Психосоматика заболеваний жкт: Психосоматика. ЖКТ | клиника Алтимед

Содержание

Психосоматика заболеваний: психологические причины болезней

автор: Царук Евгений Григорьевич

[[blockquote text=”Исследования показывают, что физические расстройства, связанные с психическим стрессом, возникают из-за гиперактивности нервных импульсов, посылаемых от мозга к другим частям тела, что может вызвать секрецию адреналина в кровь, что приводит к состоянию тревоги. Это состояние может быть вызвано различными жизненными факторами.”]]

[[blockquote text=”Отсутствие социальной поддержки – в виде близкого человека, с которым можно поделиться всеми трудностями или проблемами – также способствует увеличению вероятности дальнейших сердечных приступов.”]]

[[blockquote text=”Doc.ua призывает не отказываться от лечения и обращаться за медицинской помощью при появлении любых симптомов заболевания, физических или психологических.”]]

[[doctor text=”Записаться на прием к доктору”]]

Существует убеждение, что вся эмоциональная и психологическая боль отображается различными заболеваниями организма, и называют такое явление

психосоматикой.


Что такое психосоматика?

Когда-то считалось, что  психосоматические расстройства (далее – психосоматика) – это отдельная группа расстройств, при которых стресс и психологический стресс приводят к болезни по психосоматике. Примерами были язвенная болезнь, артрит и дерматит. В настоящее время признано, что причины психосоматики могут иметь социальные, психологические и поведенческие аспекты, а также физические органические особенности. 

Всемирная организация здравоохранения определяет психосоматическую медицину как «исследование биологических, психологических и социальных переменных в состоянии здоровья и болезни».

Что вызывает психосоматику?

Исследования показывают, что физические расстройства, связанные с психическим стрессом, возникают из-за гиперактивности нервных импульсов, посылаемых от мозга к другим частям тела, что может вызвать секрецию адреналина в кровь, что приводит к состоянию тревоги. Это состояние может быть вызвано различными жизненными факторами.
  Следующие причины психосоматических болезней могут повышать вероятность возникновения соматических симптомов у людей:
  • генетика: в нескольких исследованиях утверждается, что определенные генетические отклонения у человека могут напрямую вызывать это состояние.
  • нерегулярные биологические состояния: изменение метаболизма глюкозы, уровней аминокислот в сыворотке и т. д. Может вызвать психосоматическое расстройство.
  • влияние стресса: люди, которые переживают стрессовые события, такие как травмы, жестокое обращение, частые болезни, страх, депрессия, гнев, чувство вины, незащищенность и другие сложные ситуации, также подвержены этому расстройству.
  • семейные обстоятельства: отсутствие родителей, поведение родителей по отношению к ребенку и трудности в отношениях также являются основными причинами психосоматических расстройств.

Психология и болезни связаны напрямую, поэтому психосоматические болезни, возникающие в результате стресса, могут включать гипертонию, респираторные заболевания, желудочно-кишечные расстройства, мигрень и головные боли напряжения, сердечные боли и другие.

Лучше всего это проиллюстрировано на примере болезни сердца, которая вызывается многими факторами. К ним относятся:

врожденные биологические факторы: возраст, пол и генетические особенности, которые увеличивают вероятность сердечного приступа; 

физиологические факторы: повышенное артериальное давление, курение, употребление алкоголя и повышенный уровень холестерина в крови; 

психологические и социальные факторы: включая депрессию, тревогу и определенные формы стресса, которые связаны с  риском сердечного приступа или повышенным шансом смерти после этого. 

Стресс может вызвать тревогу или депрессивные расстройства, которые могут привести к учащенному сердцебиению и увеличению вероятности нерегулярных сердечных сокращений, что может быть фатальным вскоре после сердечного приступа. 

Отсутствие социальной поддержки – в виде близкого человека, с которым можно поделиться всеми трудностями или проблемами – также способствует увеличению вероятности дальнейших сердечных приступов.

Таким образом, современный взгляд на психосоматические механизмы включает роль стресса, депрессии и отсутствия социальной поддержки наряду с биологическими факторами в причинах или исходе болезни. Относительная важность экологического стресса варьируется в разных условиях.

Основные категории психосоматических расстройств

Есть три основные категории психосоматики болезней. 

В первом случае человек страдает психическим и физическим заболеванием, симптомы и лечение которого усложняют друг друга. 

Ко второй категории относятся люди, страдающие психическими расстройствами в связи с заболеванием и лечением. Например, пациенты чувствуют себя подавленными из-за того, что они больны раком и проходят лечение от него. 

Третий вид называется соматоформным расстройством. Это состояние, при котором человек с психическим заболеванием испытывает один или несколько физических симптомов, даже если у него нет какого-либо связанного с ним заболевания.

Ипохондрия: это состояние, при котором человек считает незначительный физический симптом серьезным заболеванием. Например, превращение временной проблемы с метеоризмом в воспаление кишечника психосоматически и рак толстой кишки.

Конверсионное расстройство: когда у человека, не страдающего каким-либо заболеванием, возникают неврологические симптомы, такие как проблемы с речью психосоматика, судороги и другие, которые влияют на движения и чувства.

Соматизированное расстройство: здесь человек чувствует частые головные боли и диарею, которая не связана с серьезным заболеванием.

Дисморфическое расстройство тела: человек испытывает стресс из-за внешнего вида своего тела, например отёки психосоматика, морщины и ожирение. Здесь человек сильно страдает анорексией.

Болевое расстройство: здесь человек ощущает сильную боль в любой части тела, которая может длиться от шести месяцев до одного года без какой-либо физической причины – например, мигрень, головные боли напряжения, боли в спине и т. д.

Факторы риска психосоматических расстройств

Doc.ua призывает не отказываться от лечения и обращаться за медицинской помощью при появлении любых симптомов заболевания, физических или психологических.

Психологические факторы могут в определенной степени изменить состояние здоровья. Например:

Диабет: пациенты с диабетом 2 типа более восприимчивы к гипертонии, связанной со стрессом. Те же стрессовые факторы гипертонии усугубляют диабетическое состояние.

Психологические причины заболеваний

Некоторые заболевания возникают из-за психического напряжения, например:

Рак: исследования показали, что психологический стресс может повлиять на способность опухоли расти и распространяться, тем самым ухудшая состояние рака.

Онкологические заболевания по психосоматике свидетельствуют о старых обидах, которые вы затаили глубоко в себе. К психологическим причинам заболеваний относятся чувства неприязни, ненависти, угрызения совести, какая-то тайна или горе, которые вы спрятали глубоко в себе.

  • Новообразования, кисты, опухоли психосоматика – удержание в себе старых обид и потрясений, накапливание их в одной месте своего тела провоцирует появление злокачественной или даже доброкачественной опухоли по психосоматике.
  • Рак психосоматика – это старая затаенная обида на кого-то или что-то, чувство мести за которую, буквально “пожирает” тело. Глубокая незажившая душевная рана, которая провоцирует внутренний конфликт с собой и окружающим миром. Сильные переживания на этой почве могут вызвать как рак сердца, так и другие его виды, например рак почки.

Гипертония: негативное эмоциональное состояние, частые стрессы и социальные факторы, такие как экономический статус и жизненные события, имеют косвенную связь с уровнем артериального давления.

Болезни сердца: исследования показали, что развитие ишемической болезни сердца жет быть связано с  депрессией, беспокойством и стрессом.

Болезни по женски по психосоматике (эрозия, молочница, воспаление матки, инфекционные заболевания) возникают тогда, когда женщина что-то не принимает в себе, например свою внешность, характер или поведение. Болезни женских половых органов могут быть связаны с неудовлетворительными отношениями с мужчиной или с избеганием и отрицанием мужчин в принципе.

Проблемы с дыханием: эмоциональный стресс является основным фактором развития бронхиальной астмы.

Проблемы с кишечником: образование язвенной болезни связано со стрессовыми жизненными событиями человека. Например:

  • понос психосоматика – сильное беспокойство и страх, ощущение ненадежности, боязнь принять будущие события из-за страха, именно поэтому психосоматика этого заболевания кишечника часто проявляется перед важными событиями;
  • метеоризм (вздутие живота) психосоматика – происходит из-за невозможности человеком “переварить” какие-то случившиеся события. Психосоматика желудка имеет схожие причины: неспособность “переваривать” или “усваивать” новые идеи и события. Страх и беспокойство по этому поводу сразу сказываются на здоровье желудка.

Аллергия. Согласно психосоматике, аллергия возникает у тех, кто отказывается принимать что-то в своей жизни. Аллергия по психосоматике – это отрицание своей силы. Психосоматика аллергии – это негативные эмоции, накапливаясь внутри, приводят организм к отрицанию какого-то внешнего явления.

Кожные болезни (псориаз психосоматика, ожог психосоматика, прыщи, угри). Кожа является наружным покровом тела человека, который предназначен для защиты внутренних органов от прямых внешних воздействий. Поэтому наше подсознание ассоциирует этот орган как защиту индивидуальности. Появление болезней кожи и дерматологических проблем свидетельствует о наличии психосоматических проблем.

Психосоматика болезни почек (боль в почках по психосоматике, воспаление почек, колики в почках) возникает у тех, кто в своей жизни часто терпели критику, разочарование, возможно были опозорены чем-либо. Помня обо всех своих неудачах такие люди, часто замыкаются в себе и живут собственными неудачами, что и приводит к заболеваниям почек. 

Как лечится психосоматическая боль и другие соматические симптомы?

Людям с соматическими болевыми симптомами могут помочь несколько методов лечения, в том числе:

  • когнитивно-поведенческая терапия;
  • лекарства, например, антидепрессанты;
  • майнд – фулнесс терапия;
  • помощь психиатра или психотерапевта;
  • регулярный контакт с  лечащим врачом.

4.9

Царук Евгений Григорьевич

Врач высшей категории

11 лет опыта

Взрослые

Занимается эффективным лечением нарушения работоспособности, депрессивных состояний, синдрома хронической усталости, страхов, тревоги, апатии и вялости, нарушением сна, шизофрении, психических расстройств у лиц пожилого и старческого возраста. Лечебно-профилактическая работа среди пациентов психиатрического, наркологического профилей. первичный осмотр пациента, установка предварительного диагноза, назначение лечения, с дальнейшим подбором поддерживающего лечения. Также, ведет прием на английском языке

Многопрофильный комплекс психиатрии и наркологии «Ренессанс-Киев»

Выездная консультация – 3000 грн. Онлайн консультация (Viber, Whatsapp, Telegram) Консультация 30 мин. – 900 грн. 45 мин. -1200 грн. 60 мин. – 1500 грн Пакет “Премиум” (Психодиагностика, Тестирование, Индивидуальная психотерапия, Назначение лечения, Сопровождение во время лечения) – 3400 грн.

