Rat exocrine pancreas following total gastrectomy. Int J Pancreatol: Official J Int Ass Pancreatol 1986;1(5-6):389-98. DOI: 10.1007/BF02801871

69. Malfertheiner P., Buchler M., Glasbrenner B., Schafmayer A., Ditschuneit H. Adaptive changes of the exocrine pancreas and plasma cholecystokinin release following subtotal gastric resection in rats. Digestion 1987;38(3):142-51. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/2450798

70. Czako L., Hegyi P., Rakonczay Z., Jr., Wittmann T., Otsuki M. Interactions between the endocrine and exocrine pancreas and their clinical relevance. Pancreatology 2009;9(4):351-9. DOI: 10.1159/000181169

71. Andren-Sandberg A., Hardt P.D. Second Giessen International Workshop on Interactions of Exocrine and Endocrine Pancreatic Diseases. Castle of Rauischholzhausen of the Justus-Liebig-university, Giessen (Rauischholzhausen), Germany. March 7-8, 2008. J Pancr 2008;9(4):541-75. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/18648151

72. Hardt P.D., Hauenschild A., Jaeger C., Teichmann J., Bretzel R.G., Kloer H.U. et al. High prevalence of steatorrhea in 101 diabetic patients likely to suffer from exocrine pancreatic insufficiency according to low fecal elastase 1 concentrations: a prospective multicenter study. Dig Dis Sci 2003;48(9):1688-92. http://www.ncbi.nlm. nih.gov/pubmed/14560984

73. Leeds J.S., Hopper A.D., Sidhu R., Simmonette A., Azadbakht N., Hoggard N. et al. Some patients with irritable bowel syndrome may have exocrine pancreatic insufficiency. Clin Gastroenterol Hepatol: Official Clin Pract J Am Gastroenterol Ass 2010;8(5):433-8. DOI: 10.1016/j.cgh.2009.09.032

74. DiMagno E.P., Go V.L., Summerskill W.H. Relations between pancreatic enzyme ouputs and malabsorption in severe pancreatic insufficiency. N Engl J Med 1973;288(16):813-5. DOI: 10.1056/ NEJM197304192881603

75. Endlicher E., Volk M., Feuerbach S., Scholmerich J., Schaffler A., Messmann H. Long-term follow-up of patients with necrotizing pancreatitis treated by percutaneous necrosectomy. Hepatogastroenterology 2003;50(54):2225-8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/14696503

76. Lankisch P.G., Droge M,. Hofses S., Konig H., Lembcke B. Steatorrhoea: you cannot trust your eyes when it comes to diagnosis. Lancet 1996;347(9015):1620-1. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8667884

77. Маев И.В., Свиридова А.В., Кучерявый Ю.А. Длительная заместительная ферментная терапия различными препаратами панкреатина у больных хроническим панкреатитом с экзокринной недостаточностью поджелудочной железы. Фарматека 2011(2):32-9.

78. Ивашкин В.Т., Лапина Т.Л., Баранская Е.К., Буеверов А.О., Буклис Э.Р., Гуревич К.Г. Рациональная фармакотерапия органов пищеварения: Руководство для практикующих врачей: Литтерра; 2003. 1046 с.

79. Gullo L., Costa P.L., Ventrucci M., Mattioli S., Viti G., Labo G. Exocrine pancreatic function after total gastrectomy. Scand J Gastroenterol 1979;14(4):401-7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/482852

80. Griffiths A., Taylor R.H. Postgastrectomy pancreatic malabsorption: is there a case for intervention? Eur J Gastroenterol Hepatol 1999;11(3):219-21. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/10333191

81. Saito A., Noguchi Y., Yoshikawa T., Doi C., Fukuzawa K., Matsumoto A. et al. Gastrectomized patients are in a state of chronic protein malnutrition analyses of 23 amino acids. Hepatogastroenterology 2001;48(38):585- 9. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11379360

82. Rathmann W., Haastert B., Icks A., Lowel H., Meisinger C., Holle R. et al. High prevalence of undiagnosed diabetes mellitus in Southern Germany: target populations for efficient screening. The KORA survey 2000. Diabetologia 2003;46(2):182-9. DOI: 10.1007/s00125-002-1025-0

83. Hardt P.D., Krauss A., Bretz L., Porsch-Ozcurumez M., Schnell-Kretschmer H., Maser E. et al. Pancreatic exocrine function in patients with type 1 and type 2 diabetes mellitus. Acta Diabetol 2000;37(3):105-10. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11277309

84. Rathmann W., Haastert B., Icks A., Giani G., Hennings S., Mitchell J. et al. Low faecal elastase 1 concentrations in type 2 diabetes mellitus. Scand J Gastroenterol 2001;36(10):1056-61. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/11589378

85. Icks A., Haastert B., Giani G., Rathmann W. Low fecal elastase-1 in type I diabetes mellitus. Z Gastroenterol 2001;39(10):823-30. DOI: 10.1055/s-2001-17867

86. Hardt P.D., Hauenschild A., Nalop J., Marzeion A.M., Jaeger C., Teichmann J. et al. High prevalence of exocrine pancreatic insufficiency in diabetes mellitus. A multicenter study screening fecal elastase 1 concentrations in 1,021 diabetic patients. Pancreatology 2003;3(5):395-402. DOI: 10.1159/000073655

87. Ewald N., Bretzel R.G., Fantus I.G., Hollenhorst M., Kloer H.U., Hardt P.D. et al. Pancreatin therapy in patients with insulin-treated diabetes mellitus and exocrine pancreatic insufficiency according to low fecal elastase 1 concentrations. Results of a prospective multicentre trial. Diabet/Metabol Res Rev 2007;23(5):386-91. DOI: 10.1002/dmrr.708

88. Dominguez-Munoz J.E. Pancreatic enzyme therapy for pancreatic exocrine insufficiency. Curr Gastroenterol Rep 2007;9(2):116-22. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/17418056

89. Montalto G., Soresi M., Carroccio A., Scafidi E., Barbagallo C.M., Ippolito S. et al. Lipoproteins and chronic pancreatitis. Pancreas 1994;9(1):137-8. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8108368

90. Dumasy V., Delhaye M., Cotton F., Deviere J. Fat malabsorption screening in chronic pancreatitis. Am J Gastroenterol 2004;99(7):1350-4. DOI: 10.1111/j.15720241.2004.30661.x

91. Кучерявый Ю.А., Москалева А.Б., Свиридова А.В. Нутритивный статус как фактор риска осложнений хронического панкреатита и развития панкреатической недостаточности. ЭиКГ 2012(7):10-6.

92. Van de Kramer J.H., Ten Bokkel Huinink H., Weyers H.A. Rapid method for the determination of fat in feces. J Biol Chem 1949;177(1):347-55. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/18107439

93. Thompson J.B., Su C.K., Ringrose R.E., Welsh J.D. Fecal triglycerides. II. Digestive versus absorptive steatorrhea. J Labor Clin Med 1969;73(3):521-30. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/5766197

94. Fomon S.J., Ziegler E.E., Thomas L.N., Jensen R.L., Filer L.J., Jr. Excretion of fat by normal full-term infants fed various milks and formulas. Am J Clin Nutr 1970;23(10):1299-313. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/5536289

95. Colombo C., Maiavacca R., Ronchi M., Consalvo E., Amoretti M., Giunta A. The steatocrit: a simple method for monitoring fat malabsorption in patients with cystic fibrosis. J Pediatr Gastroenterol Nutr 1987;6(6):926-30. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/3681578

96. Van den Neucker A.M., Kerkvliet E.M., Theunissen P.M., Forget P.P. Acid steatocrit: a reliable screening tool for steatorrhoea. Acta Pediatr 2001;90(8):873-5. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11529533

97. Neucker A.V., Bijleveld C.M., Wolthers B.G., Swaaneburg J.C., Kester A.D., Kreel B. et al. Comparison of near infrared reflectance analysis of fecal fat, nitrogen and water with conventional methods, and fecal energy content. Clin Biochem 2002;35(1):29-33. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11937075

98. Amann S.T., Josephson S.A., Toskes P.P. Acid steatocrit: a simple, rapid gravimetric method to determine steatorrhea. Am J Gastroenterol 1997;92(12):2280-4. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/9399770

99. Kaspar P., Moller G., Wahlefeld A. New photometric assay for chymotrypsin in stool. Clin Chem 1984;30(11):1753-7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/6548423

100. Bonin A., Roy C.C., Lasalle R., Weber A., Morin C.L. Fecal chymotrypsin: a reliable index of exocrine pancreatic function in children. J Pediatr 1973;83(4):594-600. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/4729982

101. Brown G.A., Sule D., Williams J., Puntis J.W., Booth I.W., McNeish A.S. Faecal chymotrypsin: a reliable index of exocrine pancreatic function. Arch Dis Child 1988;63(7):785-9. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/3415294

102. Walkowiak J., Herzig K.H., Strzykala K., Przyslawski J., Krawczynski M. Fecal elastase-1 is superior to fecal chymotrypsin in the assessment of pancreatic involvement in cystic fibrosis. Pediatrics 2002;110(1 Pt 1): e7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/12093988

103. Loser C., Mollgaard A., Folsch U.R. Faecal elastase 1: a novel, highly sensitive, and specific tubeless pancreatic function test. Gut 1996;39(4):580-6. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/8944569

104. Glasbrenner B., Schon A., Klatt S., Beckh K., Adler G. Clinical evaluation of the faecal elastase test in the diagnosis and staging of chronic pancreatitis. Eur J Gastroenterol Hepatol 1996;8(11):1117-20. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8944376

105. Newcomer A.D., Hofmann A.F., DiMagno E.P., Thomas P.J., Carlson G.L. Triolein breath test: a sensitive and specific test for fat malabsorption. Gastroenterology 1979;76(1):6-13. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/758149

106. Pedersen N.T., Jorgensen B.B., Rannem T. The [14C]-triolein breath test is not valid as a test of fat absorption. Scand J Clin Labor Invest 1991;51(8):699703. DOI: 10.3109/00365519109104583

107. Mitchell C.J., Humphrey C.S., Bullen A.W., Kelleher J., Losowsky M.S. Improved diagnostic accuracy of a modified oral pancreatic function test. Scand J Gastroenterol 1979;14(6):737-41. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/316915

108. Scharpe S., Iliano L. Two indirect tests of exocrine pancreatic function evaluated. Clin Chem 1987;33(1):5-12. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/3542296

109. Toskes P.P. Bentiromide as a test of exocrine pancreatic function in adult patients with pancreatic exocrine insufficiency. Determination of appropriate dose and urinary collection interval. Gastroenterology 1983;85(3):565-9. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/6603385

110. Lindkvist B., Dominguez-Munoz J.E., LuacesRegueira M., Castineiras-Alvarino M., NietoGarcia L., Iglesias-Garcia J. Serum nutritional markers for prediction of pancreatic exocrine insufficiency in chronic pancreatitis. Pancreatology 2012;12(4):305-10. DOI: 10.1016/j.pan.2012.04.006

111. Ивашкин В.Т., Шевченко В.П. Питание при болезнях органов пищеварения. Военно-мед журн 2006;327(1):54.

112. Bali M.A., Sztantics A., Metens T., Arvanitakis M., Delhaye M., Deviere J. et al. Quantification of pancreatic exocrine function with secretin-enhanced magnetic resonance cholangiopancreatography: normal values and short-term effects of pancreatic duct drainage procedures in chronic pancreatitis. Initial results. Eur Radiol 2005;15(10):2110-21. DOI: 10.1007/s00330-0052819-5

113. Bali M.A., Golstein P., Deviere J., Chatterjee N., Matos C. Evaluation of somatostatin inhibitory effect on pancreatic exocrine function using secretin-enhanced dynamic magnetic resonance cholangiopancreatography: a crossover, randomized, double blind, placebo-controlled study. Pancreas 2006;32(4):346-50. DOI: 10.1097/01. mpa.0000220858.93496.a8

114. Holtmann G., Kelly D.G., Sternby B., DiMagno E.P. Survival of human pancreatic enzymes during small bowel transit: effect of nutrients, bile acids, and enzymes. Am J Physiol 1997;273(2 Pt 1): G553-8. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/9277437

115. Thiruvengadam R., DiMagno E.P. Inactivation of human lipase by proteases. Am J Physiol 1988; 255(4 Pt 1): G476-81. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/2459971

116. Suzuki A., Mizumoto A., Rerknimitr R., Sarr M.G., DiMango E.P. Effect of bacterial or porcine lipase with lowor high-fat diets on nutrient absorption in pancreaticinsufficient dogs. Gastroenterology 1999;116(2):431-7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/9922325

117. Safdi M., Bekal P.K., Martin S., Saeed Z.A., Burton F., Toskes P.P. The effects of oral pancreatic enzymes (Creon 10 capsule) on steatorrhea: a multicenter, placebo-controlled, parallel group trial in subjects with chronic pancreatitis. Pancreas 2006;33(2):156-62. DOI: 10.1097/01.mpa.0000226884.32957.5e

118. Caliari S., Benini L., Sembenini C., Gregori B., Carnielli V., Vantini I. Medium-chain triglyceride absorption in patients with pancreatic insufficiency. Scand J Gastroenterol 1996;31(1):90-4. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8927947

119. Durie P.R., Newth C.J., Forstner G.G., Gall D.G. Malabsorption of medium-chain triglycerides in infants with cystic fibrosis: correction with pancreatic enzyme supplement. J Pediatr 1980;96(5):862-4. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/7365588

120. Caliari S., Benini L., Bonfante F., Brentegani M.T., Fioretta A., Vantini I. Pancreatic extracts are necessary for the absorption of elemental and polymeric enteral diets in severe pancreatic insufficiency. Scand J Gastroenterol 1993;28(8):749-52. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/8210993

121. Begley C.G., Roberts-Thomson I.C. Spontaneous improvement in pancreatic function in chronic pancreatitis. Dig Dis Sci 1985;30(12):1117-20. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/4064863

122. Garcia-Puges A.M., Navarro S., Ros E., Elena M., Ballesta A., Aused R. et al. Reversibility of exocrine pancreatic failure in chronic pancreatitis. Gastroenterology 1986;91(1):17-24. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/3486791

123. Nagata A., Homma T., Oguchi H., Tamura Y., Hirabayashi H., Sasaki Y. et al. Study of chronic alcoholic pancreatitis by means of serial pancreozyminsecretin tests. Digestion 1986;33(3):135-45. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/2419191

124. Gullo L., Barbara L., Labo G. Effect of cessation of alcohol use on the course of pancreatic dysfunction in alcoholic pancreatitis. Gastroenterology 1988;95(4):1063- 8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/3410221

125. Охлобыстин А.В., Нямаа Б. Эффективность микрокапсулированных ферментов, покрытых энтеросолюбильной оболочкой, при хроническом панкреатите. Фарматека 2008(13):80-4

126. Layer P., Keller J., Lankisch P.G. Pancreatic enzyme replacement therapy. Curr Gastroenterol Rep 2001;3(2):101-8. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/11276376

127. Meyer J.H., Elashoff J., Porter-Fink V., Dressman J., Amidon G.L. Human postprandial gastric emptying of 1-3-millimeter spheres. Gastroenterology 1988;94(6):1315-25. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/3360258

128. Krishnamurty D.M., Rabiee A., Jagannath S.B., Andersen D.K. Delayed release pancrelipase for treatment of pancreatic exocrine insufficiency associated with chronic pancreatitis. Ther Clin Risk Manag 2009;5(3):507-20. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/19707261

129. Halm U., Loser C., Lohr M., Katschinski M., Mossner J. A double-blind, randomized, multicentre, crossover study to prove equivalence of pancreatin minimicrospheres versus microspheres in exocrine pancreatic insufficiency. Alim Pharmacol Ther 1999;13(7):951-7. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/10383531

130. Gan K.H., Geus W.P., Bakker W., Lamers C.B., Heijerman H.G. In vitro dissolution profiles of enteric-coated microsphere/microtablet pancreatin preparations at different pH values. Alim Pharmacol Ther 1996;10(5):771-5. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/8899086

131. Case C.L., Henniges F., Barkin J.S. Enzyme content and acid stability of enteric-coated pancreatic enzyme products in vitro. Pancreas 2005;30(2):180-3. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/15714141

132. Littlewood J.M., Kelleher J., Walters M.P., Johnson A.W. In vivo and in vitro studies of microsphere pancreatic supplements. J Pediatr Gastroenterol Nutr 1988;7 (Suppl 1): S22-9. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/2457072

133. Braga M., Cristallo M., De Franchis R., Mangiagalli A., Zerbi A., Agape D. et al. Pancreatic enzyme replacement therapy in post-pancreatectomy patients. Int J Pancreatol: Official J Int Ass Pancreatol 1989; 5(Suppl):37-44. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/2702249

134. Czako L., Takacs T., Hegyi P., Pronai L., Tulassay Z., Lakner L. et al. Quality of life assessment after pancreatic enzyme replacement therapy in chronic pancreatitis. Canad J Gastroenterol = J Canad Gastroenterol 2003;17(10):597-603. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/14571298

135. DiMagno E.P., Malagelada J.R., Go V.L., Moertel C.G. Fate of orally ingested enzymes in pancreatic insufficiency. Comparison of two dosage schedules. N Engl J Med 1977;296(23):1318-22. DOI: 10.1056/NEJM197706092962304

136. Кучерявый Ю.А. Опыт применения эзомепразола в комплексной терапии обострения хронического панкреатита. Клин перспект гастроэнтерол гепатол 2005(6):35-41.