ул. Озерная, 3на карте

Дарницкийм. Славутич

1200 грн

Предварительная запись

Выберите желаемое время и ожидайте подтверждения

Вт 15 Март Ср 16 Март Чт 17 Март keyboard_arrow_right

info_outlineНет доступных слотов для записи

Профилактика психосоматических заболеваний

Стратегии снижения стресса и управления им могут помочь предотвратить или уменьшить соматические симптомы. Примеры включают:

  1. Будьте реалистичны в том, что вы можете контролировать, а что нет.
  2. Регулярно занимайтесь спортом.
  3. Высыпайтесь.
  4. Ведите дневник, чтобы лучше понимать свои мысли и чувства.
  5. Ограничьте употребление алкоголя, и избегайте курения.
  6. Поддерживайте здоровую диету и вес.
  7. Медитируйте или практикуйте прогрессивное расслабление мышц.
  8. Ищите поддержки у близких.
  9. Установите ограничения, чтобы снизить давление на себя.

Справка DOC.UA: Записаться на прием к психотерапевту можно на сайте.

Заболевания желудка, которые возникают из-за переживаний

Желудок – орган, который выполняет не только функцию переваривания пищи, он также помогает нам “переварить” разные жизненные ситуации, пережить проблемы. Для человека еда представляет собой средство наполнение тела энергией, когда кто-либо отказывается от помощи окружающих и не способен черпать энергию из других источников, неудовлетворенная потребность компенсируется большим количеством потребляемой пищи, что выливается в гастрит или язву. Эти заболевания – лишь часть возможных опасностей, с которыми можно столкнуться по причине внутренних переживаний. Узнайте в статье о психосоматике заболеваний желудка.

Даже при условии, если психическое здоровье человека находится в норме, каждый индивид обладает определенными особенностями характера, привычками и жизненным укладом. Последние и могут подсказать специалисту, какие болезни вероятней будут тревожить того или иного пациента.

Психосоматика заболеваний желудка

Боли в желудке провоцируются не только неправильным питанием, часто они имеют именно психологическую природу. Так, по мнению специалистов, язва желудка по большей части вызывается психологическими причинами.

Когда человек оказывается в сложной жизненной ситуации и чувствует, что не может найти выход из сложившегося положения, это может вылиться в недомогание.

Еще одной психосоматичекской причиной  заболеваний желудка является нехватка поддержки. Когда человек ощущает потребность в общении, но ему не удается заполнить душевную пустоту, на помощь приходит еда в больших количествах. В итоге обильное и нездоровое питание провоцирует развитие гастрита или язвы.

Когда болит желудок, психосоматика зачастую является главной составляющей возникновения этой проблемы. Посудите сами, не зря ведь перед ответственным мероприятием “сосет под ложечкой” и ”сводит живот”. В такой способ организм демонстрирует свою реакцию на сильную эмоцию, сдерживаемую человеком (волнение, страх и т.д.).

 Психосоматика: какие болезни возникают из-за переживаний

Психосоматика заболеванийГастрит

Зачастую это заболевание поражает людей, которые находятся на протяжении длительного времени в состоянии неопределенности: они не видят перспективы в будущем и считают, что ничего хорошего уже не произойдет. Также гастрит может быть спровоцирован острой вспышкой сильного гнева, “загнанная внутрь”. Как уже говорилось выше, именно удержание эмоций в себе и провоцируют развитие различных заболеваний.

Обычно болезнь проявляется в прошествии некоторого времени после события, повлекшего за собой внутренние переживания.

Изжога обычно мучает людей, подавляющих агрессию или ощущающих страх перед чем-то. Например, человек осознает, что жизненные обстоятельства складываются не в его пользу, но все же пытается убедить себя что “все хорошо”.

Психосоматика заболеваний. Язва

Что касается язвы желудка, то в этом случае психосоматика в данном случае на порядок сложнее. Существуют самые различные причины, провоцирующие развитие этого заболевания, среди них:

  • зависть;
  • перфекционизм;
  • “комплекс неполноценности”;
  • повышенная тревожность;
  • противоречие между самостоятельностью и потребностью в заботе.

Перечисленные причины могут провоцировать развитие и других болезней желудочно-кишечного тракта, ведь если человек оставляет свои проблемы неразрешенными, желудок вынужден “переваривать” их.

Помощь психотерапевта потребуется в таких случаях:

  • Человек регулярно в течение месяца испытывает проблемы со сном, ощущает подавленность, быстро утомляется, при этом ощущает дискомфорт в области живота или другие проблемы ЖКТ.
  • Пациент проходит лечение у специалиста-гастроентеролога, но как только попадает в стрессовую ситуацию, болезнь возвращается.
  • Человек страдает от нарушения нормального процесса пищеварения – постоянно возникает дискомфорт, болевые ощущения, вздутие живота, спазмы или диарея без видимых на то причин.

Таким образом, среди причин, которые вызывают боль в желудке, психосоматика играет не последнюю роль и если дискомфорт в животе постоянно беспокоит Вас – возможно, следует уделить внимание нормализации своего душевного состояния.

В точности всё как есть, совершенно верно, у меня тоже самое знаю 100%!

Психологические причины болезни желудка и органов пищеварения

Полный текст статьи:

Связь психологических проблем и физических недугов занимает важное место в медицинской науке. Психологические нарушения чаще всего отражаются на работе органов пищеварения. Поэтому целесообразно провести эндоскопию пищеварительного тракта, определить заболевания, а затем назначить лечение, в котором важное место будет отводиться психологической помощи. Важно обратиться в ту службу, где психологическую помощь окажут лучшие специалисты.

Согласно данным официальной статистики, около 67% пациентов гастроэнтерологической клиники имеют психологические проблемы, которые стали причиной расстройств. К сожалению, в большинстве клиник не уделяют внимание психологическому состоянию пациента, что является немаловажным аспектом лечения.

Связь симптомов и психоэмоционального состояния

Наиболее распространенным расстройством, к которому приводит человека его эмоциональное состояние, считается гастралгия. Пациент испытывает боли, которые способны усиливаться в результате нервного напряжения, при переутомлении, а также провоцировать различные дискомфортные ощущения, как тяжесть и боль в желудке. Бывает, что человек питается сбалансировано и ранее не страдал заболеваниями ЖКТ. В таких случаях связь психологического состояния и симптоматики очевидна.

Как правило, люди, находящиеся в депрессии, испытывают болевые ощущения, поэтому после эндоскопии не лишним будет получить консультацию психотерапевта. Возможно, понадобится лечение хронической депрессии или психологическая помощь.

Нередко психологические нарушения влекут за собой тошноту и рвоту. Как правило, такие состояния являются следствием сильных нервных потрясений, истерики и т.д. Стресс также приводит к синдрому раздраженного кишечника, когда пациент испытывает сильные боли в животе, урчание, газы и метеоризм во время напряженных ситуаций.

Лечение расстройств пищеварения и психологическая помощь

Чтобы обеспечить эффективное лечение, необходим комплексный подход и тщательное обследование. При нарушениях работы пищеварения целесообразно провести эндоскопию пищеварительного тракта, получить консультацию специалиста и обратиться в центр психологической помощи. Дело в том, что большинство гастроэнтерологических заболеваний протекают параллельно с психоэмоциональными расстройствами. Так, например, у 90% больных хроническим панкреатитом была обнаружена депрессия.

Вы можете задать свои вопросы на форуме психологической помощи специалистам службы. Они помогут разобраться в существующей проблеме и помочь найти оптимальный способ ее решения.

Для лечения совершенно любого заболевания, в особенности нарушений работы ЖКТ, важно пройти полное обследование, устранить причины эмоциональных расстройств, физического и морального истощения. Параллельно с этим важно проводить лечение остальных недугов. Только в такой комбинации можно достичь положительного результата и полностью выздороветь.

стресс и проблемы с ЖКТ

Заболевания в области ЖКТ в основном являются следствием длительного стресса, перегрузки и одиночества, точнее говоря, чувства, что человеку всё приходится делать одному. Кроме перечисленного, сложности с ЖКТ могут быть результатом бесконечных забот, нехватки общения и глубоко спрятанных нереализованных желаний.

Известно, что люди, вынужденные долгое время сталкиваться с нерешёнными проблемами в сфере личных отношений, буквально сдерживают свои импульсы и чувства и с какого-то момента начинают страдать регулярными болями в желудке. В этом случае невысказанная досада и нереализованная потребность в поддержке приводят к эмоциональному застою, который не позволяет больному трезво оценивать ситуацию.


Психосоматика заболеваний желудочно-кишечного тракта: стресс и проблемы с ЖКТ

У всех нас есть потребности – большие, малые, важные или гедонистические. Однако если их игнорировать и не прислушиваться к ним, пока они лишь зарождаются, то проблемы гарантированы, поскольку тогда  они начинают разрастаться и крепнуть, и становится всё труднее установить с ними внутренний контакт. Это может продолжаться до тех пор, пока однажды мы не утратим над ними контроль и не выплеснем чувства в лицо нашему визави, накричав на него и, соответственно, обидев. Иными словами, может произойти именно то, чего мы изначально хотели избежать.

Распознавать импульсы, пока они пребывают в зародышевом состоянии, и устанавливать с ними контакт – очень важный шаг на пути к изменению наших привычек от нездоровых к здоровым. Лучше всего пробовать работать со своими импульсами в ситуациях, которые нам не кажутся сильно будоражащими и щекотливыми, например, при совершении покупок, на заправочной станции или в ресторане, то есть в общении с людьми, которые нам совсем не близки. Подходят также ситуации, в которых мы можем успешно можем дистанцироваться от наших болезненных потребностей.

Коротко и ясно: главный принцип предохранения от “перегорания эмоциональной лампочки” заключается, во-первых, в восприятии своих желаний и, второе, во вхождении с ними в контакт, пока те ещё находится в зачатке.

Вернуться на предыдущую страницу

Читать дальше

Перевод с немецкого И. Егоровой (aka_silikus)

Что такое психосоматика и как это лечить?

Все болезни от нервов? Можно ли заболеть из-за «плохих» эмоций? Что такое психосоматическое расстройство? На эти и многие другие вопросы журнала «Челленджер» отвечает кандидат медицинских наук, врач-кардиолог высшей категории, доцент кафедры факультетской терапии лечебного факультета ФГАОУ ВО Первый МГМУ имени И. М. Сеченова Антон Родионов.

— В 80—90-е годы прошлого века у нас в институте (Первый Московский государственный медицинский университет имени И. М. Сеченова. — Прим. ред.) работал очень известный психолог профессор Ю. М.Орлов. Ему принадлежала теория «саногенного мышления». Её смысл сводился к тому, что если мыслить правильно, культивировать хорошие эмоции и бороться с плохими, то можно предотвратить множество заболеваний. Надо признать, что для неокрепших умов юных медиков его теория выглядела весьма убедительно…

Могут ли эмоции влиять на здоровье? Определённо да. Быть причиной — нет. Негативные эмоции активизируют симпатическую нервную систему, что, в свою очередь, приводит к повышению артериального давления, увеличению частоты пульса и спазму сосудов. Всем известны истории, когда на фоне, например, испуга или гнева у людей случались инфаркты и инсульты. Повторю: эмоция в этом случае не причина заболевания, а лишь провоцирующий фактор, триггер.

В отдельных случаях негативная эмоция, конечно, может стать и причиной заболевания. Например, если со злости ударить кулаком по стене, можно сломать руку. Вот вам вполне отчётливая причинно-следственная связь. Кстати, не надо забывать и о существовании обратной взаимосвязи. Нередко причиной негативных эмоций становятся хронические телесные страдания. Вспомните Бабу-ягу с костяной ногой — возможно, она была бы очень милой старушкой, если бы не хроническая боль в тазобедренном суставе…

«Все болезни от нервов» — это миф?

Это даже не миф, это просто старая студенческая шутка. Полная цитата звучит так: «Все болезни — от нервов, и только пять — от любви» (имеется в виду пять классических венерических болезней). Впрочем, хронический стресс — действительно доказанный фактор риска развития как минимум сердечно-сосудистых заболеваний. Несколько лет назад при помощи позитронно-эмиссионной томографии (высокоточного исследования, позволяющего изучать обменные процессы в различных тканях) учёные выявили механизмы, трансформирующие стресс в хроническое воспаление, которое, в свою очередь, служит ключевым механизмом развития атеросклероза.

— Однако повторяю снова и снова: стресс не причина болезней, а один из факторов риска, который работает лишь сообща с другими факторами, прежде всего генетическими.

Психосоматическое расстройства: каковы причины и механизмы их возникновения?

Психосоматические заболевания — это группа болезней, которые проявляются телесными страданиями (то есть симптомами заболеваний внутренних органов), но их основная причина всё же кроется в неполадках со стороны нервной системы. К ним относят целый спектр желудочно-кишечных расстройств (функциональная желудочная диспепсия и синдром раздражённого кишечника), фибромиалгию (специфический болевой синдром в проекции суставов), гипервентиляционный синдром (ощущение нехватки кислорода и потребность в частом дыхании) и много чего ещё.

То, как связаны между собой психические страдания и соматические симптомы, поясню на примере самой распространённой жалобы, с которой пациенты приходят к кардиологу — ощущения учащённого сердцебиения. Тахикардия (частый пульс) в норме возникает, когда надо отреагировать на внешний раздражитель, например убежать от опасности. В этой ситуации мышцам нужно больше крови, следовательно, сердце должно увеличить частоту сокращений. Но когда опасность проходит, пульс нормализуется. Пациент с невротическим расстройством внешне спокоен, за ним никто не гонится, ему никого не нужно догонять, но головной мозг даёт сигнал: «Ты в опасности, убегай!» В результате активируется симпатическая нервная система, повышается давление и учащается пульс. Пациент чувствует себя плохо… В этом случае лечить тахикардию как отдельный симптом по меньшей мере нелепо — надо лечить само невротическое заболевание, причём лечить таких пациентов должен не кардиолог, а психиатр или психотерапевт.

Что касается детской психосоматики, расскажу ещё одну историю. Недавно на приём пришла молодая женщина. Она выглядела очень встревоженной и всё время пыталась меня расспросить о здоровье своего мужа, хотя, по моим представлениям, её муж вполне мог сам прийти на приём. В разговоре выяснилось, что муж (много работающий и хорошо зарабатывающий человек) дома постоянно кричит на жену и ребёнка, при этом ещё успешно манипулирует своим повышенным давлением, но лечиться не хочет. В конце нашей встречи женщина спросила, нет ли у меня на примете хорошего невролога, специалиста по детским тикам… Стоит продолжать рассказ? По-моему, не надо быть доктором Хаусом, чтобы понять простую вещь: большинство преходящих неврологических и невротических симптомов у детей — это проблема с родителями.

Что такое «чикагская семёрка» и насколько актуальна такая классификация в наши дни?

Классификации психосоматических расстройств мне не очень нужны в повседневной работе, да и про «чикагскую семёрку» я впервые узнал благодаря этому вопросу. Прочитал и ужаснулся. Неужели в XXI веке кто-то всерьёз может рассматривать их как «болезни неотреагированных эмоций»! Перечислю эти семь заболеваний с указанием их истинных причин:

  1. Артериальная гипертензия — заболевание, в основе которого лежит генетическая предрасположенность, реализуемая десятком дополнительных факторов (курение, избыточный вес, злоупотребление солью, гиподинамия, повышение уровня сахара и холестерина и так далее). Стресс — лишь один из факторов риска, но далеко не основной.
  2. Язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки — заболевание, причина которого прекрасно изучена ещё в конце XX века. Это микроорганизм по имени Helicobacter Pylori. Да, описаны острые «стрессовые» язвы, но это совсем другая история.
  3. Воспалительные заболевания кишечника (неспецифический язвенный колит и болезнь Крона) — группа воспалительных аутоиммунных заболеваний с генетической предрасположенностью.
  4. Нейродермит (атопический дерматит) — заболевание, имеющее генетическую предрасположенность. Стрессовый фактор лишь в некоторых случаях может быть причиной обострения.
  5. Бронхиальная астма — хроническое воспалительное заболевание с чёткой генетической предрасположенностью. Иногда стресс может способствовать обострению, а иногда и наоборот — стимуляция симпатической нервной системы приводит к расширению бронхов.
  6. Тиротоксикоз (гиперфункция щитовидной железы) — классическое аутоиммунное заболевание, в основе которого лежит выработка антител к тканям щитовидной железы. Здесь горе-психологи вообще путают причину и следствие. Тиротоксикоз очень сильно меняет характер человека — он становится плаксивым, вспыльчивым, нервным. После излечения тиротоксикоза психические проявления полностью уходят.
  7. Ревматоидный артрит — болезнь с неизвестной природой (обсуждается связь генетических и инфекционный факторов). Однако стресс тут точно ни при чём.

Болезнь Паркинсона возникает из-за стремления к контролю? Аденоиды у детей появляются, когда они чувствуют, что родители их не любят?


Приведённые примеры — плод неуёмного воображения диванных психологов. У обеих болезней есть гораздо более понятные причинные факторы, хотя и не до конца изученные. А вот психосоматические заболевания желудочно-кишечного тракта (функциональная диспепсия, синдром раздражённого кишечника) действительно характерны для людей мнительных, тревожных и неуверенных в себе. В древности даже существовала поговорка: любой невропат — колопат (colon — лат. «толстая кишка»).

Ипохондрия — это тоже психосоматика?

Строго говоря, «ипохондрическое расстройство» — это не психосоматика, это чистая «психика», то есть настоящее тревожное невротическое расстройство, в рамках которого пациент бесконечно ищет у себя соматические заболевания и цепляется к самым безобидным симптомам. Моя почта переполнена письмами от ипохондриков, которые, обнаружив у себя несколько десятков экстрасистол (внеочередных сокращений сердца), тут же интересуются, какова теперь у них вероятность внезапной смерти.

Как происходит диагностика психосоматических расстройств?

Пациенты с психосоматическими расстройствами могут посещать врачей любой специальности. У кого-то болезни проявляются немотивированной одышкой и сердцебиением, у кого-то тошнотой, рвотой и поносом, а у некоторых — болевыми синдромами.

— Главный диагностический критерий — обследование, зачастую неоднократное — не позволяет обнаружить никаких признаков органического заболевания. Именно этот факт должен навести на мысль о необходимости консультации с психиатром или психотерапевтом.

Основа диагностики — беседа с пациентом. Уже только на основании того, как пациент излагает жалобы, можно задуматься о наличии психосоматических расстройств. Если врач располагает достаточным временем для выяснения обстоятельств, связанных с началом или обострением заболевания, если найдёт аккуратные слова для выяснения психотравмирующих ситуаций, то картина болезни начнёт вырисовываться. Как я уже сказал, диссоциация между жалобами и отсутствием органической патологии — важный аргумент в пользу «психосоматики». Конечно, разумный объём дообследования всегда необходим, но он не должен быть избыточным.


Приведу в пример одно из классических психосоматических заболеваний — синдром раздражённого кишечника (СРК). В России считают, что для установки диагноза нужно обязательно сделать колоноскопию — непростое и недешёвое эндоскопическое обследование толстого кишечника. Во всём мире считают иначе. Если длительные симптомы кишечного дискомфорта (поносы или запоры, вздутие живота и так далее) не сопровождаются наличием так называемых «красных флагов» (снижение веса, кровь в кале, воспалительные изменения в анализах крови, поздний возраст начала болезни и наличие онкологических заболеваний у близких родственников), то мучить пациента такой непростой процедурой, как колоноскопия, смысла нет — диагноз СРК весьма вероятен.
Сколько лет проходит от обращения пациента с психосоматическим расстройством до постановки ему корректного диагноза? Бывает по-разному. Мне кажется, что если правильно построить общение с пациентом, то это совсем не сложно. Но мы этому хорошо обучены. Дело в том, что наш ныне покойный учитель, бывший директор клиники факультетской терапии Первого меда (ныне Сеченовский университет) профессор В. И. Маколкин большое внимание уделял изучению психосоматической патологии, в результате чего на базе клиники был фактически создан небольшой психосоматический центр. Сотрудники клиники довольно хорошо ориентируются в патологии такого рода, кроме того, нас поддерживает команда из нескольких психиатров.
Иногда случается, что от начала заболевания до получения профессиональной помощи проходят годы. Сложно сказать, с чем это связано. Скорее всего, с тем, что коллеги «не видят» психосоматику или же стесняются отправить пациентов к психиатру, опасаясь, что пациенты их неправильно поймут.

Как лечить психосоматику?

Всё зависит от ситуации; понятие «психосоматические расстройства» слишком широкое. В лёгких случаях специфическое лечение вообще не требуется, достаточно детальной беседы врача с пациентом и разъяснения сути происходящего. Дело в том, что порой пациента тревожат не столько сами симптомы, сколько неизвестность и подозрение на серьёзные органические заболевания. Если объяснить, что за «ощущением неполного вдоха» или «покалываниями в сердце» не стоят органические болезни сердца и лёгких, многих пациентов это вполне удовлетворит.

В отдельных случаях врач-интернист (терапевт, кардиолог, гастроэнтеролог и другие) самостоятельно может назначить психотропную терапию, если он умеет, конечно, это делать. Скажем, квалифицированный гастроэнтеролог вполне может и должен сам назначать антидепрессанты пациентам с функциональными заболеваниями желудочно-кишечного тракта, не прибегая к помощи психиатров. Зачем антидепрессанты гастроэнтерологическим пациентам? Они нужны для того, чтобы разорвать патологическую связь между сигналами в головном мозге и симптомами со стороны желудочно-кишечного тракта. Кстати, антидепрессанты давно уже перестали быть специфическими препаратами для лечения депрессии. Их с успехом применяют и в терапии некоторых болевых синдромов.