137. Кучерявый Ю.А. Оценка эффективности комбинированной антисекреторной и полиферментной терапии при хроническом панкреатите с тяжелой внешнесекреторной недостаточностью. Рос журн гастроэнтерол гепатол колопроктол 2004(2):78-83.

138. Heijerman H.G., Lamers C.B., Bakker W., Dijkman J.H. Improvement of fecal fat excretion after addition of omeprazole to pancrease in cystic fibrosis is related to residual exocrine function of the pancreas. Dig Dis Sci 1993;38(1):1-6. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/8420740

139. Proesmans M., De Boeck K. Omeprazole, a proton pump inhibitor, improves residual steatorrhoea in cystic fibrosis patients treated with high dose pancreatic enzymes. Eur J Pediatr 2003;162(11):760-3. DOI: 10.1007/s00431003-1309-5

140. Baker S.S. Delayed release pancrelipase for the treatment of pancreatic exocrine insufficiency associated with cystic fibrosis. Ther Clin Risk Manag 2008;4(5):1079-84. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/19209287

141. Dominguez-Munoz J.E., Iglesias-Garcia J., IglesiasRey M., Figueiras A., Vilarino-Insua M. Effect of the administration schedule on the therapeutic efficacy of oral pancreatic enzyme supplements in patients with exocrine pancreatic insufficiency: a randomized, three-way crossover study. Alim Pharmacol Ther 2005;21(8):993-1000. 10.1111/j.1365-2036.2005.02390.x

142. Patankar R.V., Chand R., Johnson C.D. Pancreatic enzyme supplementation in acute pancreatitis. World J Hepat Pancreat Biliary Surg 1995;8(3):159-62. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/7547617

143. Ивашкин В.Т., Шифрин О.С., Соколина И.А. Хронический панкреатит и стеатоз поджелудочной железы. М.: Литтерра; 2012.

144. Pancreas Study Group CSoG. Guidelines for the diagnosis and treatment of chronic pancreatitis (Nanjing, 2005). Chin J Dig Dis 2005;6(4):198-201. DOI: 10.1111/j.14439573.2005.00232.x

145. Маев И.В., Кучерявый Ю.А., Трошина И.В., Устинова Н.Н., Оганесян Т.С., Свиридова А.В. др. Фармакоэкономические показатели заместительной ферментной терапии экзокринной панкреатической недостаточности. Клин перспект гастроэнтерол гепатол 2011(4):18-25.

146. O’Keefe S.J., Cariem A.K., Levy M. The exacerbation of pancreatic endocrine dysfunction by potent pancreatic exocrine supplements in patients with chronic pancreatitis. J Clin Gastroenterol 2001;32(4):319-23. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11276275

147. Stern R.C., Eisenberg J.D., Wagener J.S., Ahrens R., Rock M., doPico G. et al. A comparison of the efficacy and tolerance of pancrelipase and placebo in the treatment of steatorrhea in cystic fibrosis patients with clinical exocrine pancreatic insufficiency. Am J Gastroenterol 2000;95(8):1932-8. DOI: 10.1111/j.15720241.2000.02244.x

148. Маев И.В., Кучерявый Ю.А., Свиридова А.В., Самсонов А.А., Оганесян Т.С., Казюлин А.Н. и др. Эффективность лечения внешнесекреторной недостаточности поджелудочной железы различными препаратами панкреатина. Клин перспект гастроэнтерол гепатол 2010(6):29-37.

149. Gupta V., Toskes P.P. Diagnosis and management of chronic pancreatitis. Postgrad Med J 2005;81(958):4917. DOI: 10.1136/pgmj.2003.009761

150. Охлобыстин А.В. Применение препаратов пищеварительных ферментов в гастроэнтерологии. Клин перспект гастроэнтерол гепатол 2001(2):-38.

151. Шифрин О.С., Ивашкин В.Т. Роль ферментных препаратов в лечении пациентов с болевой формой хронического панкреатита. Клин перспект гастроэнтерол гепатол 2009(3):3-8.

152. Slaff J., Jacobson D., Tillman C.R., Curington C., Toskes P. Protease-specific suppression of pancreatic exocrine secretion. Gastroenterology 1984;87(1):44-52. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/6202586.

153. Ihse I., Lilja P., Lundquist I. Trypsin as a regulator of pancreatic secretion in the rat. Scand J Gastroenterol 1979;14(7):873-80. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/94175.

154. Winstead N.S., Wilcox C.M. Clinical trials of pancreatic enzyme replacement for painful chronic pancreatitis – a review. Pancreatology 2009;9(4):34450. 10.1159/000212086.

155. Brown A., Hughes M., Tenner S., Banks P.A. Does pancreatic enzyme supplementation reduce pain in patients with chronic pancreatitis: a meta-analysis. Am J Gastroenterol 1997;92(11):2032-5. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/9362186.

156. Warshaw A.L., Banks P.A., Fernandez-Del Castillo C. AGA technical review: treatment of pain in chronic pancreatitis. Gastroenterology 1998;115(3):765-76. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/9721175.

157. American Gastroenterological Association Medical Position Statement: treatment of pain in chronic pancreatitis. Gastroenterology 1998;115(3):763-4. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/9721174.

158. Белоусова Е.А., Никитина Н.В., Цодиков Г.В. Оптимизация схем лечения хронического панкреатита ферментными препаратами. Фарматека 2008(13):103-8.

159. Lieb J.G., 2nd, Forsmark C.E. Review article: pain and chronic pancreatitis. Alim Pharmacol Ther 2009;29(7):70619. DOI: 10.1111/j.1365-2036.2009.03931.x

160. Bornman P.C., Botha J.F., Ramos J.M., Smith M.D., Van der Merwe S., Watermeyer G.A. et al. Guideline for the diagnosis and treatment of chronic pancreatitis. South Afr Med J = Suid-Afrikaanse tydskrif vir geneeskunde 2010;100(12 Pt 2):845-60. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/21414280

161. Ahmed S.A., Wray C., Rilo H.L., Choe K.A., Gelrud A., Howington J.A. et al. Chronic pancreatitis: recent advances and ongoing challenges. Curr Probl Surg 2006;43(3):127-238. DOI: 10.1067/j.cpsurg.2005.12.005

162. Whitcomb D.C., Lehman G.A., Vasileva G., MaleckaPanas E., Gubergrits N., Shen Y. et al. Pancrelipase delayed-release capsules (CREON) for exocrine pancreatic insufficiency due to chronic pancreatitis or pancreatic surgery: A double-blind randomized trial. Am J Gastroenterol 2010;105(10):2276-86. DOI: 10.1038/ ajg.2010.201

163. Ramesh H., Reddy N., Bhatia S., Rajkumar J.S., Bapaye A., Kini D. et al. A 51-week, open-label clinical trial in India to assess the efficacy and safety of pancreatin 40000 enteric-coated minimicrospheres in patients with pancreatic exocrine insufficiency due to chronic pancreatitis. Pancreatology 2013;13(2):133-9. DOI: 10.1016/j.pan.2013.01.009

164. DiMagno E.P. A short, eclectic history of exocrine pancreatic insufficiency and chronic pancreatitis. Gastroenterology 1993;104(5):1255-62. http://www. ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8482439

165. Ferrone M., Raimondo M., Scolapio J.S. Pancreatic enzyme pharmacotherapy. Pharmacotherapy 2007; 27(6):910-20. DOI: 10.1592/phco.27.6.910

166. Маев И.В., Кучерявый Ю.А., Оганесян Т.С., Трошина И.В., Москалева А.Б., Устинова Н.Н. и др. Фармакоэкономическая эффективность заместительной терапии различными препаратами панкреатина у больных хроническим панкреатитом с экзокринной панкреатической недостаточностью. Фарматека 2010(15):98-104.

167. Marotta F., O’Keefe S.J., Marks I.N., Girdwood A., Young G. Pancreatic enzyme replacement therapy. Importance of gastric acid secretion, h3-antagonists, and enteric coating. Dig Dis Sci 1989;34(3):456-61. http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/2563963

168. Smyth R.L., van Velzen D., Smyth A.R., Lloyd D.A., Heaf D.P. Strictures of ascending colon in cystic fibrosis and high-strength pancreatic enzymes. Lancet 1994;343(8889):85-6. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/7903780

169. Stevens J.C., Maguiness K.M., Hollingsworth J., Heilman D.K., Chong S.K. Pancreatic enzyme supplementation in cystic fibrosis patients before and after fibrosing colonopathy. J Pediatr Gastroenterol Nutr 1998;26(1):80-4. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9443125

170. Pawel B.R., de Chadarevian J.P., Franco M.E. The pathology of fibrosing colonopathy of cystic fibrosis: a study of 12 cases and review of the literature. Hum Pathol 1997;28(4):395-9. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/9104936

171. Prescott P., Bakowski M.T. Pathogenesis of fibrosing colonopathy: the role of methacrylic acid copolymer. Pharmacoepidemiol Drug Saf 1999;8(6):377-84. DOI: 10.1002/(SICI)1099-1557(199910/11)8:6<377:: AIDPDS448>3.0.CO;2-C

172. Toyota N., Takada T., Yasuda H., Amano H., Yoshida M., Isaka T. et al. The effects of omeprazole, a proton pump inhibitor, on early gastric stagnation after a pylorus-preserving pancreaticoduodenectomy: results of a randomized study. Hepatogastroenterology 1998;45(22):1005-10. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/9755997

173. Morrow J.D. Pancreatic enzyme replacement therapy. Am J Med Sci 1989;298(5):357-9. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/2683774

174. Neoptolemos J.P., Ghaneh P., Andren-Sandberg A., Bramhall S., Patankar R., Kleibeuker J.H. et al. Treatment of pancreatic exocrine insufficiency after pancreatic resection. Results of a randomized, doubleblind, placebo-controlled, crossover study of high vs standard dose pancreatin. Int J Pancreatol: Official J Int Ass Pancreatol 1999;25(3):171-80. http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/10453419

175. Damerla V., Gotlieb V., Larson H., Saif M.W. Pancreatic enzyme supplementation in pancreatic cancer. J Supp Oncol 2008;6(8):393-6. http://www.ncbi.nlm. nih.gov/pubmed/19149324

176. Layer P., Yamamoto H., Kalthoff L., Clain J.E., Bakken L.J., DiMagno E.P. The different courses of earlyand late-onset idiopathic and alcoholic chronic pancreatitis. Gastroenterology 1994;107(5):1481-7. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/7926511

177. Matarese L.E., Steiger E. Dietary and medical management of short bowel syndrome in adult patients. J Clin Gastroenterol 2006;40 (Suppl 2): S85-93. DOI: 10.1097/01.mcg.0000212678.14172.7a

178. Leeds J.S., Hopper A.D., Hurlstone D.P., Edwards S.J., McAlindon M.E., Lobo A.J. et al. Is exocrine pancreatic insufficiency in adult coeliac disease a cause of persisting symptoms? Alim Pharmacol Ther 2007;25(3):265-71. DOI: 10.1111/j.1365-2036.2006.03206.x

179. Carroccio A., Iacono G., Montalto G., Cavataio F., Lorello D., Greco L. et al. Pancreatic enzyme therapy in childhood celiac disease. A double-blind prospective randomized study. Dig Dis Sci 1995;40(12):2555-60. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/8536512

180. Sategna-Guidetti C., Bianco L. Malnutrition and malabsorption after total gastrectomy. A pathophysiologic approach. J Clin Gastroenterol 1989;11(5):518-24. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/2794431

181. Bragelmann R., Armbrecht U., Rosemeyer D., Schneider B., Zilly W., Stockbrugger R.W. The effect of pancreatic enzyme supplementation in patients with steatorrhoea after total gastrectomy. Eur J Gastroenterol Hepatol 1999;11(3):231-7. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/10333193

182. Armbrecht U., Lundell L., Stockbrugger R.W. The benefit of pancreatic enzyme substitution after total gastrectomy. Alim Pharmacol Ther 1988;2(6):493-500. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/2979271

183. Friess H., Bohm J., Ebert M., Buchler M. Enzyme treatment after gastrointestinal surgery. Digestion 1993;54 (Suppl 2):48-53. http://www.ncbi.nlm.nih. gov/pubmed/8224572

184. Glasbrenner B., Malfertheiner P., Kerner W., Scherbaum W.A., Ditschuneit H. Effect of pancreatin on diabetes mellitus in chronic pancreatitis. Z Gastroenterol 1990;28(6):275-9. http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/2238755

185. Mohan V., Poongothai S., Pitchumoni C.S. Oral pancreatic enzyme therapy in the control of diabetes mellitus in tropical calculous pancreatitis. Int J Pancreatol: Official J Int Ass Pancreatol 1998;24(1):1922. DOI: 10.1007/BF02787526

186. Money M.E., Hofmann A.F., Hagey L.R., Walkowiak J., Talley N.J. Treatment of irritable bowel syndrome-diarrhea with pancrealipase or colesevelam and association with steatorrhea. Pancreas 2009;38(2):232-3. DOI: 10.1097/MPA.0b013e31817c1b36

187. Кучерявый Ю.А., Маев И.В., Москалева А.Б., Сайдуллаева М.Г., Цуканов В.В., Джаватханова Р.Т. et al. Влияние нутритивного статуса на течение хронического панкреатита 2012(2):100-4

Нарушение функций поджелудочной железы

Нарушения внешнесекреторной функции поджелудочной железы, сопровождающие заболевания органов пищеварения, на сегодняшний день – одна из самых актуальных тем в гастроэнтерологической и терапевтической практике. И это не случайно, ведь нормальное функционирование экзокринной системы желудочно-кишечного тракта лежит в основе множества жизненно важных процессов, отвечает за достаточное поступление питательных веществ в организм, обеспечение энергетического баланса, поддержания минерального баланса. При этом стоит отметить, что большую часть пациентов, ежедневно обращающихся на прием к врачу – терапевту, педиатру или гастроэнтерологу, составляет именно группа пациентов с нарушением процессов пищеварения.

Нарушение процессов пищеварения может наблюдаться так же и у людей с нормальной функцией желудочно-кишечного тракта – при погрешностях в диете, употреблении жирной или сладкой пищи, изменении привычного рациона питания во время путешествий. Однако наиболее серьезной причиной нарушения пищеварения являются заболевания поджелудочной железы, сопровождающиеся снижением ее внешнесекреторной функции.

Пищеварительные ферменты относятся к одной из наиболее часто используемых в гастроэнтерологии групп лекарственных средств. Ферментная терапия – важное и актуальное направление комплексного лечения процессов нарушенного пищеварения, особенно при хронических заболеваниях желудочно-кишечного тракта. 

Учитывая, что причины возникновения нарушений пищеварения могут быть разными, а выраженность симптомов и особенности течения заболевания в разных возрастных группах существенно различаются, в распоряжении врача должен быть широкий спектр ферментных препаратов, обеспечивающий возможность индивидуального подбора оптимального лечения для каждого пациента.

В настоящее время на рынке представлен широкий спектр ферментных препаратов, характеризующихся различной комбинацией компонентов, разной формой выпуска и ферментной активностью. Дозировка ферментов, или энзимная активность, отличается по количеству липазы в единицах действия (ЕД). При погрешности в питании применяются препараты с небольшой дозировкой липазы – 3000-3500 ЕД. При лечении гастроэнтерологических заболеваний, сопровождающихся экзокринной недостаточностью поджелудочной железы, стартовыми являются препараты с более высоким содержанием липазы, от 10 000 ЕД.

Дозировки подбираются индивидуально в зависимости от степени выраженности недостаточности экзокринной функции поджелудочной железы, клинической симптоматики и жалоб пациента.

При выборе наиболее подходящего препарата для пациента с гастроэнтерологической патологией, особенно для пациентов с установленной экзокринной недостаточностью поджелудочной железы, врачу следует учитывать следующие современные критерии оценки препарата:

  • препарат должен иметь кислотоустойчивую оболочку, защищающую ферменты от разрушения в кислой среде желудка;
  • содержание пищеварительных ферментов (липаза, амилаза, протеаза) в препарате должно быть сбалансировано и стандартизовано;
  • лекарственная форма должна обеспечивать способность препарата смешиваться с пищей в желудке, и одновременно с химусом эвакуироваться в 12-перстную кишку;
  • ферменты должны своевременно высвобождаться в кишечнике после эвакуации из желудка.

Появилось дополнение к хорошо известной гастроэнтерологической линейке компании «Берлин-Хеми/А. Менарини» – новый ферментный препарат Пангрол®.

«Берлин-Хеми/А. Менарини» представляет Пангрол® – современный капсулированный ферментный препарат, отвечающий всем вышеперечисленным критериям. В его производстве применяется инновационная запатованная технология «Eurand Minitabs® Technology». Это новая современная технология производства твердых лекарственных форм, применяющая ряд новейших композиционных решений:

  • сочетание в одной лекарственных форме двух видов твердых форм – твердая капсула содержит стандартизированное количество мини-таблеток в пересчете на ферментативную активность панкреатина;
  • желатиновая капсула препарата Пангрол® быстро растворяется в желудке, высвобождая мини-таблетки;
  • каждая из мини-таблеток устойчива к действию кислой среды желудка – специально подобранные вспомогательные вещества защищают мини-таблетки от воздействия желудочного сока, и растворение оболочек мини-таблеток и активация ферментов происходит только в нейтральной или слабощелочной среде, что обеспечивает начало активации ферментов именно в кишечнике;
  • одинаковый размер мини-таблеток обеспечивает равномерность перемешивания с пищей и пассаж с химусом в 12-перстную кишку, высокая степень фрагментации (маленький размер мини-таблеток) так же влияет на скорость растворения препарата и, следовательно, на биологическую активность;
  • мини-таблетки покрыты функциональной мембраной, что обеспечивает максимально полное (≥ 95%) постепенное высвобождение ферментов из мини-таблеток; равномерное распределение ферментов и их оптимальной концентрации; пролонгирует их действие в кишечнике.

Препарат Пангрол® применяется в качестве заместительной терапии при недостаточности экзокринной функции поджелудочной железы как у взрослых, так и у детей, при следующих состояниях: хронический панкреатит, муковисцидоз, рак поджелудочной железы, состояния после оперативных вмешательств на поджелудочной железе и желудке, при расстройствах желудочно-кишечного тракта функционального характера, острых кишечных инфекциях, синдроме раздраженного кишечника и др. Препарат Пангрол® также целесообразно назначать при подготовке к рентгенологическому и ультразвуковому исследованиям органов брюшной полости.

Благодаря высокому профилю безопасности и хорошей переносимости, возможно применение  препарата Пангрол® в течение длительного времени, что очень важно, поскольку во многих случаях ферментная заместительная терапия назначается на длительный срок, а иногда и пожизненно.

Препарат Пангрол® выпускается в двух дозировках – 10000 ЕД и 25000 ЕД.

В одной капсуле препарата Пангрол® 10000 содержится около 20 мини-таблеток. В одной капсуле препарата Пангрол® 25000 содержится около 50 мини-таблеток. Каждая мини-таблетка препарата Пангрол® содержит 500 ЕД липазы. Подобная форма выпуска обеспечивает возможность индивидуального подбора и удобство применения для пациентов из разных терапевтических групп, что, в свою очередь, обеспечивает высокую приверженность пациентов лечению.

Все вышеперечисленные характеристики препарата Пангрол® позволяют ему занять достойное место в арсенале инструментов практикующего врача при лечении внешнесекреторной недостаточности поджелудочной железы.

В приоритете «Берлин-Хеми/А.Менарини» – современность, эффективность, удобство применения и доступности продуктов компании для врачей и потребителей.

Ферментная недостаточность – Вопрос гастроэнтерологу

Если вы не нашли нужной информации среди ответов на этот вопрос, или же ваша проблема немного отличается от представленной, попробуйте задать дополнительный вопрос врачу на этой же странице, если он будет по теме основного вопроса. Вы также можете задать новый вопрос, и через некоторое время наши врачи на него ответят. Это бесплатно. Также можете поискать нужную информацию в похожих вопросах на этой странице или через страницу поиска по сайту. Мы будем очень благодарны, если Вы порекомендуете нас своим друзьям в социальных сетях.

Медпортал 03online.com осуществляет медконсультации в режиме переписки с врачами на сайте. Здесь вы получаете ответы от реальных практикующих специалистов в своей области. В настоящий момент на сайте можно получить консультацию по 74 направлениям: специалиста COVID-19, аллерголога, анестезиолога-реаниматолога, венеролога, гастроэнтеролога, гематолога, генетика, гепатолога, гериатра, гинеколога, гинеколога-эндокринолога, гомеопата, дерматолога, детского гастроэнтеролога, детского гинеколога, детского дерматолога, детского инфекциониста, детского кардиолога, детского лора, детского невролога, детского нефролога, детского онколога, детского офтальмолога, детского психолога, детского пульмонолога, детского ревматолога, детского уролога, детского хирурга, детского эндокринолога, дефектолога, диетолога, иммунолога, инфекциониста, кардиолога, клинического психолога, косметолога, липидолога, логопеда, лора, маммолога, медицинского юриста, нарколога, невропатолога, нейрохирурга, неонатолога, нефролога, нутрициолога, онколога, онкоуролога, ортопеда-травматолога, офтальмолога, паразитолога, педиатра, пластического хирурга, подолога, проктолога, психиатра, психолога, пульмонолога, ревматолога, рентгенолога, репродуктолога, сексолога-андролога, стоматолога, трихолога, уролога, фармацевта, физиотерапевта, фитотерапевта, флеболога, фтизиатра, хирурга, эндокринолога.

Мы отвечаем на 96.76% вопросов.

Оставайтесь с нами и будьте здоровы!

Клинические проявления пищевой аллергии у детей » Медвестник

Пищевая аллергия является одной из форм пищевой непереносимости, под последней понимают воспроизводимую патологическую реакцию на пищевые продукты. Классификация пищевой непереносимости основана на выделении иммунных и неиммунных форм. Пищевой аллергией называют иммунологически опосредованную непереносимость пищевых продуктов.

Следует заметить, что зачастую происходит гипердиагностика пищевой аллергии. Поэтому данные о распространенности пищевой аллергии весьма разнообразны. Так, по данным ряда исследователей, не менее 20—30% населения убеждено, что они страдают пищевой аллергией. Тогда как распространенность доказанной пищевой аллергии в развитых странах среди детей первого года жизни составляет 6—8%, а в подростковом возрасте — 2—4%. Столь значимые различия в оценке распространенности пищевой аллергии могут являться следствием множества разнообразных жалоб, которые интерпретируются как проявление пищевой аллергии. К сожалению, явно завышенные данные о распространенности пищевой аллергии представляются и некоторыми специалистами, что объясняется, прежде всего, отсутствием в исследованиях провокационного тестирования и интерпретацией наличия сенсибилизации как свидетельства пищевой аллергии. Таким образом, понятие пищевой непереносимости значительно шире, чем пищевой аллергии. Так, пищевая непереносимость может быть следствием химических свойств пищевых продуктов (например, головная боль от тирамина в старых сырах, тремор от кофеина в кофе), результатом токсической реакции при употреблении большого количества определенного продукта и т.д. Нередко за пищевую аллергию принимается ферментная недостаточность (лактазная) или идиосинкразия. При этом надо отметить, что возможно сочетание ферментной недостаточности и пищевой аллергии.

Удельная значимость пищевой аллергии различна при конкретных нозологических формах. Так, среди детей со среднетяжелым и тяжелым атопическим дерматитом (АД) распространенность пищевой аллергии составляет 37—50%, острой крапивницей — 50—90%, хронической крапивницей — 2—5%, бронхиальной астмой/аллергическим ринитом — 5%. Существует ряд заболеваний, при которых роль пищевой аллергии подозревается и обсуждается рядом авторов. В частности, это относится к синдрому хронической усталости, синдрому раздраженного кишечника, мигрени, нейропатиям, серозному отиту, васкулитам, артритам и т.д. Вместе с тем при этих состояниях значение пищевой аллергии не доказано, и в настоящее время не представляется целесообразным проведение диагностических мероприятий по выявлению гиперчувствительности к пищевым аллергенам у данных категорий больных.

В зависимости от “шокового” органа пищевая аллергия может манифестировать различными заболеваниями (табл.).

Крапивница — заболевание, проявляющееся преходящими высыпаниями, морфологическим элементом которых является волдырь — четко ограниченный участок отека дермы. Цвет волдырей варьирует от светло-розового до ярко-красного, размеры от 1—2 мм до нескольких сантиметров. Это четко локализованный участок отека дермы и подкожной клетчатки. Высыпания обычно исчезают в течение 24 час., и после них не остается следов.

Ангиоотек (отек Квинке) — четко локализованный участок отека дермы и подкожной клетчатки. Высыпания обычно исчезают в течение 24 час., и после них не остается следов.

В подавляющем большинстве случаев причиной острой крапивницы/ангиоотека у детей раннего возраста являются пищевые продукты (молоко, рыба, крабы, бобовые, орехи, арахис, яйцо и т.д.). Различные фрукты и овощи могут также являться причиной крапивницы. Известен ряд продуктов (яйца, рыба, коровье молоко и т.д.), которые при контакте с неповрежденной кожей у сенсибилизированных пациентов вызывают крапивницу. Достаточно часто встречается контактная гиперчувствительность к коровьему молоку, в частности к белкам — лактоглобулину и казеину, проявляющаяся в виде рецидивирующей крапивницы. Дифференциальный диагноз кожных реакций, индуцированных локальным контактом или системной абсорбцией, особенно сложен у детей раннего возраста, которые контактируют с пищевыми продуктами различными участками тела.

Хроническая крапивница у детей редко связана с пищевой гиперчувствительностью, вместе с тем у детей, страдающих и другими аллергическими заболеваниями, желательно проводить аллергодиагностику.

Атопический дерматит (АД) является широко распространенным заболеванием у детей, патогенетическую основу клинических проявлений которого составляет хроническое аллергическое воспаление кожи, обусловленное воздействием на сенсибилизированный организм ребенка различных аллергенов.

АД характеризуется множеством клинических проявлений, которые имеют место только у части больных. Ключевым признаком АД является зуд. Вместе с тем описать клиническую картину АД достаточно трудно. Прежде всего это связано с возможностью различной локализации поражения кожи (флексорная, экстензорная поверхность, генерализованные формы).

Клинические проявления АД и их локализация существенно зависят от возраста больных, что является основным характерным и отличительным признаком этого дерматоза, не свойственным другим экзематозным и лихеноидным заболеваниям кожи. Более чем у 2/3 больных АД начинается на 1-м году жизни, а приблизительно у 85% развивается до 5-летнего возраста. У детей до 2—3-летнего возраста АД наиболее часто проявляется гиперемией, микровезикулами на гиперемированной и отечной коже. Поражаются отдельные участки тела: лицо, за исключением носогубного треугольника, наружная поверхность верхних и нижних конечностей, локтевые и подколенные ямки, запястья и область голеностопных суставов, ягодицы. Ребенка беспокоит сильный зуд кожи.

У детей 3—12 лет АД проявляется покраснением и отеком кожи, ее утолщением и усилением кожного рисунка, трещинами, эрозиями, геморрагическими корочками, мелкопластинчатым и отрубевидным шелушением. Преимущественная локализация — на сгибательных поверхностях конечностей, шее, запястьях. У подростков проявлениями АД являются лихеноидные крупные, слегка блестящие папулы, множественные экскориации и геморрагические корочки, локализующиеся на лице, шее, локтевых сгибах, вокруг запястий и на тыльных поверхностях кистей.

Доказательная оценка эффективности диетотерапии при АД получена в результате 14 клинических исследований за период с 1975 по 2003 г. В исследование были включены 823 ребенка в возрасте до 18 лет. У 137 детей проявления атопического дерматита были тяжелыми, у 142 — рефрактерного характера. Для 544 детей тяжесть и характер проявлений не были конкретизированы. Диетотерапия была признана эффективной в 13 из 14 исследований, причем наиболее эффективной — у детей первого года жизни. Для детей с тяжелыми или рефрактерными проявлениями АД диетотерапия была эффективной в 52—80% случаев.

Можно выделить три типа течения АД. При первом заболевание возникает в первые три месяца жизни и после двух лет заканчивается выздоровлением (7,4%). При втором типе (31,4%) после двух лет манифестации заболевания наступает ремиссия продолжительностью от 6 месяцев до 3 лет. В дальнейшем процесс принимает рецидивирующий характер. Для третьего типа (61,2%) характерно непрерывно рецидивирующее течение болезни.

Герпетиформный дерматит — заболевание, манифестирующее зудящей сыпью, обычно распространяемой на экстензорных поверхностях конечностей и ягодицах. Высыпания могут быть представлены уртикариями, везикулами, папулами, а в области ладоней и подошв возможно развитие геморрагических элементов. Наиболее часто заболевание встречается у детей в возрасте 2—7 лет. Герпетиформный дерматит связан с целиакией и гиперчувствительностью к глютену. Так, в 75—90% случаев выявляется целиакия, у остальных пациентов глютензависимая гиперчувствительность является субклинической и проявляется при массивном воздействии глютена. Необходимо подчеркнуть, что при использовании диеты с элиминацией глютена положительная динамика со стороны кожных покровов возникает в более поздние сроки по сравнению с нормализацией функционирования кишечника.