Если интернист чувствует, что пациенту нужна серьёзная комбинированная терапия, то лучше подключить к лечению психиатра, так как психофармакология довольно сложна и арсенал препаратов многообразен. Желательно консультироваться не просто с психиатром из районного диспансера, а со специалистом, который имеет опыт работы именно с психосоматическими пациентами.


Психотерапия (то есть лечение в разговорном жанре) может быть весьма полезна многим пациентам с психосоматическими расстройствами. Есть только два минуса: это дорого и долго. Противопоказание к психотерапии — симптомы «большого» психического заболевания (бредовые расстройства, галлюцинации), впрочем, это уже выходит за рамки темы «психосоматика».

А вот что пациенту точно не нужно — это видимость лечения с использованием пустышек: витаминов, «общеукрепляющих», «метаболических», «сосудистых» препаратов и так далее.

Могут ли психосоматические заболевания со временем трансформироваться в соматические патологии?

Маловероятно. Вернёмся в начало. Факторами риска они могут быть, причиной — нет. То есть гипервентиляционный синдром не превратится в астму, СРК не станет язвенным колитом, фибромиалгия не трансформируется в ревматоидный артрит. Важно только понимать, что с возрастом увеличивается риск настоящих соматических заболеваний. Нужно только не пропустить их начало.


Что такое психогигиена и чем она может помочь?

Пожалуй, психогигиена может быть способом профилактики подобных расстройств, хотя это не так-то просто. Здесь снова уместно вспомнить теорию «саногенного мышления» Ю. М. Орлова.
От себя добавлю четыре позиции, которым стараюсь следовать сам (подробнее об этом — в моей книге «Здоровье сердца и сосудов»):
  • ограничивайте негативный информационный поток. Не позволяйте телевизору работать в фоновом режиме. Лучше включайте музыку или любимые фильмы в записи;
  • отделяйте рабочее от домашнего. Заведите два телефонных номера — для домашних и для служебных разговоров, отключайте рабочий мобильник дома, в выходные и в отпуске;
  • вспомните о самом тяжёлом событии в вашей жизни. Может, всё остальное не стоит того, чтобы сходить с ума?
  • лучший способ избавиться от накопившейся усталости и раздражения — физическая активность.

И последнее. Если чувствуете, что что-то в жизни идёт совсем не так и самостоятельно выкарабкаться не получается, не стесняйтесь обращаться к специалистам в области психиатрии и психотерапии. Современная психиатрия ушла далеко вперёд по сравнению с классическим представлением о ней в фильме «Полёт над гнездом кукушки».

Если вы хотите грамотно использовать все возможности современной медицины, а также не стать жертвой сомнительного лечения и избыточной диагностики, книги из курса «Академии доктора Родионова» — вам в помощь. Все авторы серии не только практикующие врачи и специалисты, но и наши постоянные эксперты (за что им огромное спасибо).

Фото: shutterstock.com


Ссылка на публикацию: the-challenger.ru

Лечение психосоматических расстройств и заболеваний в Минске

Традиционными психосоматическими заболеваниями считаются:

  • бронхиальная астма,
  • аллергические проявления,
  • язвенная болезнь желудка, кишечника, колит,
  • нейродермит,
  • эссенциальная гипертензия,
  • ревматоидный артрит.
Однако психосоматика может проявляться и в недомогании, боли в желудке, тошноте или диареи, головных болях, которые вы испытываете непосредственно в стрессовых ситуациях. Мы поможем разобраться с психологическими причинами, по которым тело болеет, и научиться техникам расслабления.

Методы лечение психосоматических расстройств


Лечение в таком случае всегда носит комплексный характер. С одной стороны – это медикаменты, которые помогают убрать симптомы, а с другой стороны – психотерапия, на которой вы будете работать с причиной расстройства. Наиболее распространенные и эффективные методы лечения расстройств, вызванных психосоматикой:
  • Когнитивно-поведенческая терапия. Пациент осознает особенности своего состояния, ставит цели в плане изменения самочувствия, вместе со специалистом ищет причины и преодолевает расстройство через новые способы мышления и поведения.
  • Гештальт-терапия. Направлена на разворачивание эмоциональных реакций, работу с непрожитыми эмоциями, которые влияют на организм изнутри. Развивается реагирование, поиск ресурсов и способов выражения потребностей.
  • Позитивная терапия. Основана на нахождении положительных сторон ситуации, особенно если пациент переживает острый стресс, или изменении отношения к ней. Предполагает поиск внутренних резервов и их мобилизацию.
  • Суггестивные техники. Методы, основанные на внушении, а также техники релаксации, медитация.
Выбор метода лечения, возможность их компоновки зависит от индивидуальных особенностей пациента. Мы в медицинском центре «Парацельс» подбираем терапию исходя из анамнеза клиента и его пожеланий.

5 причин обратиться в медицинский центр «Парацельс»

Специалисты нашего центра – врачи, которые понимают, как болеет организм на психологическом и физиологическом уровне, а также постоянно повышают квалификацию. Вместе с ними вы разрабатываете план, ставите цели в преодолении психосоматики и двигаетесь к ним.

У нас можно:

  • Выбрать врача. В медицинском центре работают специалисты различных направленностей. Можно выбрать врача по полу, возрасту, специализации – того, кто вызовет наибольшее доверие. Подробнее о каждом читайте во вкладке «Специалисты».
  • Обратиться анонимно. Нам не важно, кто вы, где работаете и сколько у вас детей. Мы не запрашиваем паспортных данных и не передаем информацию за пределы центра.
  • Не переживать за время. Работаем в выходные, праздничные дни. Записаться на прием можно в любое удобное время.
  • Записаться на онлайн-прием. Все, что от вас понадобится – безопасное пространство, компьютер и час свободного времени. Специалист проведет дистанционный сеанс, абсолютно аналогичный личному.
Колл-центр работает круглосуточно. Если вы переживаете острую стрессовую ситуацию прямо сейчас, запишитесь на консультацию: оперативно примем и назначим соответствующую терапию.

Психосоматические взаимоотношения при заболеваниях желудочно- кишечного тракта на модели синдрома раздраженного кишечника Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ПРИ ЗАБОЛЕВАНИЯХ ЖЕЛУДОЧНО-КИШЕЧНОГО ТРАКТА НА МОДЕЛИ СИНДРОМА РАЗДРАЖЕННОГО КИШЕЧНИКА

Елфимова Е. В. 1, Елфимов М. А. 2, Березкин А. С. 3

1 Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Российский университет дружбы народов»

2 ФГБУ «Клинический санаторий «Барвиха» УДП РФ»

3 Государственное казенное учреждение здравоохранения города Москвы «Психиатрическая больница № 5 Департамента здравоохранения Москвы»

PSYCHOSOMATIC RELATIONSHIPS DURING GASTROINTESTINAL DISEASE ON THE MODEL OF IRRITABLE BOWEL SYNDROME

Elfimova E. V. \ Elfimov M. A. 2, Berezkin A. S. 3

1 Faculty training of health care workers of Russian Peoples’ Friendship University

2 Federal State Budget Institution «Clinical Sanatorium «Barvikha» of Administration of President of the Russian Federation

3 State Institution «Psychiatric hospital № 5» of Moscow Department of Health

Елфимова Елена Владимировна — д.м.н., психиатр-консультант Медицинского центра Банка России, профессор кафедры психиатрии, наркологии и психотерапии ФПКМР РУДН

Елфимов Михаил Алексеевич -д.м.н., консультант ФГБУ «Клинический санаторий «Барвиха» УДП РФ»

Березкин Александр Сергеевич — к. м.н., главный врач ГКУЗ ПБ № 5 ДЗМ, заведующий кафедрой психиатрии, наркологии

и психотерапии ФПК МР РУДН

Elfimova E. V. MD, Consultant Psychiatrist of Medical Center of Bank of Russia, professor of the Department of «Psychiatry, Addiction and Psychotherapy» of Faculty training of health care workers of Russian Peoples’ Friendship University

Elfimov M. A. MD, Consultant of Federal State Budget Institution «Clinical Sanatorium «Barvikha» of Administration of President of the Russian Federation

Berezkin A. S. Ph.D., Head of the Department of «Psychiatry, Addiction and Psychotherapy» of Faculty training of health care workers of Russian Peoples’ Friendship University, Chief Doctor of State Institution «Psychiatric hospital № 5» of Moscow Department of Health

Елфимова

Елена Владимировна

Elfimova Elena V.

E-mail:

[email protected]

Резюме

На модели синдрома раздраженной кишки анализируются основные концепции психосоматических взаимоотношений при заболеваниях желудочно-кишечного тракта, рассматриваются основные методы лечения с учетом их специфического влияния на желудочно-кишечный тракт.

Ключевые слова: Синдром раздраженного кишечника, энтеральная нервная система, психосоматические взаимоотношения, лечение

Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология 2015; 116 (4):83-88

Summary

On the model of irritable bowel syndrome basic concept of psychosomatic relationships in diseases of the gastrointestinal tract and main methods of treatment tailored to their specific effects on the gastrointestinal tract аге analyzed.

Keywords: Irritable bowel syndrome, the enteric nervous system, psychosomatic relationships, treatment Eksperimental’naya i Klinicheskaya Gastroenterologiya 2015; 116 (4):83-88

Исследования показали, что проблемы со здоровьем более чем у 40 % пациентов, обращающихся за помощью к специалистам по внутренним заболеваниям, носят гастроэнтерологический характер. От 30 до 70 % пациентов, обратившихся к гастроэнтерологам, страдают нарушениями функциональной природы, а на долю синдрома раздраженного толстого кишечника (СРТК) приходится 50-70 % от всей функциональной патологии толстой кишки [25]. У женщин заболевание встречается в 3-4 раза чаще, дебют заболевания в 90 % случаев приходится на возраст до 40 лет у мужчин и до 30 лет у женщин [10]. Пациенты с СРТК в 2-3 раза чаще посещают врачей соматического профиля, чем другие больные.Стресс является важным фактором риска начала данного заболевания и важным предиктором его исхода. Паническое расстройство, тревога и депрессия встречаются у 50-60 % больных, причем тревога проявляется уже на начальных этапах болезни, а депрессия присоединяется через некоторое время [25].

Синдром раздраженной толстой кишки (СРТК) является классическим примером психосоматического заболевания, представляя собой реакцию особой личности на ключевые переживания. Дебютирует это расстройство после значимой для личности психотравмирующей ситуации, являясь по сути соматизированной реакцией организма на дистресс. В МКБ-10 этот синдром относится к рубрике психических расстройств — «сомато-формная дисфункция вегетативной нервной системы нижней части желудочно-кишечного тракта». Возникшее заболевание и само по себе может вести к появлению тех или иных психических расстройств: от патологических реакций на сам факт заболевания, тревоги и депрессии до социальных ограничений ввиду характера этого вида страдания.

СРТК является прекрасной моделью для изучения психосоматических взаимоотношений при заболеваниях желудочно-кишечного тракта и вызывает активный научный интерес не только гастроэнтерологов, но и психиатров [6].