Поражения желудочно-кишечного тракта (ЖКТ) занимают второе место среди патологии, которая связана с пищевой аллергией. Клинические проявления заболеваний ЖКТ обычно встречаются в комплексе с поражением кожи и манифестируют в виде различных симптомов (рвота, тошнота, боль, диарея). К реакциям на пищевые продукты относятся: целиакия и индуцированные пищевыми белками энтероколит, проктит, проктоколит, энтеропатия. Реакции немедленной гиперчувствительности в ЖКТ могут проявляться в любом возрасте и развиваются от нескольких минут до двух часов после употребления продукта. Временные рамки являются ключевыми для диагностики. К наиболее выраженным симптомам относятся: рвота, тошнота, колики, абдоминальные боли, диарея. Характерным представляется сочетание кожных и желудочно-кишечных симптомов, связанных с атопической гиперчувствительностью.

Рвота — наиболее яркое проявление, но она может быть менее выражена при длительной экспозиции аллергена. В этом случае ведущими симптомами являются: потеря аппетита, снижение веса, абдоминальные боли. Необходимо отметить синдром, включающий в себя сочетание запора и сенсибилизации к коровьему молоку. Запоры уменьшаются после отмены молочных продуктов.

Достаточно часто аллергия к белкам коровьего молока сочетается с лактазной недостаточностью, что приводит к сложностям в дифференциальной диагностике и лечении.

Оральным аллергическим синдромом могут страдать как дети, так и взрослые. У детей заболевание преимущественно ассоциировано с аллергенами куриного яйца, рыбы, орехов, бобовых. У взрослых наряду с перечисленными продуктами значение приобретают овощи и фрукты. Симптомы ограничены поражением орофарингеальной области и проявляются зудом, чувством дискомфорта, ангиоотеком губ, языка, неба, которые, как правило, возникают в течение нескольких минут после контакта с соответствующими продуктами и обычно недлительны.

Симптомы энтероколита, индуцированного пищевыми белками, включают рвоту и профузную диарею с развитием тяжелого шокоподобного состояния. Они проявляются в течение 1—10 час. после употребления соответствующего продукта и исчезают в течение 72 час. после элиминации аллергена. Наиболее частыми продуктами, вызывающими энтероколит у детей первого года жизни являются коровье молоко и соя, в то время как у детей старшего возраста — яйцо, пшеница, рис, кукуруза, горох.

Пищевая аллергия является одной из причин ректальных кровотечений у детей раннего возраста. Проктит, индуцированный пищевыми белками, обнаруживается у детей первых месяцев жизни и проявляется появлением примеси крови в кале на фоне хорошего самочувствия. Средний возраст детей, которым выставляется диагноз, приблизительно 60 дней, однако обычно кровотечение наблюдается в течение нескольких недель до установления правильного диагноза. Наиболее частыми триггерами являются смеси на основе сои и коровьего молока, при этом синдром может развиться и у детей, находящихся исключительно на грудном вскармливании. Элиминация из диеты сои и коровьего молока приводит к исчезновению явного кровотечения в течение 72 час. Длительность скрытого кровотечения неизвестна. В случае развития заболевания на фоне гидролизованных смесей возможен терапевтический эффект при использовании аминокислотных смесей.

Энтеропатия, индуцированная пищевыми белками, проявляется у детей раннего возраста и заключается в диарее, рвоте и недостаточном наборе веса. Гиперчувствительность к молоку встречается наиболее часто, но может сочетаться с сенсибилизацией к сое, яйцу, пшенице и другим продуктам. Следует отметить, что большинство больных становятся толерантными к молоку при достижении 1—3-летнего возраста, имеются лишь отдельные сообщения о наличие данного заболевания у детей более старшего возраста.

Целиакия представляет собой энтеропатию, индуцированную пищевым белком — глиадином, который содержится в пшенице, овсе, рисе, ячмене. Диагноз документируется типичными гистологическими находками, которые нивелируются при элиминации глиадина из диеты. Клинические симптомы включают в себя потерю веса, хроническую диарею, стеаторею, полифекалию, псевдоасцит, прогрессирующее истощение и задержку роста, симптомы витаминной и минеральной недостаточности и т.д. Возможно развитие оральных язв.

Эозинофильный гастроэнтерит может поражать больных всех возрастов и проявляется во множестве симптомов: абдоминальные боли, диарея, потеря веса, мелена и т.д. В биоптате слизистой желудка и кишечника выявляется эозинофильная инфильтрация, возможна также эозинофилия в периферической крови. Необходимо помнить, что и при ряде других поражений эозинофилы могут быть обнаружены в слизистой ЖКТ (паразитарные инфекции, воспалительные заболевания кишечника). Диагноз эозинофильного гастроэнтерита устанавливается только после исключения других заболеваний.

Симптомы эозинофильного эзофагита аналогичны манифестациям гастроэзофагеального рефлюкса, но не отвечают на антирефлюксную терапию. Рвота и абдоминальные боли являются наиболее частыми симптомами заболевания. Кроме того, возможны анемия, вследствие скрытого кровотечения, потеря веса, ахалазия, дисфагия, аллергические симптомы, стриктуры проксимального отдела пищевода.

Заболевания органов дыхания выявляются значительно реже по сравнению с болезнями кожи и ЖКТ. Наиболее частой патологией органов дыхания при пищевой аллергии являются бронхиальная астма и аллергический ринит. Изолированные назальные и бронхиальные реакции на пищевые продукты встречаются достаточно редко, более характерно их сочетание с атопическим поражением кожи и ЖКТ. Приступы бронхиальной астмы могут появляться при прямой ингаляции аэрозоля, содержащего пищевые аллергены, и обычно происходят у больных с гиперчувствительностью к аллергенам рыбы, морепродуктов, яйца при условиях приготовления продуктов в ограниченном пространстве. Среди широкого спектра пищевых продуктов, способных индуцировать бронхоспазм, особое внимание уделяется арахису, лесному ореху.

В 1960 г. D.C. Heiner и J.W. Sears сообщили о синдроме у детей раннего возраста, который включает в себя эпизоды пневмонии, сопровождающиеся легочными инфильтратами, гемосидерозом, желудочно-кишечным кровотечением, железодефицитной анемией и астеническим синдромом. Симптомы заболевания (в настоящее время наиболее распространенный термин — синдром Гейнера), как правило, появляются в возрасте от 1 до 9 месяцев и наиболее часто представлены кашлем, свистящим дыханием, кровохарканьем, затруднением носового дыхания, рецидивирующими отитами, лихорадкой, анорексией, болями в животе, диареей, наличием крови в стуле. При рентгенографическом исследовании выявляются инфильтраты в легочной ткани. У некоторых больных отмечена лимфоидная гипертрофия, проявляющаяся спленомегалией, гипертрофией аденоидов или миндалин. Характерной особенностью этих больных является повышенный титр преципитиновых антител к белкам коровьего молока. В некоторых случаях подтверждается легочный гемосидероз легких при обнаружении сидерофагов в бронхоальвеолярном секрете или биоптате легких. Иногда у больных выявляются эозинофилия, анемия, повышение уровня сывороточных иммуноглобулинов А, М, G.

Это редкое заболевание наиболее часто связывают с гиперчувствительностью к белкам коровьего молока, однако описаны случаи возникновения синдрома Гейнера на употребление в пищу сои, яйца, свинины. После исключения из питания молока отмечается значительное улучшение состояния и исчезновение симптомов и инфильтрата в течение недели, при этом улучшение состояния настолько выражено, что большинство больных отказываются от проведения провокационной пробы. У больных, у которых проводился провокационный тест, симптомы заболевания появлялись вновь. Описан случай, когда после двухлетнего исключения молочных продуктов симптомы заболевания появились через 2 месяца после начала употребления молока.

Синдром Гейнера стоит предположить у ребенка с необъяснимым легочным инфильтратом, имеющего в анамнезе аллергическую реакцию, с повышенным уровнем преципитинов к белкам коровьего молока, а также при исчезновении симптомов при элиминации коровьего молока.

Анафилаксия — системная острая аллергическая реакция немедленного типа, которая развивается в сенсибилизированном организме после повторного контакта аллергена, в частности пищевого с IgE-антителами, образовавшимися после предыдущего попадания аллергена в организм, и имеет тяжелые проявления пищевой аллергии. Наиболее часто анафилаксию связывают с употреблением куриного яйца, коровьего молока, арахиса, сои, рыбы, морепродуктов (моллюски, крабы, лобстеры, устрицы), различных орехов (лесной, грецкий, кешью, фисташки, миндаль). Пищевая аллергия является наиболее частой причиной анафилаксии, требующей реанимационных мероприятий, составляя приблизительно одну треть или четверть всех случаев. Анафилаксия — жизнеугрожающий клинический синдром. В США пищевые продукты вызывают анафилаксию со смертельным исходом приблизительно у 100 человек в год. В последние десятилетия отмечается рост распространенности пищевой анафилаксии, что предположительно обусловлено увеличением чувствительности к пыльце, латексу, фруктам, орехам, овощам, “скрытым” аллергенам, повсеместным употреблением экзотических продуктов, пакетированных продуктов, в состав которых часто входят компоненты, о которых ничего не сообщается.

Клинические проявления анафилаксии, вызванной пищевыми продуктами, включают отек гортани, крапивницу, ангиоотек, стридор, бронхообструкцию, одышку, рвоту, абдоминальные боли, гипотензию, загрудинные боли, сердечную аритмию и т.д. Приблизительно треть больных с анафилаксией к пищевым продуктам имеют двухфазную реакцию, у 1/4 больных отмечаются пролонгированные симптомы (до 3 недель).

Знание особенностей клинических манифестаций пищевой аллергии позволяет определить профиль диагностических мероприятий и оптимизировать терапевтическую помощь.

А.Н. ПАМПУРА, руководитель отдела аллергологии и клинической иммунологии ФГУ Московский НИИ педиатрии и детской хирургии Росмедтехнологий, доктор медицинских наук; А.И. ХАВКИН, руководитель отделения Московского НИИЭМ им. Г.Н. Габричевского, профессор

Дефицит ферментов – обзор

Цитоскелетные анемии (наследственный сфероцитоз и эллиптоцитоз), ферментдефицитные анемии и аутоиммунные гемолитические анемии

Врожденные аномалии мембраны эритроцитов становятся все более изученными. При эллиптоцитозе и наследственном сфероцитозе мембрана более проницаема для катионов и более восприимчива к потере липидов при истощении клеточной энергии, чем мембрана нормального эритроцита. Как наследственный сфероцитоз (присутствует у 1 из 5000 человек), так и наследственный эллиптоцитоз наследуются по аутосомно-доминантному типу.Считается, что при обоих нарушениях дефекты мембраны возникают в результате мутации спектрина, структурного белка мембранного цитоскелета. 385 Хотя терапевтическая роль спленэктомии при этих заболеваниях полностью не определена, известно, что при тяжелых заболеваниях спленэктомия сокращает продолжительность жизни эритроцитов с 20-30 дней до 40-70 дней. Поскольку спленэктомия предрасполагает пациента к грамположительной септицемии (особенно пневмококковой), возможно, пациентам следует вводить пневмококковую вакцину перед операцией.О каких-либо конкретных проблемах, связанных с анестезией, при этих заболеваниях не сообщалось.

Дефицит глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы (G6PD) (связанный с полом рецессивный признак) был признан наиболее распространенной энзимопатией во всем мире, чаще всего проявляющейся у мужчин и у пациентов африканского, азиатского, средиземноморского или ближневосточного происхождения . 385a Молодые клетки имеют нормальную активность, но более старые клетки имеют выраженный дефицит по сравнению с нормальными клетками. Дефицит Г6ФД приводит к гемолизу эритроцитов и образованию телец Гейнца.Гемолиз эритроцитов также может происходить при интеркуррентных инфекциях или после введения препаратов, которые производят вещества, требующие G6PD для детоксикации (например, метгемоглобин, глутатион и перекись водорода). Препараты, которых следует избегать, — это сульфаниламидные препараты, хинидин, прилокаин, лидокаин, противомалярийные препараты, жаропонижающие препараты, ненаркотические анальгетики, аналоги витамина К и, возможно, нитропруссид натрия.

Аутоиммунные гемолитические анемии включают анемию холодовых антител, тепловую анемию антител (идиопатическую) и анемию, вызванную лекарственными препаратами, и возникают в результате опосредованного антителами разрушения эритроцитов. 386-388 Гемолитическая анемия с холодовыми антителами опосредована антителами IgM или IgG, которые при комнатной температуре и более низких температурах вызывают слипание эритроцитов. Когда этим пациентам делают переливание крови, клетки и все инфузии жидкости должны быть теплыми, а температура тела должна тщательно поддерживаться на уровне 37°C, чтобы предотвратить гемолиз. Гемолитическая анемия с тепловыми антителами (или идиопатическая) опосредована IgG и представляет собой сложную проблему лечения, характеризующуюся хронической анемией, наличием антител, активных против эритроцитов, положительным тестом Кумбса и трудностями перекрестного сопоставления крови.Для пациентов, подвергающихся плановому хирургическому вмешательству, могут быть использованы аутологичные трансфузии, предварительное депонирование крови со стимуляцией эритропоэтином или без нее, 389 и кровь от редких резус-отрицательных доноров эритроцитов или ближайших родственников пациента (или обоих). В экстренных ситуациях возможность аутотрансфузии, спленэктомии, лечения кортикостероидами, ритуксимабом, циклофосфамидом или азатиоприном следует обсудить с гематологом, обладающим знаниями в этой области. 389a

Наследственные нарушения обмена веществ. Симптомы и причины

Обзор

Наследственные нарушения обмена веществ относятся к различным типам заболеваний, вызванных генетическими дефектами (чаще всего унаследованными от обоих родителей), которые нарушают обмен веществ в организме.Эти состояния также можно назвать врожденными нарушениями метаболизма.

Метаболизм — это сложный набор химических реакций, которые ваше тело использует для поддержания жизни, включая производство энергии. Специальные ферменты расщепляют пищу или определенные химические вещества, чтобы ваш организм мог сразу же использовать их в качестве топлива или хранить. Кроме того, определенные химические процессы расщепляют вещества, которые больше не нужны вашему телу, или производят те, которых ему не хватает.

Когда эти химические процессы не работают должным образом из-за дефицита гормонов или ферментов, возникает нарушение обмена веществ.Наследственные нарушения обмена веществ подразделяются на разные категории в зависимости от конкретного вещества и от того, накапливается ли оно в вредных количествах (поскольку его нельзя расщепить), слишком мало или отсутствует.

Существуют сотни наследственных нарушений обмена веществ, вызванных различными генетическими дефектами. Примеры включают:

Некоторые метаболические нарушения можно диагностировать с помощью рутинных скрининговых тестов, проводимых при рождении. Другие выявляются только после того, как у ребенка или взрослого проявляются симптомы расстройства.

Лечение наследственного нарушения обмена веществ зависит от типа и тяжести заболевания. Поскольку существует очень много типов наследственных нарушений обмена веществ, рекомендации по лечению могут значительно различаться — от диетических ограничений до трансплантации печени.

Получайте самую свежую медицинскую информацию из клиники Мэйо на свой почтовый ящик.

Подпишитесь бесплатно и получите подробное руководство по здоровье пищеварительной системы, а также последние новости и инновации в области здравоохранения. Вы можете отписаться в любой время.

Подписаться

Узнайте больше об использовании данных Mayo Clinic.

Чтобы предоставить вам наиболее актуальную и полезную информацию, а также понять, какие информация полезна, мы можем объединить вашу электронную почту и информацию об использовании веб-сайта с другая информация о вас, которой мы располагаем. Если вы пациент клиники Майо, это может включать защищенную информацию о здоровье. Если мы объединим эту информацию с вашей защищенной медицинской информации, мы будем рассматривать всю эту информацию как информацию и будет использовать или раскрывать эту информацию только так, как указано в нашем уведомлении о практики конфиденциальности.Вы можете отказаться от получения сообщений по электронной почте в любое время, нажав на ссылка для отписки в письме.

Спасибо за подписку

Подробное руководство по здоровому пищеварению скоро будет в вашем почтовом ящике. Вы также получите электронные письма от Mayo Clinic о последних новостях в области здравоохранения, исследованиях и уходе.

Если вы не получили наше письмо в течение 5 минут, проверьте папку СПАМ и свяжитесь с нами. на информационный бюллетень@mayoclinic.com.

Извините, что-то пошло не так с вашей подпиской

Повторите попытку через пару минут

Повторить попытку

Продукты и услуги

Показать больше продуктов Mayo Clinic

Лечение наследственных нарушений обмена веществ в клинике Майо

12 июля 2017 г.

Показать ссылки
  1. Goldman L, et al., ред. Подход к врожденным ошибкам метаболизма. В: Медицина Гольдмана-Сесил. 25-е ​​изд. Филадельфия, Пенсильвания: Saunders Elsevier; 2016. https://www.clinicalkey.com. По состоянию на 11 апреля 2017 г.
  2. Kliegman RM, et al. Подход к врожденным ошибкам метаболизма. В: Учебник Нельсона по педиатрии. 20-е изд. Филадельфия, Пенсильвания: Elsevier; 2016. https://www.clinicalkey.com. По состоянию на 11 апреля 2017 г.
  3. Саттон В.Р. Врожденные пороки обмена веществ: Классификация. https://www.uptodate.com/home. По состоянию на 11 апреля 2017 г.
  4. Саттон В.Р. Врожденные ошибки обмена веществ: определение конкретного расстройства. https://www.uptodate.com/home. По состоянию на 11 апреля 2017 г.
  5. Саттон В.Р. Врожденные нарушения обмена веществ: эпидемиология, патогенез и клиника. https://www.uptodate.com/home. По состоянию на 11 апреля 2017 г.
  6. Браун А.Ю. Аллскрипты EPSi. Клиника Мэйо, Рочестер, Миннесота, 11 апреля 2017 г.
  7. Lanpher БК (экспертное заключение). Клиника Мэйо, Рочестер, Миннесота, 16 мая 2017 г.
  8. .

Связанные

Товары и услуги

Показать больше продуктов и услуг Mayo Clinic

Наследственные нарушения обмена веществ

Дефицит метаболических ферментов человека: подход, основанный на генетической мутации

Abstract

Одной из сложнейших задач биологии является улучшение понимания механизмов, которые подчеркивают дефицит метаболических ферментов (МЭД), и того, как они претендуют на влияние на здоровье человека.Однако было выявлено, что МЭД может быть как наследственной как врожденная ошибка метаболизма (НЭМ), так и приобретенной, что несет в себе высокий риск прерывания биохимических реакций. Дефицит ферментов приводит к накоплению токсичных соединений, которые могут нарушать нормальные функции органов и вызывать отказ в производстве важнейших биологических соединений и других промежуточных продуктов. Расстройства, связанные с МЭД, охватывают широко распространенные клинические проявления и могут поражать практически любую систему органов. Чтобы обобщить причинные факторы почти всех расстройств, связанных с МЭД, мы решили пойти по менее изученному, но тем не менее актуальному направлению, сосредоточив наше внимание на продуктах семейства ассоциированных генов, регуляции их экспрессии, генетической мутации и типах мутаций.Кроме того, в обзоре также описаны клинические проявления, а также диагностические и терапевтические подходы.

1. Введение

В последнее время значительный интерес вызывает понимание метаболизма и потока энергии через клетки [1]. Врожденная ошибка метаболизма (ВЭМ) представляет собой группу нарушений, характеризующихся дефектом одного гена, который блокирует некоторые жизненно важные этапы нормального метаболического пути, приводящего к отложению субстрата или недостаточности продукта для нормальной функции органов [2].Диагностика имеет первостепенное значение не только для лечения и прогноза, но и для генетического консультирования [3]. Дефицит фермента считается генетически наследуемым почти всегда по рецессивному типу, поскольку он в основном является результатом мутаций «потеря функции» [4]. Наследуется либо по аутосомно-рецессивному типу (у обоих родителей нет патологии, но каждый из них несет дефектный ген и передает его ребенку), либо по Х-сцепленному рецессивному типу (только мать несет пораженный ген на Х-хромосоме и передает его ребенку) [5].

Наследование большинства метаболических нарушений происходит редко [6], а возраст дебюта чрезвычайно вариабелен; однако ИЭМ поражают в основном педиатрическую популяцию [2]. Раннее выявление ИЭМ коррелирует со значительным снижением связанной с ним инвалидности и смертности [6]. Генетическая мутация также ответственна за дефект фермента, который регулирует взаимодействие ферментов с белками при транспортировке и связывании кофакторов. В результате происходит модификация клеточной химии либо за счет уменьшения содержания эссенциального компонента, либо за счет накопления токсических веществ [4].

Подходы к лечению метаболических нарушений основаны на симптоматической терапии, которая может включать (а) модификацию процесса метаболизма путем ограничения связывания предшественника с ферментами; [4] (б) провокация и стабилизация остаточной активности ферментов с помощью кофакторов или витаминов; (c) блокирование продукции токсических метаболитов с помощью детоксицирующих агентов; [7] (г) заместительная терапия для снабжения экзогенными функциональными ферментами; (e) эндогенная продукция ферментов при трансплантации органов; (f) генная терапия для замены дефектного гена [4]; (g) избежание катаболизма на всех этапах лечения.Тем не менее, диетотерапия считается неотъемлемой частью лечения ИЭМ. Для оценки IEM необходимы несколько параметров, которые включают потребление питательных веществ, скорость роста и мониторинг лабораторных показателей [7, 8].

До сих пор, несмотря на появление довольно большого количества превосходных обзоров в области ИЭМ в литературе, ни один обзор не был посвящен обобщению реальной корреляции дефицита метаболических ферментов (МЭН) у человека с врожденными нарушениями метаболизма (НЭМ), особенно у ощущение генетической мутации.Таким образом, цель этого обзора состоит в том, чтобы предоставить наиболее полную информацию о ключевых ферментах, играющих решающую роль в различных хорошо известных метаболических путях, таких как глюконеогенез, цикл Кребса, цикл мочевины и пентозофосфатный (ПФП) путь (). Акцент здесь делается на том, как генетическая мутация или измененная экспрессия генов влияют на расстройства, связанные с МЭД. представляет собой обобщенную форму нарушений дефицита метаболических ферментов и генетических мутаций.

Взаимосвязь между различными метаболическими путями (глюконеогенез, цикл Кребса, цикл мочевины и пентозофосфат) и различными ферментами, ответственными за метаболизм.

Таблица 1

Дефицит метаболических ферментов и генетические мутации.

[9, 133, 135] [1136] 90G> T 851C> G, 9012 90 1103 1q1 миссенс [81, 149]
Ферменты Дефекты расстройства Мутации Мутации Белок / аминокислота / нуклеотид Типы мутаций Местоположение гена Другие осложнения ссылки
Von Болезнь Гирке C.130C> T P.44S P.44S P.44S Missense Chromosome 17Q21 Единый эпизод миозита [9, 133]
г.346A> G P.M116V Missense Missense 17Q21 T-клеточный лимфопения, моноцитоз, анемия, двусторонние паховые гермеа, недушенные тесты, синдром Дурсана и гипоплазия тимуса [9, 134]
C.347 T> P.M116K Missense Missense 17Q21 17Q21 Учебные трудности и гипогонадотрофические
Hypogonadism, мягкая митральная и трикуспидная недостаточность
с.461 T>C p.L154P Missense 17q21 Гиперцеллюлярный костный мозг, миелоидная гиперплазия, отсутствие задержки созревания, лобные выступы, вдавленная переносица, вздернутый нос, ретрогнатия и трудности в обучении C.554 T> C P.L185P Missense Missense 17Q21 17Q21 Стеноз легочного клапана [137]
г.623 T> G p.L208R миссенс 17q21 Трикуспидальная недостаточность [138]
c.758G> а p.R253H миссенс 17q21 Сниженное количество зрелых нейтрофилов, прерывистые большие и малые половые губы, близко посаженные, косые глаза, низко посаженные уши и двусторонний крипторхизмG260R ​​ Missense Missense 17Q21 17Q21 17Q21 Микропенис, мягкая задержка развития, гипопластические соски, маларное распилование, уменьшенные зрелые нейтрофилы и крипторхидизм [137, 139, 141]
C.779G> A p.g260d p.g260d Missense 17Q21 17Q21 Созревание ареста на стадии миелоцита / промилоцитов, треугольный лицевой, фронтальный бойнинг, микрогнатия, депрессивный назальный мост, а также Cutis Laxa [139]
c.144C> p.y48x Сдвиг кадров и сращивания 17Q21 Крипторхидизм, двусторонняя паховая грыжа, и расщелина Palate [137]
P110Del .T64_i70del Рамка-сдвиг и склад-сайт 17Q21 Граналоматозные воспалительные заболевания кишечника, спленомегалия, цифровой клуб и короткий рост [138, 140]
г.210delC p.I70fsX46 Сдвиг рамки и сайт сплайсинга 17q21 Треугольное лицо, вдавленная спинка носа, задержка роста, увеличение передней доли гипофиза и остановка созревания на стадии миелоцитов/промиелоцитов2 1 31133 90 [1 31133 90]
C.218 + 1G> Рамка-сдвиг и склад-сайт 17Q21 17Q21 Снижение зрелых нейтрофилов и увеличение ретикулярных окрашиваний, правая паховая грыжа, двусторонний крипторхидизм и фронтальный босс [137]
в.416G> T Рамка-сдвиг и созревание-сайт 17Q21 17Q21 Созревание ареста на стадии миелоцита / промелоцитов, неспособность процветать [137]
C. [766_777del] p.[S255fs] Сдвиг рамки и место сращивания 17q21 Широкое лицо, выступающие уши, маленький нос, большой рот, узкий лоб, короткий желобок и двусторонняя потеря слуха на внутреннее ухо [137]
в.131С>Т;
758 G>A
стр.P44L;
R253H
Рамка-сдвиг и конфиденциальный сайт 17Q21 17Q21 плоский маларский регион, короткий фильтр, спленомегалия и правый птоз [139]
C.210DELC;
348G>A
p.I70fsX46;
M116i
Рамка-сдвиг и склад-сайт 17Q21 Треугольное лицо, видное верхняя губа, подавленная кончик носа и узкая грудная клетка [139, 142]
c.677 + 1G>А;
829C> T
P.Gln277x P.GLN277X Сдвиг кадров и Splice-сайт 17Q21 [9] [9]
Фруктоз-1,6-бисфосфатаза 581T> C, F194S 9Q22.2-Q22.3 Гепатомегалия, ацидоз, кетонурия, повышенный уровень мочевой кислоты, и повышенный уровень лактата и липидный уровень [47]
P284R Рвота, сонливость, учащенное дыхание, и гепатомегалии [47]
960 / 961insG Glyceroluria [45
A177D 530C-A Missense [45] [45]
E30г 88г-т нонсенс [45]
V325A 974T → C нонсенс [45]
рибоза-фосфат-изомеразы в.540DELG Рамка-Shift 2P11.2 [113, 143]
C.182C> T, P.A61V Missense 2P11. 2 [113, 143] [113, 143]
C.512_514Delcct p.ser171del гомозиготный 11P15,5-P154
1P34.1-P33 (Pseud-Gene )
Коарктация аорты, тубулопатия, спленомегалия и отек новорожденных [118]
c.575G> P.Arg192His Missense Missense 11P15,5-P154
1P34,1-P153 (псевдоген)
Гломереловая протеинурия, большой венозный канал, кардиомиопатия и спленомегалия [117]
C.512_514DELCCT P.Ser171Del 11P15,5-P154
1P34.1-P33 (псевдоген)
Нефрокальциноз [116]
в.574C> T P.Arg192Cys 11P15.5.04
1P34.1-P33 (псевдоген)
Тубулопатия [118]
C.575г > P.Arg192His Missense Missense 11P15,5-P15.04
1P34.1-P33 (псевдоген)
Neonatal отек, фиброз печени, гепатоспленомегалия и анемия [115] Сукцинатдегидрогеназа IVS1+1G4T c.72 + 1G4T SDHB
1P35-P36.1
1P35-P36.1
Paraganglioma, Pheochromocytoma [102] [102]
IVS4 + 1G43C C.423 + 1G4C, C.423 + 1G4A SDHB
1P35-P36.1
Прогрессивные внешние офтальмоплегии [102, 144]
SDHB
1P35-P36.1
Параганглиома, феохромоцитома и прогрессирующая наружная офтальмоплегия [102]
c.43c4t SDHC
1Q21
Оптическая атрофия, Атаксия, прогрессивная миопатия и задержка развития [102]
IVS5 + 1G4A C.405 + 1G4A
SDHC 1q21
прогрессивное внешняя офтальмоплегия [102, 145]
c.57delG –
SDHD 11q23
атрофией зрительного нерва, атаксия, прогрессивный миопатия, Задержка развития, и прогрессирующая внешняя офтальмоплегия [102]
глюкоза-6-фосфат дегидрогеназа 202 (G → A) /
376 (A a a a)
xq28 гемолитическая анемия [109, 110]
563C → T xq28 цианоз , Головная боль, усталость, тахикардия, одышка, летаргия, поясница / сверхумальная боль, боль в животе, спленомегалия, гемоглобинурия, и / или склеромегалия [104, 109, 110]
1003г → xq28 Splenomegaly, гемоглобинурия, и / или склеромальная ICHER [104, 109, 110]
1376G → C xq28 цианоз , Головная боль, усталость, тахикардия, летаргия, поясничная / замечательная боль, и боль в животе [80, 104, 109, 110]
68 Val → Met XQ28 Гемоглобинурия [146]
3 126 ASN → ASP XQ28 XQ28 Летаргия, поясничная / наверхорная боль [146]
Фумараза Фумаровая ацидурия c.1358T4C p.L453P – 1q42.1 Неврологические нарушения, микроцефалия [147]
c.653T4C1 [p.L218P] 1q42. 1 Энцефалопатия, судороги, рвота и гипотония [96, 147]
C.512G4A P.S171N 1Q42.1 1Q42.1 Неврологические нарушения, энцефалопатия, судороги , рвота и гипотония [96]
A265T Missense Энцефалопатия, судороги, рвота и гипотония [147] [147] [147]
D383V Missense 1Q42.1 1Q42.1 Микроцефалия, судороги, задержка развития или умственная отсталость [147]
F269C – миссенс 1q42.1 энцефалопатия, умственная отсталость [147]
K187R – 1q42.1 микроцефалия, судороги [147]
W458X – нонсенс 1q42.1 Приступы, рвота и гипотония [147]
пируват-дегидрогеназы комплекс Лей болезнь A1133G миссенс Xp22 (Е1 девяносто одна тысяча семьдесят восемь α девяносто одна тысяча семьдесят девять) гипотония, задержка развития [71, 148]
C214T миссенс Xp22 (E1 α +) мозолистое аномалии [81]
C615A миссенс Xp22 (Е1 α +) Периферийная невропатия [81]
R263G Бред/бред 901 32 XP22 (E1 αp22 (E1 α ) Corpus Callosum Annormalies, судороги, гипотония, задержка развития, и периферийная нейропатия
R72 Missense / Nonsense Xp22 (E1 α ) каллозальных агенез / гонад, церебральная атрофия [149]
R378 миссенс / нонсенс Xp22 (Е1 α ) Ataxia, рецидивозависимые dystonia [149]
1 Hyberammonemia [126]
102532 Удаление 17Q21.31 рвота, измененное сознание, судороги и кома [126]
C200R C.598T> C C.598T> C Missense Missense 17Q21.31 Хронические головные боли, тошнота [130, 150]
S410P г.1228T> C Missense Missense 17Q21.31 Гиперамонемия, измененный уровень сознания, судороги, кома и хронические головные боли [130, 150]
A518T C.1552G> A Missense 17Q21.32 17Q21.31 рвота, измененный уровень сознания, судороги, комы и неврологические нарушения [120, 130, 150]
l430p c.1289T> C 17Q21.31 17Q21.31 Гиперамонемия, рвота, кома, хронические головные боли, и тошнота [130, 150]
W484R C.1450T> C 17q21.31 Гипераммониемия, неврологические нарушения [123, 130, 150]

2. Дефицит метаболических ферментов: причины и осложнения

2,10. Дефицит глюкозо-6-фосфатазы (G6Pase)

G6Pase способствует образованию глюкозо-6-фосфата из глюкозы в просвете эндоплазматического ретикулума (ER) [9, 10].При этом фермент является частью многокомпонентной системы, включающей несколько интегральных мембранных белков, каталитическую субъединицу G6Pase (G6PC), регуляторный белок, связывающий Ca 2+ , и транслоказу глюкозо-6-фосфатазы (G6PT) [11]. Активность G6Pase ограничена различными глюконеогенными тканями, такими как печень [12], почки [13], тонкий кишечник [14] и β -клетки эндокринной поджелудочной железы [9].