Психосоматические соотношения — одна из наиболее сложных проблем современной медицины, несмотря на то, взаимодействие между «душой» и «телом», между психическими и соматическими факторами в болезни было известно и обсуждалось еще врачами древности. Демокрит (V в. до н.э.) полагал, что душа часто может служить причиной бедствий тела. Платон (IV в. до н.э.) был убежден, что сумасшествие (мания) у многих людей возникает в силу соматического недуга. Многие считают первым «психосомати-ком» М. Цицерона (I в. до н.э.), который первым высказывал аргументированные суждения по поводу воздействия горя, сильных душевных волнений на здоровье человека и возникновение телесных болезней от душевных страданий [15]. Подобные идеи, которые пронизывают развитие медицины и остаются чрезвычайно актуальными и в наши дни, свидетельствуют о необходимости учитывать при любом заболевании не только соматический фактор, являющийся, безусловно, ведущим в терапевтической клинике, но также фактор психический, психологический.

К классическим психосоматическим заболеваниям основоположники психосоматической медицины F. Alexander, H. Dunbar вначале относили т.н. «святую семерку»: бронхиальную астму, язвенный колит, эссенциальную гипертензию, нейродермит, ревматоидный артрит, язвенную болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки [19, 20, 21]. Затем к ним присоединились ишемическую болезнь сердца, психосоматический тиреотоксикоз, сахарный диабет 2 типа, ожирение и соматоформные расстройства, а затем и радикулиты, мигрень, кишечные колики, синдром раздраженного кишечника, дискинезию желчного пузыря, хронический панкреатит и бесплодие при исключенной патологии репродуктивной системы.

Наличие среди психосоматических заболеваний патологии желудочно-кишечного тракта не случайно. Это обусловлено уникальным строением нервной системы кишечника и ее связями с центральной нервной системой (ЦНС).

Классическими работами И. П. Павлова показаны прочные механизмы связи двух важнейших жизнеобеспечивающих систем организма — нервной и пищеварительной. [16]

При стрессовом воздействии стимуляция переднего гипоталамуса по парасимпатическим путям вызывает гиперсекрецию соляной кислоты и пепсина, гипермоторику и гипертонус желудка и кишечника, а стимуляция заднего гипоталамуса, благодаря симпатической импульсации, приводит к спазму сосудов и ишемии, происходит чрезмерный выброс медиаторов (катехоламинов), что приводит к нарушению трофики тканей. Дисфункция вегетативного отдела нервной системы рассматривается как патогенетический фактор неинфекционной желудочно-кишечной патологии [18]. Именно вегетативная нервная система является связующим звеном психических и висцеральных проявлений в рамках психосоматической патологии.

Уникальное строение нервной системы кишечника, отсутствие прямой связи части нервных клеток с ЦНС, позволило ряду авторов рассматривать названную энтеральной нервную систему (ЭНС) [23] автономной областью интеграции и управления нейронными процессами. Количество нервных клеток в желудке и кишечнике составляет около 100 миллионов. Это больше, чем в спинном мозге и периферической нервной системе. Рядом исследований доказано, что ЭНС влияет на деятельность ЦНС, а не наоборот. Так, 90 % волокон блуждающего нерва несут информацию от пищеварительного тракта в головной мозг, а не наоборот. Это крупное соединение, по которому идет «физиологическая информация». Именно это позволяет назвать ее мозгом, которому в литературе были даны разные названия — второй мозг, нейрогастроэнтерологи-ческий мозг (НГЭМ), брюшной мозг, висцеротони-ческий мозг. [24]. В энтеральной нервной системе присутствует более 30 нейромедиаторов, многие психоактивные вещества, вырабатываемые ЭНС, оказывают сильнейшее влияние на высшие органы ЦНС и на психические процессы [23, цит. по 3].

Как и головной мозг, брюшной мозг погружается в состояние, аналогичное сну, в котором выделяются стадии быстрого сна, сопровождающиеся

появлением соответствующих волн, мышечных сокращений. У ЭНС есть свои рефлексы и ощущения, что позволяет ей контролировать поведение человека независимо от головного мозга. Выработка условных энтеро-энтеральных рефлексов дает основания говорить о механизмах памяти. При этом к ЭНС не относят сознательные мысли или сознательный процесс принятия решений. [3].

Таким образом, работа этого второго мозга выходит далеко за рамки просто обеспечения пищеварения или формирования болезненных ощущений. Серией экспериментов было доказано, что «если головной мозг в ответе за мысли, то брюшной — за эмоции». [23, цит. по 3]. ЭНС обуславливает психическое состояние человека, позволяет «почувствовать» внутренний мир, реакцию на среду, а взаимосвязь ЦНС и ЭНС играет ключевую роль в возникновении некоторых заболеваний.

Пищеварительный тракт подвергается воздействию большого количества химических и физических стимулов, идущих из внешнего мира. Головной мозг получает информацию о внутренней среде по афферентным путям. Также головной мозг осуществляет контроль пищеварительного тракта через автономные эфферентные пути, что происходит под порогом сознания. Формируется своего рода порочный круг механизмов на уровне ЦНС и ЭНС. Влияние пищеварительного тракта на мозг и мозга на пищеварительный тракт очень важны хотя бы потому, что происходят они по большей части на бессознательном уровне [12]. Учитывая, что многие аспекты взаимодействия ЦНС и ЭНС все еще остаются спорными, их изучение продолжается [22]

В современной гастроэнтерологии синдром раздраженного кишечника (СРТК) рассматривается как функциональное (т.е. не связанное с органическими изменениями) заболевание желудочно-кишечного тракта, протекающее с болями, уменьшающимися после акта дефекации, метеоризмом, нарушениями стула в виде диареи, запоров или чередования запоров и диареи..У большинства (до 92 %) больных с СРТК обнаруживаются различные психопатологические расстройства [11], что делает необходимым холистический (целостный) подход к лечению этой категории больных.

На основании исследований, проведенных совместно терапевтами и психиатрами, СРТК квалифицируется как органный (вегетативный) невроз, имеющий определенные клинические особенности, и высказывается предположение о нозологической обособленности СРТК [17]. В отечественной психиатрии в последние годы изучению психосоматических нарушений при СРТК были посвящены исследования Колесникова Д. Б., Бениашвили А. Г., Балуковой Е. В. [7, 2, 1]. Авторы различают варианты СРК с преобладанием диареи, запоров, ал-гий. Колесников Д. Б. различает 3 варианта СРТК, в которых клиническая картина психосоматических нарушений имеет свои особенности [7]. Депрессивная симптоматика с тревожными проявлениями прослеживается у больных с запорами и алгиями (I вариант). Соматическая патология при этом выступает в виде гипокинезии толстой кишки и желчевыводящих путей. Диарейный (II)

вариант протекает на фоне разновидностей тревожного синдрома и гиперкинезии толстой кишки. III вариант СРК развивается в рамках ипохондрической симптоматики с проявлениями стойкого алгического синдрома (идиопатические алгии). Коркина М. В., Марилов В. В. расценивают СРТК как психосоматоз, имеющий 4 стадии и оканчивающийся психопатизацией личности [9, 13]. Поскольку эту концепцию разделяют другие современные психиатры [14] и она является универсальной [4, 8.] остановимся на ней подробнее.

У близких родственников больных СРТК можно выявить психосоматические расстройства, причем не только касающиеся желудочно-кишечного тракта, но и других систем. Наследственность психосоматическими заболеваниями выявляется в 70 % случаев, т.е. можно считать, что психосоматический тип реагирования передается по наследству [12].

Детальный расспрос позволяет выявить наличие в раннем детском возрасте желудочно-кишечного варианта невропатии: отсутствие сосательного рефлекса, частые срыгивания, рвоты, диарея, отказ от пищи. Такие дети, как правило, страдают сниженным аппетитом, растут ослабленными, подвержены простудным заболеваниям, часто подвергаются насильственному кормлению. Постепенно пища начинает ассоциироваться с физическим дискомфортом и наказанием. Кроме того, наличие невропатии меняет реактивность организма, и воздействие любого стресса (физического или психического) становится патогенным, а, главное, соматотропным.

В течение детских лет также можно отметить особый режим жизни и ограничений, обусловленных физической слабостью и частыми простудами, гиперопеку родителей, которая со временем закрепляется в реакцию привлечения внимания в случае болезни.

Невропатия, как правило, купируется к возрасту 8-9 лет, остаются единичные ее проявления в стрессовых ситуациях (например, перед экзаменами) [10].

Изучение преморбидных особенностей личности выявило определенные черты тревожной мнительности, пунктуальности, моралистичности и сверхаккуратности [13]. Им свойственна алекси-тимия (невозможности высказать словами свои эмоциональные проблемы), когда тело «кричит», о том, что душе плохо).

СРТК возникает после сильной психической травмы, которой нередко предшествует хронический стресс. У женщин — зоной конфликтов являются семейные отношения, у мужчин — производственные проблемы и сексуальная несостоятельность [10].

Результатом психотравмы становится реактивная депрессия, на фоне которой начинает реактивироваться детская невропатия, главным симптомом становятся боли в кишечнике, поносы и запоры. Постепенно из психосоматических реакций симптоматика переходит в психосоматические моносистемные циклы, когда спектр психосоматического реагирования расширяется в рамках одной системы — желудочно-кишечной

(ЖКТ). Появляются другие симптомы со стороны ЖКТ — тошнота, рвота, гастралгия.

Последующие приступы возникают на фоне стресса значительно меньшего уровня и тревожного ожидания очередного обострения, что значительно усугубляет имеющуюся на фоне психотравмирующей ситуации депрессию. Усугубившаяся депрессия, в свою очередь, усиливает соматическую симптоматику, которая становится практически постоянной. Возникает психосоматический цикл, в котором психическое и соматическое поочередно возникают то в роли причины, то в виде следствия [8, 9]. Постепенно происходит генерализация фобический переживаний, больные со страхом ожидают приступа, появляются разнообразные, в том числе нелепые страхи и представления. У пациентов снижается порог реагирования на стресс, на стрессовое воздействие развивается стереотипная соматическая реакция со стороны желудочно-кишечного тракта. Таким образом, развивается первичный психосоматоз. Как правило, в этот период больные обращаются к интернистам в связи поносами и рвотами. Нередко госпитализируются в инфекционные больницы. Безуспешное лечение приводит к канцерофобии, эмоциональное напряжение расширяет спектр психосоматического реагирования, вовлекая другие системы (в первую очередь, сердечно-сосудистую). Формируются полисистемные психосоматические циклы [10]. У больных нарушается сексуальное функционирование, у женщин часто нарушается менструальный цикл, характерны функциональные расстройства нервной системы, кожные проявления. Повторные госпитализации в соматические стационары не выявляют органической патологии.

На этапе психосоматических циклов наряду с депрессией усиливается тревожная симптоматика. Нарастает социальная изоляция больных из-за тягостных страхов (например, не удержать газы, не найти в нужное время туалет). Прослеживается отчетливая склонность больных к обессивным реакциям и фобиям, соматизации аффекта, появляются. отказ от отдельных продуктов и ограничения в еде. Постепенно нарастает психопатизация больных, они становятся раздражительными, гневливыми, мелочными, придирчивыми, враждебность направлена на окружающих, что было выявлено специальными исследованиями [10, 13].