Фермент G6Pase кодируется генами G6PC1, G6PC2 и G6PC3, ответственными за нарушение обмена веществ.G6PC1 экспрессируется в печени, почках и тонком кишечнике, тогда как G6PC2 экспрессируется в поджелудочной железе, а G6PC3 повсеместно экспрессируется в организме человека [15, 16]. G6PC1 и G6PC3 расположены на хромосоме 17q21, а G6PC2 — на хромосоме 2q31. Цитозольный глюкозо-6-фосфат транспортируется в ЭР посредством гена, кодируемого SLC37A4 [17, 18]. Дефицит активности G6Pase в печени, почках и слизистой кишечника с избыточным накоплением гликогена в этих органах приводит к болезни накопления гликогена (БГН) 1 типа (болезни фон Гирке).Последнее рассматривается как острое нарушение обмена веществ, преимущественно характеризующееся гипогликемией. Существует два основных типа болезней накопления гликогена: первый связан с дефектом в G6PC, называемый GSD типа 1a, а второй связан с дефектом в G6PT, называемый GSD типа 1b [19, 20].

У пациентов с GSD-1a клинически диагностированы быстро индуцированная гипогликемия и гиперлактацидемия в неонатальном периоде. Выпячивание живота из-за выраженной гепатомегалии является первым симптомом, развившимся примерно в 3-месячном возрасте.Более того, другими биологическими признаками являются гиперлипидемия, гиперурикемия, круглое кукольное лицо, задержка развития и позднее начало полового созревания [20–22]. Клиническими признаками являются хронический ацидоз и гипертриглицеридемия, которые привели к развитию остеопении и увеличению почек. Долгосрочными осложнениями могут быть гепатоцеллюлярные аденомы, почечные осложнения, гиперурикемия и тяжелая гипертриглицеридемия, которые могут вызвать риск панкреатита и легочной гипертензии [23]. У больных GSD-1b наряду с этими симптомами диагностируют также нейтропению, которая является причиной развития болезни Крона [21, 24].В недавних исследованиях обнаружение антибактериальных антител к флагеллину (анти-CBir1) у пациентов с GSD-1b является еще одним признаком болезни Крона, и уровень этих антител увеличивается во время болезненного состояния. У пациентов с GSD-1b чаще встречается спленомегалия наряду с гепатомегалией, которая редко встречается у пациентов с GSD-1a [20, 25].

Ранее биопсия печени была основным методом диагностики нарушения G6Pase. Последние достижения в молекулярной биологии включают диагностические тесты на основе ДНК и клонирование генов, а база данных мутаций G6Pase помогает в диагностике.К настоящему времени идентифицировано более 80 отдельных мутированных генов для семейства генов G6Pase, которые прямо или косвенно ответственны за активность G6Pase. К ним относятся миссенс (E110Q, D38V, P178S, W236R, R295C и L345R), нонсенс (Q347X и R170X), инсерция/делеция (822delC и 813insG) и делеция кодона (DF327), которые способны снижать активность G6Pase. [19].

Встречающиеся в природе модели собак и трансгенных мышей используются для изучения GSD-1a, тогда как модели трансгенных мышей предназначены для GSD-1b [10, 26].Модель трансгенных мышей демонстрирует все симптомы GSD-1a человека, то есть гипогликемию, гепатомегалию, нефромегалию, задержку роста, гиперлипидемию, легкую молочнокислую ацидемию и гиперурикемию [10, 26]. Скрещивание биглей и мальтезе (с мутацией Met121Ile) выявило мутацию гена G6PC с симптомами GSD-1a [26, 27]. Эти модели животных могут служить полезным инструментом для понимания патофизиологических состояний и терапевтических подходов к дефициту GSD-1a [26]. Генная терапия, связанная с аденовирусными и аденоассоциированными вирусными векторами, является еще одним важным терапевтическим подходом для G6Pase- α [28, 29].Кроме того, измерение гранулоцитарного колониестимулирующего фактора (GCSF) является важным параметром для диагностики GSD-1b, поскольку G-CSF может увеличивать количество и улучшать функцию циркулирующих нейтрофилов, а G-CSF может улучшать симптомы болезни Крона. воспалительное заболевание кишечника у лиц с GSD-1b [30, 31].

Кукурузный крахмал и другие углеводы являются основным средством лечения дефицита G6Pase [32]. Также необходима нормализация других физиологических показателей при болезненном состоянии дефицита G6Pase.Аллопуринол и ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (АПФ) используются в качестве дополнительных препаратов для снижения уровня мочевой кислоты и микроальбуминурии [20]. Дополнительная терапия при дефиците G6Pase включает гиполипидемические препараты и цитрат калия [26, 33, 34]. Трансплантация печени у пациента с GSD-1a может быть выполнена, если диетическая терапия становится неэффективной при гепатоцеллюлярной аденоме и опухолях. Трансплантация костного мозга может быть предпринята для пациентов с миелоидной недостаточностью, связанной с GSD-1b [26, 34–39].

2.2. Дефицит фруктозо-1,6-бисфосфатазы (FBPase)

FBPase — уникальный фермент глюконеогенеза, регулируемый изменением активного (R) и неактивного (T) конформационных изомерных состояний [11, 40], который катализирует зависимое обратимое образование фруктозо-1,6-бисфосфата из фруктозо-6-фосфата и неорганического фосфата [41]. Молекулярная масса FBPase человека составляет 36,7 кДа и состоит из четырех идентичных субъединиц одного субстрата и одного аллостерического сайта.Активность FBPase регулируется фруктозо-2,6-бифосфатом (связывается с сайтом субстрата) и аденозинмонофосфатом (связывается с аллостерическим сайтом). Этот фермент кодируется геном FBP1 в печени и почках на участках хромосом 9q22.2 и q22.3 [42].

Дефицит FBPase — метаболическое рецессивное нарушение в печени, характеризующееся опасными для жизни эпизодами гипервентиляции, гипогликемии, апноэ, лактоацидозом и кетозом [43, 44]. Kikawa впервые выявил мутации FBPase у десяти пациентов из восьми неродственных семей, предполагая, что мутация гена FBP1 ответственна за дефицит FBPase.На сегодняшний день опубликовано несколько различных мутаций у людей с дефицитом FBPase. Среди них 960/961insG, G164S, A177D и E30X были зарегистрированы в японских неродственных семьях. Недавно две новые мутации гена FBP1, F194S и P284R, были идентифицированы у японской пациентки с дефицитом FBPase. p.G260R, c.778G>A и p.Y216X — недавно идентифицированные мутации у шведских пациентов [43, 45]. Как правило, мутации широко распространены по всему гене FBP1, и каждая мутация была обнаружена в одном случае или семье, за исключением: вставка гуанина в положении 960, обнаруженная у нескольких пациентов разного этнического происхождения [46].Ген FBP1 подавляется при Ras-опосредованной трансформации и канцерогенезе желудка, а NF-каппа-В участвует в инициации подавления гена FBP1 (эффект Варбурга) [45–49].

Диагноз недостаточности фермента FBPase устанавливался с помощью спектрофотометрических и нагрузочных тестов (радиохимических) [50, 51] в печени, почках [52] и тощей кишке [32]. Стимулируемая кальцитриолом экспрессия гена FBP1 аналогична экспрессии рецептора витамина D [53]. Измерение дефицита FBPase наблюдается в лейкоцитах [54, 55].Позже аналогичная активность определяется в моноцитах, где стимуляция кальцитриолом приводила к 4-6-кратному усилению активности. Дальнейший метод иммуноблоттинга выявил наличие ферментов в моноцитах, но не в лимфоцитах [56]. Более того, как клинические симптомы, так и анализ мутаций являются распространенными методами определения активности FBPase. Кроме того, для достоверного диагноза обычно используется оценка активности ткани печени [49].

Глюкозу (10–12 мг/кг/мин, новорожденным) и бикарбонат (200 ммоль/24 ч) назначают для контроля гипогликемии и ацидоза.Во время лечения часто назначают крахмал и желудочный капельник, но не сахарозу, сорбит, фруктозу, жир (20–25%) и белок (10%) [57].

Повышение активности FBPase при диабете 2 типа играет основную роль, поскольку этот фермент способствует глюконеогенезу [58]. Однако противодиабетические средства не снижают глюконеогенез, поэтому требуется отдельное ингибирование активности FBPase [58–60]. Использование селективных ингибиторов FBPase (аденозинмонофосфат) и стратегия дизайна, ориентированная на структуру, являются важными параметрами активности FBPase.В свете того же, довольно много ингибиторов FBPase находятся на разных стадиях текущих клинических испытаний (CS-917 и MB07803) [58].

2.3. Дефицит фосфоенолпируваткарбоксикиназы (PEPCK)

PEPCK, важный маркер глюконеогенеза, катализирует превращение фосфоенолпирувата в оксалоацетат. Существуют разные изоформы PEPCK, а именно PEPCK1 (цитозольная) и PEPCK2 (митохондриальная) [61]. PEPCK1 локализован на хромосоме 20q13.31 и кодирует полипептид из 622 аминокислот с 91% сходством последовательности с последовательностью крысы, тогда как PEPCK2 локализован на хромосоме 14q11.2 и кодирует полипептид из 640 аминокислот с 78% идентичностью последовательности с последовательностью PEPCK1 человека [61, 62]. PEPCK1 регулируется митохондриальными ГТФ-зависимыми путями, включая гормоны, поставку субстрата и пуриновые нуклеотиды.

Хотя этот фермент участвует в глюконеогенезе, он играет важную роль в глицеронеогенезе, где он участвует в синтезе глицерида-глицерина из глюкозы или глицерина в жировой ткани и печени [63, 64]. Он играет еще одну роль в цикле лимонной кислоты и помогает в присоединении углеродных скелетов к аминокислотам [65].Недавно сообщалось, что роль этого фермента в эпителиальных клетках молочной железы (клетки HC11) происходит из эпителиальных клеток COMMA-D и выделена из молочной железы беременных мышей BALB/c [66, 67]. Кроме того, PEPCK2 известен своей способностью фиксировать углекислый газ путем превращения пирувата в щавелевоуксусную кислоту (путь Вуда-Веркмана) [68]. Более того, PEPCK2 в основном участвует в глюконеогенезе, обеспечивая цитозольный NADH посредством его превращения в пируват из молочной кислоты.Дефицит этого фермента является аутосомно-рецессивным заболеванием, фенотип которого не выражен четко. Лактоацидоз и гипогликемия являются основными симптомами дефицита PEPCK. Синдром Рейе развивается за счет угнетения глюконеогенеза, что, в свою очередь, связано с дефицитом фермента PEPCK [69].

Специфические симптомы дефицита PEPCK связаны с лактоацидозом, гипогликемией, гепатомегалией, нечувствительностью к глюкагону, задержкой развития, синдромом Фанкони, задержкой развития, гипотонией и массивным отложением жира в печени и почках [70].

Лечение дефицита PEPCK включает поддерживающую терапию, аналогичную дефициту FBPase, для лечения острых приступов (инфузии глюкозы и бикарбоната). Специфического лечения, кроме поддержания нормогликемии и коррекции метаболических нарушений, не существует.

2.4. Дефицит пируватдегидрогеназного комплекса (PDHC)

PDHC играет решающую роль в превращении пирувата в ацетилкофермент А. Комплекс состоит из трех различных ферментов: пируватдекарбоксилазы (E1), дигидролипоилтрансацетилазы (E2) и дигидролипоилдегидрогеназы ( Е3).Этот комплекс требует для реакции пять коферментов, три простетические группы (тиаминпирофосфат, ФАД и липоевая кислота) и два других переносчика (кофермент А и НАД) [71]. Дефицит PDHC считается одним из наиболее распространенных генетических, а также нейродегенеративных заболеваний, обычно связанных с аномальным митохондриальным метаболизмом. Это чрезвычайно гетерогенное состояние, а также одно из Х-сцепленных заболеваний, при котором у гетерозиготных женщин проявляются тяжелые симптомы [72–75].

Ранее было зарегистрировано около 200 случаев дефицита PDHC, когда произошла мутация в субъединице E1 α хромосомы Xp22.Было идентифицировано 80 различных мутантных генов из субъединицы E1 α , ответственных за дефицит [76–78]. Несколько случаев дефицита не были четко поняты, и предполагается, что это произошло из-за изменения рецессивных генов (1 : 50000 случаев у мужчин) [79].

Клинический спектр дефицита PDHC широк и делится на неврологические и метаболические проявления. Неврологическая картина включает гипотонию, спастичность, дисплазию зубчатых ядер, пахигирию, умственную отсталость и синдром Ли.Метаболические проявления недостаточности этого фермента возникают в неонатальном периоде вследствие лактоацидоза. Мочевая болезнь кленового сиропа (MSUD) и нарушение энергетического обмена возникали при дефиците PDHC из-за повышения уровня пирувата, лактата и α -кетоглутарата в плазме [80]. Иногда при этом ферментодефицитном состоянии наблюдался неонатальный лактоацидоз наряду с респираторными нарушениями [81]. Недавно также были идентифицированы мутации в гене пируватдегидрогеназной фосфатазы [79, 82].

Диагноз основывается на лабораторных измерениях лактата и пирувата в крови и спинномозговой жидкости (ЦСЖ). Высокий уровень лактата и пирувата в крови и спинномозговой жидкости с лактоацидемией или без нее предполагает дефицит PDHC. Кроме того, соотношение лактата и пирувата диагностически полезно для дифференциации дефицита PDHC от других форм врожденного лактоацидоза при более высоких уровнях лактата (> 5  ммоль / л). Низкое соотношение L : P наблюдается при наследственных нарушениях дефицита PDHC.Как и в случае дефицита PDHC, мутация возникает в зародышевых клетках одного из родителей, и большинство детей умирают, не достигнув совершеннолетия; Пренатальная диагностика чрезвычайно полезна для диагностики пациентов до их рождения, чтобы можно было начать лечение сразу после рождения. Выявление дефицита мутантного гена и генетический анализ при беременности — один из самых надежных методов пренатальной диагностики [82]. В пренатальной диагностике культивированные клетки ворсин хориона являются наиболее надежными для измерения ферментативной активности.У плода мужского пола легко диагностировать с уверенностью, но у плода женского пола это становится трудным из-за сильного перекоса инактивации Х-хромосомы.

Лечение включает кетогенную диету, важную рациональную стратегию при дефиците PDHC, но она не улучшает неврологические симптомы и структурные повреждения головного мозга. Было обнаружено, что тиамин в различных дозах и дихлорацетат в дозе 50 мг/кг эффективны у некоторых пациентов для потенциального лечения дефицита PDHC, и примерно 40 случаев лечились таким же образом.Комбинация DCA и тиамина может быть назначена в хронических случаях, но тиамин с кетогенной диетой следует попробовать у каждого пациента [72, 82].

2.5. Дефицит сукцинатдегидрогеназы (SDH)

SDH (сукцинатубихиноноксидоредуктаза) состоит из гетеротетрамерного белка с субъединицами SDHA и SDHB, которые выпячиваются в митохондрии и связаны с внутренней мембраной субъединицами SDHC и SDHD (сайт присоединения убихинона). Все эти субъединицы вместе называются комплексом II, помогающим в цикле Кребса [83].Четыре субъединицы СДГ кодируются четырьмя ядерными генами, расположенными на хромосомах 1p35-p36.1, 5p15, 1q21 и 11q23 [84, 85]. Синдром Лея, также известный как подострая некротизирующая энцефаломиелопатия (SNEM), является нейродегенеративным заболеванием и связан с дефицитом SDH из-за мутации [86].

Синдром PGL4 (синдром феохромоцитомы/параганглиомы 4 типа) характеризуется гастроинтестинальными стромальными опухолями и опухолями почек и обычно классифицируется как карцинома. Синдром PGL4 вызывается дефицитом SDHB из-за миссенс-мутации.Более того, наследственная параганглиома и феохромоцитома являются основным болезненным состоянием при дефиците СДГ, который возникает из-за мутации субъединиц СДГВ, СДГС или СДГД [87, 88]. Подобные заболевания также возникают из-за мутации фактора сборки субъединиц SDHA и SDH 2 [89, 90]. Различные расстройства, такие как синдром Ли, прогрессирующая миопатия, офтальмоплегия, атрофия зрительного нерва и атаксия, являются основными клиническими проявлениями дефицита СДГ [91, 92]. Лечение дефицита этого фермента симптоматическое.

2.6. Дефицит фумаразы или фумаратгидратазы (FH)

FH катализирует превращение фумарата в малат, который отвечает за аутосомно-рецессивное нарушение в цикле Кребса. Существует два типа изоферментов фумаразы, присутствующих в цитозоле и митохондриях. Митохондриальная фумаратгидратаза отвечает за каталитическое обратимое превращение фумарата в малат во время цикла лимонной кислоты, тогда как цитозольная фумараза участвует в метаболизме фумарата во время цикла мочевины [93].

Мутантные аллели гена FH расположены на хромосоме 1 человека в положении 1q42.1. [94–96]. Однако генетический анализ показал, что мутация происходит на хромосоме 435insK у нескольких пациентов (GenBank {“type”:”entrez-нуклеотид”,”attrs”:{“text”:”U59309″,”term_id”:”2317794″,”term_text “:”U59309”}}U59309), тогда как другие мутации казались частными мутациями [97–100]. Ген FH подобен гену-супрессору опухоли, связанному с почечно-клеточным раком и наследственным лейомиоматозом [101, 102].

Фумаровая ацидурия возникает при дефиците ФГ, характеризуется неврологическими нарушениями, энцефалопатией и судорогами, что приводит к смерти в детском возрасте [86].Нейропатологические изменения включают кисты сосудистых сплетений, полимикрогирию и гипомиелинизацию, возникающую в белом веществе головного мозга в пожилом возрасте [97, 103]. Концентрацию фермента ФГ измеряют в лейкоцитах крови, печени и фибробластах кожи при дефиците (через реакцию связывания с малатдегидрогеназой) [86, 101]. К сожалению, на сегодняшний день не существует специфического лечения, которое можно было бы эффективно использовать.

2.7. Дефицит глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы (G6PD)

G6PD работает в пентозофосфатном (PPP) пути и помогает в восстановлении никотинамидадениндинуклеотидфосфата (NADPH).G6PD служит антиоксидантным ферментом, отдавая один электрон окисленному глутатиону (GSSG), который превращается в восстановленный глутатион (GSH) [80, 104]. Синдром дефицита также относится к Х-сцепленному наследственному заболеванию [104–107]. Дефицит G6PD встречается повсеместно из-за мутаций de novo [108]. Существует 160 различных мутировавших генов, ответственных за дефицит G6PD. Ген, вовлеченный в заболевание, расположен на Xq28, содержит 13 экзонов и кодируется белком, состоящим из 515 аминокислот.Скорость распространения мутаций гена G6PD отличается от одной географической области к другой [104, 109]. G6PD A-202(G→A)/376(A→G) — наиболее распространенная мутация на Африканском континенте. Мутация гена G6PD, называемая «средиземноморской», также часто распространялась из стран Средиземноморья и Ближнего Востока на Индийский субконтинент. Это наиболее распространенная мутация среди пациентов из северных провинций Ирана. Помимо этого, Chatham и Cosenza, две другие распространенные мутации гена G6PD, имеют самые высокие показатели частоты в этих областях [110-112].

Пациенты с дефицитом G6PD страдают цианозом, головной болью, утомляемостью, тахикардией, одышкой, вялостью, поясничной/загрудинной болью, болью в животе, спленомегалией, гемоглобинурией и/или иктеричностью склер. Более того, продукты распада гемоглобина могут накапливаться в крови, вызывая желтуху, и выделяться с мочой, вызывая темно-коричневую окраску [80].

2.8. Дефицит рибозо-5-фосфатизомеразы (RPI)

RPI представляет собой фермент пути PPP, который катализирует превращение между рибулозо-5-фосфатом (Ru5P) и рибозо-5-фосфатом (R5P).При гораздо меньшем количестве диагностированных пациентов дефицит RPI в настоящее время является самым редким заболеванием в мире [113, 114]. При дефиците ИПН у человека возникает приступ эпилепсии с последующим ослаблением речи, зрения, координации рук и ходьбы [114].

Содержит 2 гена p11.2 с 9 экзонами и 311 аминокислотами. Обнаружено, что дефицит этого фермента вызывается комбинацией двух мутаций. Первая представляет собой делецию (c.540delG), а вторая представляет собой миссенс-мутацию (c.182C>T) 2p11.2 ген [113].

Заболевание клинически проявляется лейкоэнцефалопатией и легкой периферической полинейропатией. Другие неврологические параметры, такие как выраженная мозжечковая атаксия, нистагм, двусторонняя атрофия зрительного нерва и спастичность, также наблюдались при дефиците этого фермента [113].

Уровни D-ксилулозы, рибозы, рибитола и арабита повышаются в моче при дефиците, поэтому диагноз дефицита этого фермента ставится по концентрации сахаров и полиолов в образце мочи.Диагноз также может быть поставлен с помощью ферментативного анализа фибробластов и анализа последовательности гена R5P. Специфического лечения такого дефицита не существует [80].

2.9. Дефицит трансальдолазы (TALDO)

TALDO является неокислительным ферментом пентозофосфатного пути, который участвует в установлении корреляции между путями PPP и гликолиза. Дефицит трансальдолазы (TALDO) является недавно признанным метаболическим заболеванием, о котором до сих пор сообщалось у 2 пациентов с печеночной недостаточностью и циррозом.Дефицит этого фермента свидетельствует о повышении в организме полиолов и семиуглеродных сахаров (эритрита, арабита и рибита) [113].

Ген TALDO состоит из хромосомы 11p15.5-p15.4 с другим псевдогеном на хромосоме 1p34.1-p33. Дефицит TALDO обусловлен мутацией в гене TALDO 1 в виде с.575C>T (p.Arg192Cys), c.574G>A (p.Arg192His) и c.512-514delCCT [115, 116].

Общие клинические симптомы включают проблемы с кровотечением, гепатоспленомегалию, увеличение клитора, цирроз печени, тромбоцитопению, повышенный уровень желчных кислот при нормальном уровне билирубина и умеренное удлинение протромбинового времени при дефиците TALDO.Кроме того, пациент может страдать от дыхательной недостаточности, прогрессирующей гипертрофии миокарда, брадикардии, тяжелого лактоацидоза и печеночной недостаточности [117–119].

Дефицит фермента TALDO диагностируется по повышенным концентрациям рибитола, арабита и эритрита в образце мочи. Повышенные концентрации этих маркеров более заметны у новорожденных и пожилых пациентов [118, 119]. Специфического лечения дефицита TALDO не существует. Трансплантация печени является альтернативным подходом при циррозе печени, возникшем при дефиците этого фермента [117, 118].

2.10. Дефицит N-ацетилглутаматсинтазы (NAGS)

NAGS присутствует в тонком кишечнике и печени и действует как важный фермент, регулирующий уреагенез [120–122]. В цикле мочевины N-ацетилглутамат (НАГ) необходим в качестве аллостерического активатора карбамилфосфатсинтетазы, фермента, ограничивающего скорость цикла мочевины. NAGS катализирует превращение глутамата в NAG путем соединения с ацетил-КоА. Вот почему дефицит NAGS приводит к гипераммониемии [123].

Дефицит NAGS является наиболее редким аутосомно-рецессивным наследственным нарушением обмена веществ, характеризующимся гипераммониемией [120, 121, 124, 125].Дефицит NAGS клинически характеризуется судорогами, плохим питанием, гипераммониемией, комой и хроническими головными болями [123, 124]. Биохимическая оценка всех промежуточных соединений, кроме повышенного содержания аммиака и глутамина в плазме, показывает нормальные результаты. Более того, уровень оротовой кислоты в моче не повышается при дефиците этого фермента [126, 127]. Тем не менее, диагноз может быть поставлен с помощью ферментативных исследований печени [127], но в некоторых случаях он ненадежен [128, 129]. Поэтому для точной диагностики проводят клонирование гена NAGS [127].Ген расположен на хромосоме 17q21.31, состоящей из 7 экзонов и 6 интронов. Мутации в гене NAGS включают 15 миссенс, 1 нонсенс, 4 сдвиг рамки считывания и 2 мутации сайта сплайсинга [130].

Дефицит NAGS является единственным наследственным нарушением цикла мочевины, которое можно специфически и эффективно лечить с помощью препарата N-карбамилглутамата (NCG), который, по-видимому, полезен для лечения гипераммониемических состояний и увеличивает скорость уреагенеза [131].

При дефиците этого фермента для удаления избытка аммиака обычно назначают добавку аргинина, фенилацетат натрия, бензоат натрия и фенилбутират натрия [132].

Дефицит фермента Дебранчера (болезнь Кори или Форбса) – Типы метаболических миопатий (ММ) – Болезни

Дефицит фермента Дебранчера (болезнь Кори или Форбса)

Что такое недостаточность деветвящего фермента (болезнь Кори или Форбса, гликогеноз 3 типа)?

Это заболевание представляет собой нарушение метаболизма мышц, группу заболеваний, которые мешают переработке пищи (в данном случае углеводов) для производства энергии.

Каковы симптомы дефицита деветвящего фермента?

Это заболевание в основном поражает печень. Это вызывает отек печени, замедление роста, низкий уровень сахара в крови и, иногда, судороги.

У детей эти симптомы часто улучшаются в период полового созревания. Мышечная слабость может развиться в более позднем возрасте и наиболее выражена в мышцах предплечий, кистей, голеней и стоп. Слабость часто сопровождается потерей мышечной массы и непереносимостью физических нагрузок.Также может пострадать сердце.

Что вызывает дефицит деветвящего фермента?

Заболевание вызвано дефектом гена деветвящего фермента, который препятствует расщеплению гликогена (запасенного сахара) в мышцах и печени. Дополнительную информацию см. в разделе «Причины/наследование».

Как прогрессирует недостаточность деветвящего фермента?

Это заболевание может начаться в любом возрасте от младенчества до 50 лет и медленно прогрессировать. Инфантильная форма может быть опасной для жизни в детстве.

Каков статус исследований дефицита деветвящего фермента?

Исследователи метаболических заболеваний мышц добиваются успехов по ряду направлений, в том числе:

  • более качественная диагностика для более раннего выявления лиц из группы риска и более раннего лечения;
  • продолжение изучения роли физических упражнений и диеты в метаболических заболеваниях;
  • разработка моделей метаболических заболеваний на животных как для улучшения понимания болезней, так и для проверки возможных методов лечения;
  • разработка заместительной терапии ферментами; и
  • разработка методов генной терапии.

Дефицит ферментов — Национальный фонд стволовых клеток

Ферменты — это особые типы белков, необходимые для расщепления молекул пищи на топливо в процессе обмена веществ, благодаря которому организм получает энергию для нормального роста и развития. Дефицит ферментов или отсутствие этих ферментов являются наследственными дефектами, которые приводят к ряду изменяющих жизнь или угрожающих жизни состояний:

МПС:

Мукополисахаридозы представляют собой группу наследственных заболеваний, при которых дефектный или отсутствующий фермент вызывает накопление сложных молекул сахара в клетках.В результате прогрессируют поражения сердца, костей, суставов, органов дыхания и центральной нервной системы. Хотя заболевание может быть незаметным при рождении, признаки и симптомы развиваются с возрастом по мере того, как повреждается все больше клеток. Подсчитано, что один из каждых 25 000 детей, рожденных в Соединенных Штатах, болеет той или иной формой МПС.

младший номер:

Лизосомальные болезни накопления представляют собой группу примерно из пятидесяти наследственных заболеваний, которые возникают, когда отсутствие фермента приводит к неспособности организма перерабатывать клеточные отходы.Тяжесть расстройства зависит от типа и количества накапливающихся клеточных остатков, но почти все расстройства прогрессируют. Многие из этих детей умирают в младенчестве или раннем детстве. Подсчитано, что один из каждых 5000 младенцев, рожденных в Соединенных Штатах, имеет ту или иную форму ЛСД. Пострадавшие люди часто имеют интеллектуальные нарушения и нарушения развития, помутнение роговицы, низкий рост, тугоподвижность суставов, недержание мочи, нарушения речи и слуха, хронический насморк, грыжу, болезни сердца, гиперактивность, депрессию, боль и резко укороченную продолжительность жизни.

НП:

Болезнь Нимана-Пика относится к группе наследственных нарушений обмена веществ, известных как нарушения накопления липидов. У пациентов с диагнозом эти расстройства отсутствует критический фермент, необходимый для метаболизма жирных веществ в организме, называемый липидами. В результате вредные количества липидов накапливаются в селезенке, печени, легких, костном мозге и головном мозге.