Характерологические нарушения становятся выраженными и формируется т.н. психосоматическое развитие личности, преимущественно его ипохондрический вариант.

Таким образом, в процессе динамики СРТК можно выявить 4 этапа: невротическая депрессия, психосоматические реакции, психосоматические циклы, психосоматическое развитие личности [10, 13].

Такое понимание проблемы СРТК является отражением воззрений русской психосоматической школы, ее психосоматического (Мудров М. Я., Захарьин Г. А., Ганнушкин П. Б.) и соматопсихи-ческого (Корсаков С. С., Ганнушкин П. Б., Гиляровский В. А., Краснушкин И. К., Скворцова К. А.) направлений [15]. В настоящее время эти два термина объединились, и в понятие «психосоматики» входят все те сложные взаимоотношения

психического и соматического, возникающие в начале и процессе болезни.

Психосоматический подход начинается тогда, когда пациент перестает быть только носителем больного органа и рассматривается с холистических позиций — целостно.

Для принятия правильного клинического решения в отношении лечения СРТК следует помнить следующее [5, 25]:

• Важную роль в лечении СРТК играет психотерапия, эффективность которой доказана зарубежными и российскими исследованиями

• Мишенями психотерапии являются патологическая тревога, депрессия, ипохондрические и фобические переживания характерные для данной категории больных.

• Большое внимание при проведении психотерапии должно уделяться ресоциализации больных, т.к. у многих из них с течением болезни вырабатывались меры самоограничений, социальной изоляции.

• Гештальттерапия, транзактный анализ, эрик-соновский гипноз, позитивная психотерапия эффекты у больных СРТК. Эти методы помогают разрешить внутренние конфликты, «снять» больным психологические маски «слабых и немощных», нуждающихся в гиперопеке, понять причину реакций «ухода в болезнь».

• Наилучший результат дает комплексная психотерапия по индивидуальной программе с учетом анамнеза жизни и болезни, ведущего психопатологического синдрома, личностных особенностей больных и хзарактера течения соматического заболевания.

• Доказали свою эффективности гипносуггестив-ные техники, абдоминальный аутотренинг, прогрессивная мышечная релаксация.

• Когнитивно-поведенческая психотерапия более эффективна, чем просто образовательные беседы, особенно при наличии у больного сильной тревоги.

• Интерперсональная психотерапия показа больным с сексуальными злоупотреблениями в анамнезе.

• Трициклические антидепрессанты показаны пациентам с преимущественно диарейным вариантом СРТК. У больных отмечается хорошая приверженность лечению, т.к. побочные эффекты данных препаратов приводят к прекращению поносов.

• Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина показаны депрессивным больным СРТК с запорами. Исключение составляет па-роксетин в связи с его антихолинергической активность.

• Если антидепрессанты назначаются с целью снятия боли, то пациентам следует объяснить целесообразность их назначения для получения наилучшей приверженности лечению, т.к. вероятен риск прекращения приема препаратов больными после прочтения листка-вкладыша.

• Патохарактерологические изменения, ипохон-дическая фиксация на состоянии здоровья требуют назначения «малых» нейролептиков

Препарат

Гастроэнтерологический побочный эффект

Гипнотики

Золпидем Зопиклон

Тошнота, диспепсия

Горечь во рту, привкус металла, тошнота, сухость во рту

Таблица 1.

Проводя терапию психиатрическими препаратами, следует помнить об их гастроэнтерологических побочных эффектах.

Антидепрессанты

Селективные ингибиторы обратного захвата

серотонина

общие

пароксетин

Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина Дулоксетин, венлафаксин Миртазапин

Трициклические антидепрессанты Амитриптилин, мелипрамин

Тошнота, диарея Тошнота, диарея, запор

Тошнота, сухость во рту, запоры

Сухость во рту, запоры, повышение аппетита

Сухость во рту, запоры, гепатотоксичность

Антипсихотические препараты (нейролептики)

Атипичные нейролептики

Общие

Клозапин

Типичные нейролептики

Сухость во рту, запоры Гиперсаливация, запоры

Сухость во рту, запоры, обратимый холестаз, гепатотоксичность (особенно хлорпромазин)

Стабилизаторы настроения

Карбамазепин Ламотриджин Литий Вальпроат

Тошнота, рвота, диспепсия, диарея, гепатотоксичность Тошнота, рвота, диспепсия, диарея Тошнота, рвота, диарея, сниженный аппетит Тошнота, рвота, диарея, гиперамонемия, гепатотоксичность

Психическое и соматическое, вступая в сложные взаимоотношения, изменяют характер пациентов, приносят им тяжелые физические и душевные страдания, нарушают социальную адаптации и качество жизни не только самих больных, но и их ближайшего окружения.

Литература

1. Балукова E. В. Психический статус пациентов с синдромом раздраженного кишечника и пуги его фармакологической коррекции: Автореф. дис. … канд. мед. наук.— СПб, 2005.— 18 с.

2. Бениашвили А. Г. Соматоформные расстройства с преобладанием в клинической картине абдоми-налгий (психосоматические, патопсихологические, психофармакологические аспекты): Автореф. дис. … канд. мед. наук.— М., 2003.— 25 с.

3. Дмитриева В. А., Одинцова В. В. Энтеральная нервная система и психосоматические аспекты заболеваний желудочно-кишечного тракта. //Медицинский альманах. 2011.—№ 1 (14).— С.166-169

4. Елфимова Е. В. Психические расстройства при сахарном диабете. Технология лечебно-диагностического процесса. Дис. … д-ра мед. наук/ Мед. центр Банка России.— М., 2005.— 400 с.

5. Есаулов В. И., Марилов В, В. Комплексная психотерапия синдрома раздраженного кишечника. // Вестник РУДН. Серия Медицина.— 2001.—№ 2.— С. 54-57

6. Климушева Т. А. Синдром раздраженного кишечника глазами психиатра //РЖГГК.— 2008.— Т. 18.— № 4.— С.82-86.

Порочный круг развития психосоматической патологии можно разорвать общими усилиями психиатров и гастроэнтерологов, используя современные методы медикаментозного и немедикаментозного лечения при условии целостного подхода к больному.

7. Колесников Д. Б. Синдром раздраженной толстой кишки (психосоматические состояния, типология, терапия): Автореф. дис. … канд. мед. наук.— М., 2001.— 51 с.

8. Коркина М. В., Елфимова Е. В. Психогенно-сомато-генные взаимоотношения при сахарном диабете // Журн. неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова.— 2004.— № 11.— С. 25-28.

9. Коркина М. В., Марилов В. В. Психосоматические расстройства толстой кишки // Неврол. психиатр.— 1989.— Т. 89, № 11.— С. 96-100

10. Марилов В. В. Клинические варианты психосоматической патологии желудочно-кишечного тракта: Автореф. дис. … д-ра мед. наук.— М., 1993.— 48 с

11. Марилов В. В. Клинические варианты психосоматической патологии желудочно-кишечного тракта: Автореф. дис. … д-ра мед. наук.— М., 1993.— 48 с.

12. Марилов В. В. Психосоматозы. Психосоматические расстройства желудочно-кишечного тракта. — Миклош, 2010.— 154 с

13. Марилов В. В., Коркина М. В., Есаулов В. И. Личностные особенности и характер психических нарушений при синдроме раздражения толстой кишки //

Социальная и клиническая психиатрия. 2000. Т. 10, № 4. С. 21-27.

14. Менделевич В. Д., Соловьёва С. Л. Неврозология и психосоматическая медицина.— М.: МЕДпресс-ин-форм, 2002.— 607 с

15. Овсянников С. А. История и эпидемиология пограничной психиатрии Автореф. дис____д-ра мед. наук.—

М., 1996.— 49 с.

16. Павлов И. П. Лекции о работе главных пищеварительных желез. 6-е изд.— Книжный дом «Либроком», 2010.—348 с.

17. Смулевич А. Б., Сыркин A. M., Рапопорт С. И. и др. Органные неврозы как психосоматическая проблема // Журн. неврол. психиатр.— 2000.— Т. 100, № 12.— С. 4-12.

18. Филипов Г. П., Канская Н. В., Горленко Л. В. Особенности липидного обмена и вегетативной реактивности у людей с патологией органов пищеварения //

Актуальные вопросы кардиологии.— Томск.—1993, N7 — С. 120-122

19. Alexander F. Psychosomatic medicine: its principles and applications.— N.— Y.: Norton, 1950.— 564 p.

20. Dunbar H. T. Emotions and bodily changes.— N.— Y., 1954.

21. Dunbar H. T. Psychosomatic diagnosis.— N.—Y.— London, 1948

22. Gershon MD. Nerves, reflexes, and the enteric nervous system: pathogenesis of the irritable bowel syndrome. // J Clin Gastroenterol.— 2005.— V 39:- P. 184-193.

23. Grundy D., Schemann M. Enteric Nervous System //Curr Opin Gastroenterol.—2006.—22 (2).— P. 102-110.

24. Hadhazy A. Think Twice: How the Gut’s «Second Brain» Influences Mood and Well-Being.// Scientific American. 2010. Feb. № 12.

25. Kemuel L. Philbrick, James R. Rundell, Pamela J. Netzel, James L. Levenson A Guide to Consultation-Liaison Psychiatry, second ed., 2011.— APP.—542 p.

Психологические расстройства при желудочно-кишечных заболеваниях: эпифеномен, причина или следствие?

Резюме

История вопроса

Психологические расстройства десятилетиями ассоциировались с синдромом раздраженного кишечника (СРК) при отсутствии другой объективной этиологии. Однако такие ассоциации очевидны и при других хронических заболеваниях с более четко определенным патогенезом, таких как язвенный колит. В этом исследовании мы изучили распространенность и тяжесть психологических расстройств среди пациентов с СРК и язвенным колитом (ЯК) по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

Методы

Был проведен обзор англоязычной литературы для выявления исследований методом случай-контроль, в которых сообщается о распространенности депрессии или тревоги в популяциях СРК и ЯК по сравнению со здоровым контролем. Нашей первичной конечной точкой была объединенная распространенность или средний балл депрессии или тревоги в популяции с СРК или ЯК по сравнению со здоровым контролем.

Результаты

Были включены семь исследований типа «случай-контроль» по оценке СРК и три исследования по оценке ЯК. Во всех исследованиях СРК и ЯК сообщалось о избыточной распространенности и тяжести депрессии, а также тревоги по сравнению со здоровым контролем.Распространенность депрессии по сравнению со здоровым контролем составила 39% в исследованиях случай-контроль ЯК и 33% в исследованиях СРК, а также повышенная тревожность присутствовала в исследованиях случай-контроль ЯК (42%) и СРК (19%). Показатели тревоги и депрессии были выше (представляя более тяжелые симптомы) как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

Выводы

Тревожные и депрессивные расстройства связаны как с СРК, так и с ЯК. Неспецифическая связь между этими психологическими и желудочно-кишечными расстройствами может свидетельствовать о том, что хронические желудочно-кишечные заболевания могут влиять на психосоциальное поведение.

Ключевые слова: Аффективные расстройства, синдром раздраженного кишечника, колит, язвенный

Введение

Расстройства неизвестной этиологии исторически были связаны с психосоматическими причинами. В гастроэнтерологии одним из примеров является язвенный колит (ЯК) до появления гибкой эндоскопии. Исторически ЯК был связан с анальной регрессией по Фрейду, вызванной трудной дилеммой, стоящей перед пациентом [1]. Психосоматическая гипотеза ЯК оставалась важной в течение многих десятилетий.Оценки психосоматической теории [2] проводились почти одновременно с классическими оценками иммуномодулирующих средств [3]. Еще двадцать лет назад хорошо проведенный систематический обзор не смог найти связь между психологическими факторами и НЯК [4]. По мере того, как НЯК постепенно узаконивался как процесс органического заболевания, роль стресса и психологических воздействий отошла на второй план по сравнению с теориями иммунной дисфункции и потенциальных факторов окружающей среды [5].

Хорошо известно, что синдром раздраженного кишечника (СРК) и психические заболевания часто являются сопутствующими состояниями [6,7].Предыдущий систематический обзор также показал, что СРК часто встречается у пациентов с синдромом хронической усталости, тазовой болью, расстройством височно-нижнечелюстного сустава, которые, как предполагается, имеют некоторый психологический компонент в своих проявлениях [8]. Несмотря на эти результаты, истинное проспективное исследование еще не доказало, что СРК на самом деле вызывается психологическими стрессорами, а не просто связано с ними. Появляющиеся данные начинают характеризовать потенциальные патофизиологические механизмы СРК, такие как постинфекционный СРК или измененная микробиота кишечника, которые выступают против преимущественно психологической первопричины [9,10].Более того, становится ясной роль микровоспаления в стенке кишечника при СРК, что может объяснить перекрывающиеся СРК-подобные симптомы у пациентов с ВЗК [11].

Влияние болезни и инвалидности на психологическое благополучие человека хорошо описано в литературе [12-15]. Психологические заболевания могут ухудшить течение заболевания из-за факторов, не связанных с патофизиологией заболевания, таких как несоблюдение режима терапии и последующее наблюдение [16,17], а также выбор образа жизни, который, как известно, ухудшает основное состояние [18,19].Независимо от причины результирующая комбинация сопутствующих медицинских и психологических состояний приводит к неблагоприятным исходам [20,21]. Сопутствующее психологическое заболевание может потенцировать или предсказывать наличие соматического расстройства, но не обязательно должно вызывать заболевание [22].

Мы предположили, что связь между СРК и психологическими факторами может быть связана с общим психологическим стрессом, вызванным хроническим и часто изнурительным заболеванием, или нарушением оси кишечник-микробиом-мозг, сопровождающимся дисбактериозом нейрокогнитивной функции.Исходя из этого, было бы разумно рассмотреть подобную связь с психологическими расстройствами и в литературе по другим заболеваниям. Поэтому мы стремились определить тяжесть симптомов депрессии и тревоги, измеренных с помощью оценки симптомов с использованием утвержденных опросников пациентов с СРК по сравнению со здоровым контролем, и сравнить эти данные с аналогичными данными в литературе по ЯК на основе того, что оба заболевания традиционно классифицируются. как заболевания толстой кишки.

Методы

Дизайн исследования

Мы провели поиск литературы в PubMed (7 мая 2013 г.) для выявления соответствующих исследований случай-контроль, оценивающих сопутствующие психологические факторы в двух популяциях пациентов с двумя желудочно-кишечными (ЖКТ) заболеваниями, обычно классифицируемыми как заболевания толстой кишки. : пациенты с СРК или ЯК по сравнению со здоровой популяцией.Условия поиска показаны в приложении . Из-за нашей объединенной конечной точки исследования СРК были ограничены теми, которые оценивали Римские критерии, чтобы повысить однородность популяций пациентов с СРК. Затем были применены критерии включения () для определения соответствующих исследований для этого анализа. Данные были извлечены ES и проверены ES и MP.

Таблица 1

Извлеченные данные включали методологию набора и регистрации пациентов, критерии приемлемости для групп случаев или контрольных групп, распределение включенных пациентов по полу и критерии определения наличия или тяжести депрессии и тревоги.

Конечные точки и статистический анализ

Нашей первичной конечной точкой был процент пациентов, у которых была выявлена ​​коморбидная депрессия или тревога с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта, по отношению к здоровой контрольной популяции на основе порогового балла с использованием утвержденного опросника пациентов. В качестве вторичной конечной точки мы оценили тяжесть симптомов депрессии и тревоги у пациентов с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта по сравнению со здоровым контролем на основе зарегистрированных утвержденных систем оценки.Методы оценки, такие как госпитальный индекс тревоги и депрессии (HADS), сообщают о сумме симптомов, о которых сообщают пациенты, а также о тяжести симптомов с подтвержденным порогом отсечения для представления большого депрессивного расстройства или тревожного расстройства. Результаты исследования суммировались арифметически, если были выявлены совпадающие критерии, которые оценивали наличие или тяжесть депрессии и тревоги.

Результаты

Мы определили семь подходящих исследований СРК и три подходящих исследования ЯК ().Тяжесть симптомов тревоги и депрессии измерялась с использованием хорошо описанных дискретных числовых шкал [23-27]. Процент женщин в обоих случаях или в контрольной когорте колебался от 42% до 81%. Полные характеристики подходящих исследований были переменными ().

Схема поиска литературы

СРК, синдром раздраженного кишечника

Таблица 2

Распространенность тревоги и депрессии при СРК и ЯК Опросники тревоги и депрессии Бека (BAI/BDI)[29].В Hartono

et al избыточная распространенность депрессии и тревоги составила 38,7% и 6,5%, соответственно, у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми пациентами (из которых 6,5% и 14,5% сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге), на основании диагностических данных. критерии рейтинга HADS выше восьми [28]. В Uz et al избыточная распространенность депрессии или тревоги по сравнению со здоровым контролем составила 34% и 2%, при этом 4% и 8% здоровых людей сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге [29].Объединенные данные представлены в и .

Часть психологического состояния, связанного с желудочно-кишечным заболеванием (больше, чем в контрольной группе). (A) Распространенность сопутствующего психологического заболевания (превышение здорового контроля) для синдрома раздраженного кишечника (СРК) и язвенного колита (ЯК). (B) Показатели депрессии и тревожности сообщаются как для СРК, так и для ЯК (превышают показатели для здорового контроля). Не было исследований, сообщающих средние баллы STAI для СРК, и исследований, сообщающих средние баллы BDI для ЯК

HADS, госпитальная шкала тревожности и депрессии; STAI — индекс состояния-черты тревожности; BDI, перечень депрессий Бека

Таблица 3

Объединенные результаты исследований случай-контроль, оценивающих психологические расстройства при синдроме раздраженного кишечника или язвенном колите

В одном исследовании ЯК оценивалась распространенность депрессии и тревоги по сравнению со здоровым контролем [30].Избыточная распространенность тревожности у пациентов с ЯК по сравнению со здоровой контрольной группой составила 41,7% (с исходной распространенностью 22,2% у здоровых пациентов) на основании шкалы состояния и тревожности (STAI) выше 40. Избыточная депрессия 38,9%, с исходная распространенность 11,1% среди здорового населения оценивалась по шкале депрессии Цунга (ZDS) более 49 баллов.

Тяжесть симптомов тревоги и депрессии при СРК и ЯК

средний рейтинг HADS [31-33].Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, полученный в результате этих исследований, составил 8,1 среди пациентов с СРК и 3,8 среди здоровых людей из контрольной группы. Для сравнения, средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, в одном исследовании ЯК составил 8,5 у пациентов с ЯК и 3,2 у здоровых людей [34]. Кроме того, рейтинги тревожности, основанные на STAI, были выше у пациентов с ЯК (51,9), чем у здоровых людей (41,8) [35].

Средние оценки депрессивных симптомов были представлены в трех исследованиях СРК [31-33]. Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для депрессии, составил 5.4 среди пациентов с СРК и 2,4 среди здоровых людей в двух исследованиях [31,32]. В другом исследовании сообщается, что средний рейтинг короткой формы BDI составляет 5,9 у пациентов с СРК и 1,7 у здоровых людей [33]. В двух дополнительных исследованиях сообщалось о значительно более высоких показателях тревоги и депрессии у пациентов с СРК, чем в контрольной группе, хотя средние баллы не сообщались [36,37]. В одном исследовании с ЯК сообщалось о среднем рейтинге HADS 4,1 среди пациентов с ЯК и 1,7 среди здоровых людей [34].

Для всех используемых шкал оценки депрессии и тревоги более высокие оценки отражали более выраженные и распространенные симптомы, указывающие на депрессию или тревогу.Данные представлены в и .

Обсуждение

В этой статье опубликованные исследования показывают, что распространенность тревоги и депрессии выше как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы. Кроме того, у пациентов с ЯК и СРК наблюдается увеличение тяжести симптомов, связанных с тревогой и депрессией, по сравнению со здоровыми людьми.

Традиционная гипотеза оси мозг-кишка предполагает, что нарушение вегетативной и нервной регуляции кишечника, а также нарушение регуляции висцеральной обратной связи приводят к СРК [38,39].Висцеральная гипералгезия является распространенным явлением у пациентов с СРК [40], а визуализация головного мозга [41] позволяет предположить измененные реакции у пациентов с СРК по сравнению с контрольной группой. Однако эти исследования не объясняют точную причину висцеральной гиперчувствительности и не показывают причинно-следственную связь СРК со стрессом, тревогой или психологической травмой. Поэтому до сих пор неясно, нарушена ли функция центральной обработки или периферической передачи сигналов в мозг. В качестве альтернативы, обусловленность (или повышенная бдительность) симптомами, связанными с болезнью, может изменить пути прохождения боли как средство преодоления [42].