Симптомы могут включать нарушение мышечной координации, дегенерацию головного мозга, проблемы с обучением, потерю мышечного тонуса, повышенную чувствительность к прикосновению, спастичность, трудности с кормлением и глотанием, невнятную речь и увеличение печени и селезенки.Наиболее распространенный тип, тип А, встречается у младенцев. Дети с этим типом редко доживают до 18 месяцев. Тип B включает увеличенную печень и селезенку, что обычно происходит в предподростковом возрасте, но мозг не поражается. Типы C и D могут появиться в раннем возрасте или развиться позже, в подростковом возрасте. У этих людей может быть лишь умеренное увеличение селезенки и печени, но поражение головного мозга может быть обширным и вызывать неспособность смотреть вверх и вниз, трудности при ходьбе и глотании и прогрессирующую потерю зрения и слуха.Тип D обычно встречается у людей с предками в Новой Шотландии.

Дефицит орнитинтранскарбамилазы – NORD (Национальная организация редких заболеваний)

УЧЕБНИКИ
Adams, RD, et al., eds. Принципы неврологии. 6-е изд. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: McGraw-Hill, компании; 1997: 935-37.

Берман RE, изд. Учебник педиатрии Нельсона, 15-е изд. Филадельфия, Пенсильвания: WB. Компания Сондерс; 1996: 350-55.

Lyon G, et al., ред. Неврология наследственных болезней обмена веществ в детском возрасте.2-е изд. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: компании McGraw-Hill; 1996: 12-14.

Menkes JH, au., Pine JW, et al., ред. Учебник детской неврологии, 5-е изд. Балтимор, Мэриленд: Williams & Wilkins; 1995: 46-52.

Геллис С.С. и Каган Б.М., ред. Текущая педиатрическая терапия, 17-е изд. Филадельфия, Пенсильвания. WB Saunders, 1990.

СТАТЬИ В ЖУРНАЛЕ
Габрил М., Нгуен Дж., Крамер Д., Дженко Т., Май М., Россер Б.Г. Представление о приобретенном нарушении цикла мочевины после трансплантации печени. Трансплант печени.2007 Декабрь; 13 (12): 1714-6.

Нумата С., Харада Э., Маэно Ю., Уэки И., Ватанабэ Ю., Фуджи С., Янагава Т., Такенака С., Иноуэ Т., Иноуэ С., Гоуши Т., Ясутакэ Т., Мизута Т., Йошино М. Отцовская передача и медленная элиминация мутантные аллели, связанные с поздним дефицитом орнитинтранскарбамилазы у пациентов мужского пола. J Hum Genet. 2008;53(1):10-7. Epub 2007 20 ноября.

Pascual JC, Matarredona J, Mut J. Энтеропатический дерматоз, подобный акродерматиту, связанный с дефицитом орнитинтранскарбамилазы.Педиатр Дерматол. 2007 г., июль-август; 24(4):394-6.

Chiong MA, Carpenter K, Christodoulou J. Низкий уровень цитруллина не может быть диагностическим признаком дефицита орнитинтранскарбамилазы: отчет о клиническом случае. J Наследовать Metab Dis. 2007 июнь; 30 (3): 405. Epub 2007 Apr 3.

Nagy GR, Largiadèr CR, Nuoffer JM, Nagy B, Lázár L, Papp Z. Новая мутация в гене OTC вызывает неонатальную смерть у братьев-близнецов. Дж. Перинатол. 2007 февраль; 27 (2): 123-4.

Уокер В. Токсичность аммиака и ее профилактика при наследственных дефектах цикла мочевины.Сахарный диабет Ожирение Metab. сентябрь 2009 г .; 11 (9): 823–35.

Кросби Д.С., Сугумар Х., Симпсон М.А., Уокер С.П., Дьюи Х.М., Рид М.С. Дефицит орнитинтранскарбамилазы с поздним началом: потенциально смертельная, но излечимая причина комы. Критическая помощь Resusc. Сентябрь 2009 г .; 11 (3): 222-7.

Yamaguchi S, Brailey LL, Morizono H, Bale AE, Tuchman M. Мутации и полиморфизмы в гене орнитинтранскарбамилазы (OTC) человека. Хум Мутат. июль 2006 г .; 27 (7): 626–32.

Мориока Д., Касахара М., Такада Ю. и др. Текущая роль трансплантации печени для лечения нарушений цикла мочевины: обзор всемирной английской литературы и 13 случаев в Киотском университете.Трансплант печени. ноябрь 2005 г.; 11(11):1332-42.

Riudor E, Arranz JA, Rodes M. Частичный дефицит орнитинтранскарбамилазы. Педиатрия. май 2003 г.; 111 (5 часть 1): 1123-4; ответ автора 1123-4.

Ли Б. и др. Отдаленные исходы нарушений цикла мочевины. J Педиатр. 2000;138:С-62-С71.

Суми С. и др. Обнаружение гетерозигот с дефицитом орнитинтранскарбамилазы путем измерения урацила в моче. Int J Mol Med. 2000;6:177-80.

Busuttil AA, et al. Роль ортотопической трансплантации печени в лечении дефицита орнитинтранскарбамилазы.Печень Transpl Surg. 1998;4:350-54.

Тухман М. и др. Биохимический и молекулярный спектр недостаточности орнитинтранскарбамилазы. J Наследовать Metab Dis. 1998;21:40-58.

Тухман М. и др. Относительная частота мутаций, вызывающих дефицит орнитинтранскарбамилазы у 78 пациентов. Хам Жене. 1996;97:274-76.

Маэстри NE, и др. Длительное лечение девочек с недостаточностью орнитинтранскарбамилазы. N Eng J Med. 1996; 335:855-59.

Тухман М. и др., Молекулярная основа недостаточности орнитинтранскарбамилазы: моделирование человеческого фермента и последствий мутаций. J Med Genet. 1995;32:680-8.

Бэтшоу М.Л., Врожденные ошибки синтеза мочевины. Энн Нейрол. 1994; 35:133-41.

Burlina AB, et al., Провокационная проба с аллопуринолом у детей. J Наследовать Metab Dis. 1992; 15:707-12.

Brusilow SW, Нарушения цикла мочевины. Хосп Прак. 1985;305:65-72.

ИНТЕРНЕТ
МакКьюсик В.А., изд. Онлайн менделевское наследование у человека (OMIM).Балтимор. Доктор медицины: Университет Джона Хопкинса; Запись №: 311250; Последнее обновление: 23.09.2016. Доступно по адресу: http://omim.org/entry/311250 По состоянию на 13 декабря 2016 г.

Roth KS, Ornithine Transcarbamylsae Deficiency. Медскейп. Последнее обновление от 28 августа 2015 г. Доступно по адресу: http://emedicine.medscape.com/article/950672-overview По состоянию на 13 декабря 2016 г.

Домашний справочник по генетике. Дефицит орнитинтранскарбамилазы. Просмотрено в июне 2006 г. Доступно по адресу: https://ghr.nlm.nih.gov/condition/ornithine-transcarbamylase-deficiency.По состоянию на 13 декабря 2016 г.

Сирота. Дефицит орнитинтранскарбамилазы. Последнее обновление: ноябрь 2015 г. Доступно по адресу: http://www.orpha.net/consor/www/cgi-bin/OC_Exp.php?lng=EN&Expert=664 По состоянию на 13 декабря 2016 г.

Симптомы, причины, диагностика, Обработка, Типы

Обзор

Что такое болезнь Фабри?

У людей с болезнью Фабри не вырабатывается достаточно здоровых версий фермента (химического вещества крови), называемого альфа-галактозидазой А (альфа-ГАЛ).Эти ферменты предотвращают накопление сфинголипидов, жироподобного вещества, в кровеносных сосудах и тканях.

Без функционирующих ферментов альфа-GAL в кровеносных сосудах и тканях накапливаются опасные уровни сфинголипидов. Болезнь Фабри поражает сердце, почки, головной мозг, центральную нервную систему и кожу. Это наследственное заболевание, передающееся от родителя к ребенку. Иногда ее называют болезнью Андерсона-Фабри.

Какие существуют типы болезни Фабри?

Типы болезни Фабри отражают возраст человека, когда появляются первые симптомы.Типы включают:

  • Классический тип: Симптомы классической болезни Фабри проявляются в детстве или подростковом возрасте. Один из характерных симптомов болезни — болезненное жжение в руках и ногах — может быть заметен уже в двухлетнем возрасте. Симптомы со временем ухудшаются.
  • Поздний/атипичный тип: Люди с поздним началом болезни Фабри не имеют симптомов, пока им не исполнится 30 лет. Первым признаком проблемы может быть почечная недостаточность или болезнь сердца.

Насколько распространена болезнь Фабри?

Приблизительно каждый 40 000 мужчин страдает классической болезнью Фабри. Болезнь Фабри с поздним началом или атипичная форма встречается чаще. Он затрагивает примерно одного из каждых 1500–4000 мужчин.

Эксперты не уверены, сколько женщин страдают болезнью Фабри. Некоторые женщины не имеют симптомов или имеют легкие симптомы, которые легко игнорировать, поэтому у женщин это заболевание часто остается недиагностированным.

Симптомы и причины

Что вызывает болезнь Фабри?

Дети наследуют мутацию (изменение) гена галактозидазы альфа (GLA) на Х-хромосоме от родителей.Ген GLA производит фермент альфа-GAL, который помогает расщеплять жирные вещества (сфинголипиды). Люди, унаследовавшие дефектный ген GLA, не производят достаточно фермента альфа-GAL. В результате жировые вещества накапливаются в кровеносных сосудах.

Кто может заболеть болезнью Фабри?

Люди с болезнью Фабри наследуют мутировавший ген на Х-хромосоме от родителей. Самцы наследуют одну Х-хромосому от своих матерей. У самок две Х-хромосомы, по одной от каждого родителя.

Родитель может по-разному передать ребенку дефектный ген, вызывающий болезнь Фабри:

  • Отцы передают Х-хромосому с дефектным геном всем своим дочерям.У всех этих дочерей будет мутация гена, вызывающая болезнь Фабри. Сыновья не подвержены риску, потому что мужчины получают Y-хромосому от своих отцов (а не X-хромосому).
  • Вероятность передачи пораженной Х-хромосомы матерям дочерям или сыновьям составляет 50%. У некоторых членов семьи может быть мутация гена, а у других нет.

Каковы симптомы болезни Фабри?

Симптомы болезни Фабри различаются в зависимости от ее типа. Некоторые симптомы слабо выражены и могут появиться только в более позднем возрасте.Мужчины, как правило, имеют более серьезные симптомы, чем женщины. Симптомы болезни Фабри включают:

Диагностика и тесты

Как диагностируется болезнь Фабри?

Ваш лечащий врач может назначить анализы для диагностики болезни Фабри, в том числе:

  • Анализ ферментов: Этот тест измеряет ферменты альфа-GAL в крови. Измерения 1% или ниже указывают на заболевание. Этот тест наиболее надежен для мужчин и не должен использоваться для женщин.
  • Генетический: Поскольку женщины с болезнью Фабри могут иметь нормальный уровень ферментов альфа-GAL, поставщики медицинских услуг используют генетическое тестирование (секвенирование ДНК) для выявления мутации гена GLA.
  • Обследование новорожденных: В некоторых штатах новорожденных проверяют на наличие болезни Фабри и других лизосомных болезней накопления. Ферментный тест входит в стандартную программу скрининга новорожденных.

Управление и лечение

Как лечить болезнь Фабри?

Болезнь Фабри неизлечима. Лекарства от боли и проблем с желудком могут облегчить симптомы. Есть два метода лечения, которые могут замедлить накопление жировых веществ с целью предотвращения проблем с сердцем, заболеваний почек и других опасных для жизни осложнений:

  • Заместительная терапия ферментами: Каждые две недели вам внутривенно (в/в) вводят фермент агалзидазу бета (Fabrazyme®), изготовленный в лаборатории.Этот замещающий фермент выполняет работу отсутствующего фермента альфа-GAL, поэтому жировые вещества не накапливаются. Вы можете получить антигистаминные и другие лекарства перед терапией, чтобы предотвратить аллергическую реакцию.
  • Пероральная терапия шаперонами: Шапероны представляют собой небольшие молекулы, которые восстанавливают неисправный фермент альфа-GAL. Затем восстановленные ферменты могут расщепить жировое вещество. При этой терапии вы принимаете таблетку (мигаластат [Galafold®]) через день, чтобы стабилизировать неисправный фермент альфа-GAL.Не всех с болезнью Фабри можно лечить этим лекарством. Это зависит от вашей конкретной генетической мутации в гене GLA, если вы имеете право на это лечение.

Исследователи активно разрабатывают несколько новых методов лечения с использованием генной инженерии и технологий стволовых клеток.

Каковы осложнения болезни Фабри?

Годы накопления жирового вещества могут повредить кровеносные сосуды и привести к опасным для жизни проблемам, таким как:

Профилактика

Как предотвратить болезнь Фабри?

Болезнь Фабри передается по наследству.Если вы являетесь носителем мутировавшего гена, вызывающего болезнь Фабри, поговорите с консультантом-генетиком. Этот специалист может объяснить шансы передачи гена вашим детям и обсудить варианты. Например, процесс, называемый преимплантационной генетической диагностикой (ПГД), выявляет эмбрионы, которые не несут мутировавший ген. Ваш врач имплантирует здоровые эмбрионы во время экстракорпорального оплодотворения (ЭКО). ПГД гарантирует, что у вашего ребенка не будет мутировавшего гена или болезни Фабри.

Перспективы/прогноз

Каков прогноз (перспективы) для людей с болезнью Фабри?

Болезнь Фабри — прогрессирующее заболевание.Симптомы и риск серьезных осложнений ухудшаются с возрастом. Люди с болезнью Фабри имеют более высокий риск опасных для жизни проблем, которые могут сократить продолжительность жизни. В среднем мужчины с классической болезнью Фабри, как правило, доживают до 50 лет. Женщины с этим заболеванием часто доживают до 70 лет. Вы можете добавить годы к своей жизни, получая надлежащую помощь при сердечных и почечных заболеваниях и принимая меры по уменьшению количества инсультов.

Жить с

Когда следует вызвать врача?

Вам следует позвонить своему лечащему врачу, если у вас болезнь Фабри и вы испытываете:

  • Боль в груди, нерегулярное сердцебиение, одышка или признаки сердечного приступа.
  • Чрезмерный отек или задержка жидкости.
  • Сильное головокружение, проблемы со зрением или признаки инсульта.
  • Потеря слуха.
  • Сильная боль в животе или диарея.

Какие вопросы я должен задать своему врачу?

Вы можете спросить своего поставщика медицинских услуг:

  • Как я заболел болезнью Фабри?
  • Какой тип болезни Фабри у меня?
  • Какое лечение мне лучше всего подходит?
  • Каковы риски лечения и побочные эффекты?
  • Подвержены ли члены моей семьи риску развития болезни Фабри? Если да, то должны ли мы пройти генетическое тестирование?
  • Какой тип постоянного ухода мне нужен?
  • Стоит ли обращать внимание на признаки осложнений?

Записка из клиники Кливленда

Болезнь Фабри — серьезное генетическое заболевание, которое может привести к опасным для жизни проблемам с сердцем и почками.Это прогрессирующее заболевание, которое со временем ухудшается. Симптомы могут развиваться в детстве (классический тип) или в зрелом возрасте (атипичный тип). Мужчины, как правило, имеют более тяжелые симптомы. Некоторые женщины имеют легкие симптомы и не знают, что они больны. Если у вас болезнь Фабри, поговорите со своим лечащим врачом о способах снижения риска инсульта и защиты сердца и почек. Новые методы лечения, в том числе замена ферментов и пероральное лечение шаперонами, могут помочь вам справиться с болезнью и снизить вероятность серьезных осложнений.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.