Самая большая ловушка в изучении взаимосвязи между СРК и психологическими расстройствами связана с выбором контрольных субъектов. Здоровые элементы управления «здоровы». По определению, у них должен быть почти нулевой показатель соматического или психологического заболевания. При таком сравнении любое заболевание (от застойной сердечной недостаточности до экземы) будет иметь некоторую степень личного беспокойства из-за физических ограничений или внешнего вида. Таким образом, по замыслу СРК ассоциируется с тревогой и депрессией.Одним из аргументов может быть то, что психологические расстройства связаны со всеми болезнями и поэтому всегда важны. Однако следует задаться вопросом, направлено ли внимание на лечение основного заболевания, которое, таким образом, облегчает тревогу и депрессию, или на лечение депрессии и тревоги, пока сохраняется соматическое заболевание [14]. Другим аргументом является то, что наличие психологического расстройства может неблагоприятно повлиять на субъективные исходы, о которых сообщают пациенты, о чем противоречиво сообщается в другой литературе по заболеваниям [43].На основе этой гипотезы был разработан ряд успешных методов лечения. Предыдущие метаанализы поддерживают антидепрессанты и когнитивно-поведенческую терапию при лечении СРК на основе субъективных конечных точек [44]. Когнитивно-поведенческая терапия основана на изучении эффективных стратегий преодоления дисфункциональных мыслей, возникающих из-за физических симптомов [45]. Результатом является улучшение тех же исходов, о которых сообщают пациенты, измеренные в фармакологических исследованиях, без необходимости физического улучшения объективного заболевания.Точно так же при ЯК недавнее исследование INSPIRE показало, что управление стрессом может улучшить качество жизни, хотя и не изменяет объективно определяемое течение болезни [46].

В этом исследовании мы обнаружили ассоциации с психологическими расстройствами как в литературе по СРК, так и в литературе по случаям контроля ЯК. Поскольку это открытие не ограничивалось только литературой по СРК, было бы разумно рассмотреть наши результаты в контексте тяжелой инвалидности и ухудшения качества жизни, связанных с обоими заболеваниями [47,48], как это наблюдается при других хронических заболеваниях, таких как как ВИЧ, рак и ишемическая болезнь сердца [49].Это противоречит предыдущим выводам о том, что эти ассоциативные данные могут поддерживать психологический механизм развития СРК [8], поскольку ясно, что исследования случай-контроль не могут доказать причинно-следственную связь сами по себе. Несмотря на это, роль психологического здоровья при заболеваниях ЖКТ не совсем ясна. В одном проспективном исследовании 17 пациентов с активным ЯК гипнотическая терапия ассоциировалась со снижением системной воспалительной реакции и воспалительной реакции слизистых оболочек через два часа после окончания терапевтического сеанса [50].

Помимо ассоциативных исследований, психосоматическая теория СРК подтверждается ретроспективными когортными исследованиями, которые выявили предшествовавшее психологическое заболевание в ходе клинических интервью с пациентами с СРК [51].Тем не менее, сопоставленное исследование случай-контроль не выявило последовательной связи между стрессом, связанным с войной (например, стрельбой из оружия или убийством человека), и развитием функциональных желудочно-кишечных расстройств у солдат, находящихся на действительной военной службе, за исключением связи между «любой войной». стрессор» и СРК [52]. В этом исследовании только диарея и рвота в период развертывания были в значительной степени связаны с развитием функциональных расстройств ЖКТ, что может свидетельствовать о значительной роли постинфекционного СРК.

Несмотря на отсутствие проспективных исследований для оценки прямой причинно-следственной связи между жизненной травмой или психологическим заболеванием и последующим СРК, появляются новые данные, подтверждающие взаимодействие между СРК и измененной микробиотой, а также между поведением и микробиомом.Таким образом, изменения в микробиоте кишечника могут быть искажающим фактором при прямой оценке психологических сопутствующих заболеваний и функциональных заболеваний ЖКТ, что подтверждается исследованием, в котором были обнаружены различия в частоте психических заболеваний среди постинфекционных СРК по сравнению с не постинфекционными. Пациенты с СРК [53]. Взаимосвязь между психологическими расстройствами (особенно через гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось) и измененной микробиотой кишечника оценивалась в исследованиях на животных, в которых хирургически индуцированное состояние, имитирующее депрессию, было связано с повышением уровня кортикотропин-рилизинг-гормона, что впоследствии приводило к повышению уровня серотонина. уровней и гиперактивной моторики толстой кишки [54].Кроме того, стресс (и последующее повышение уровня гормональных медиаторов) может опосредовать негерметичность кишечного эпителия и снижение защиты слизистой оболочки, что может быть механизмом, с помощью которого у пациентов с острым гастроэнтеритом развивается последующий постинфекционный СРК [55].

Также было описано противоположное влияние измененного микробиома на поведение, у стерильных мышей были более высокие уровни кортикостерона и более высокая реакция на стресс, которая улучшилась при колонизации Bifidobacterium infantis [56].В более недавнем исследовании мышей, свободных от конкретных патогенов, колонизировали микробиотой, и было обнаружено, что после введения пероральных антибиотиков у них увеличилось исследовательское поведение [57]. Хотя наше понимание этой сети факторов только зарождается, сложность взаимосвязи между СРК и психическим заболеванием, безусловно, очевидна.

Ограничения этого исследования включают небольшое количество подходящих исследований, а также разнообразие методов оценки распространенности и тяжести тревоги и депрессии, которые в совокупности исключают возможность значимого статистического анализа.Таким образом, это исследование предназначено просто для того, чтобы предположить связь между этими желудочно-кишечными заболеваниями и депрессией и тревогой. Более контролируемые исследования кажутся оправданными. Хотя включенные психологические показатели были проверены при оценке симптомов, связанных с тревогой и депрессией, они могут не играть первостепенной роли в диагностике расстройств настроения [58]. Подобно продолжающимся расхождениям в диагностике СРК по различным клиническим критериям [59, 60], также остается неясным, сопоставимы ли результаты нескольких шкал психологической оценки.

Независимо от причины этих состояний, влияние этих заболеваний на качество жизни следует рассматривать в междисциплинарном подходе к терапии. В одной проспективной когорте ВЗК было обнаружено, что психологическое здоровье значительно влияет на качество жизни, связанное со здоровьем, и независимо от тяжести заболевания [61]. Использование существующих инструментов, таких как опросник IBD [46] и шкала качества жизни IBS [62], следует изучить при выявлении пациентов, которым могут быть полезны механизмы поддержки для улучшения психического здоровья и качества жизни пациентов, страдающих этими хроническими заболеваниями. .

В этом исследовании мы обнаружили, что как СРК, так и ЯК связаны с повышенной распространенностью и серьезностью психологических расстройств. Патофизиология ЯК, по-видимому, связана с иммунной дисфункцией, в то время как этиология СРК остается неизвестной. Следовательно, было бы разумно продолжить изучение существующих органо-механистических теорий болезней, применяя междисциплинарный подход к терапии обоих состояний.

Резюме Box

Что уже известно:

  • Психосоматическая теория была постулирована в отношении синдрома раздраженного кишечника в отсутствие другой объективной этиологии и биомаркеров Многие психологические расстройства связаны с хроническими расстройствами

  • 3

  • Язвенный колит был связан с психосоматическими теориями до открытия иммунной дисрегуляции

Новые данные:

  • Связь между синдромом раздраженного кишечника и психологическими факторами может быть связана с психологическим страданием от хронических и изнурительных заболеваний

  • Психологические расстройства при желудочно-кишечных заболеваниях: эпифеномен, причина или следствие?

    Резюме

    История вопроса

    Психологические расстройства десятилетиями ассоциировались с синдромом раздраженного кишечника (СРК) при отсутствии другой объективной этиологии.Однако такие ассоциации очевидны и при других хронических заболеваниях с более четко определенным патогенезом, таких как язвенный колит. В этом исследовании мы изучили распространенность и тяжесть психологических расстройств среди пациентов с СРК и язвенным колитом (ЯК) по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Методы

    Был проведен обзор англоязычной литературы для выявления исследований методом случай-контроль, в которых сообщается о распространенности депрессии или тревоги в популяциях СРК и ЯК по сравнению со здоровым контролем.Нашей первичной конечной точкой была объединенная распространенность или средний балл депрессии или тревоги в популяции с СРК или ЯК по сравнению со здоровым контролем.

    Результаты

    Были включены семь исследований типа «случай-контроль» по оценке СРК и три исследования по оценке ЯК. Во всех исследованиях СРК и ЯК сообщалось о избыточной распространенности и тяжести депрессии, а также тревоги по сравнению со здоровым контролем. Распространенность депрессии по сравнению со здоровым контролем составила 39% в исследованиях случай-контроль ЯК и 33% в исследованиях СРК, а также повышенная тревожность присутствовала в исследованиях случай-контроль ЯК (42%) и СРК (19%).Показатели тревоги и депрессии были выше (представляя более тяжелые симптомы) как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Выводы

    Тревожные и депрессивные расстройства связаны как с СРК, так и с ЯК. Неспецифическая связь между этими психологическими и желудочно-кишечными расстройствами может свидетельствовать о том, что хронические желудочно-кишечные заболевания могут влиять на психосоциальное поведение.

    Ключевые слова: Аффективные расстройства, синдром раздраженного кишечника, колит, язвенный

    Введение

    Расстройства неизвестной этиологии исторически были связаны с психосоматическими причинами.В гастроэнтерологии одним из примеров является язвенный колит (ЯК) до появления гибкой эндоскопии. Исторически ЯК был связан с анальной регрессией по Фрейду, вызванной трудной дилеммой, стоящей перед пациентом [1]. Психосоматическая гипотеза ЯК оставалась важной в течение многих десятилетий. Оценки психосоматической теории [2] проводились почти одновременно с классическими оценками иммуномодулирующих средств [3]. Еще двадцать лет назад хорошо проведенный систематический обзор не смог найти связь между психологическими факторами и НЯК [4].По мере того, как НЯК постепенно узаконивался как процесс органического заболевания, роль стресса и психологических воздействий отошла на второй план по сравнению с теориями иммунной дисфункции и потенциальных факторов окружающей среды [5].

    Хорошо известно, что синдром раздраженного кишечника (СРК) и психические заболевания часто являются сопутствующими состояниями [6,7]. Предыдущий систематический обзор также показал, что СРК часто встречается у пациентов с синдромом хронической усталости, тазовой болью, расстройством височно-нижнечелюстного сустава, которые, как предполагается, имеют некоторый психологический компонент в своих проявлениях [8].Несмотря на эти результаты, истинное проспективное исследование еще не доказало, что СРК на самом деле вызывается психологическими стрессорами, а не просто связано с ними. Появляющиеся данные начинают характеризовать потенциальные патофизиологические механизмы СРК, такие как постинфекционный СРК или измененная микробиота кишечника, которые выступают против преимущественно психологической первопричины [9,10]. Более того, становится ясной роль микровоспаления в стенке кишечника при СРК, что может объяснить перекрывающиеся СРК-подобные симптомы у пациентов с ВЗК [11].

    Влияние болезни и инвалидности на психологическое благополучие человека хорошо описано в литературе [12-15]. Психологические заболевания могут ухудшить течение заболевания из-за факторов, не связанных с патофизиологией заболевания, таких как несоблюдение режима терапии и последующее наблюдение [16,17], а также выбор образа жизни, который, как известно, ухудшает основное состояние [18,19]. Независимо от причины результирующая комбинация сопутствующих медицинских и психологических состояний приводит к неблагоприятным исходам [20,21].Сопутствующее психологическое заболевание может потенцировать или предсказывать наличие соматического расстройства, но не обязательно должно вызывать заболевание [22].

    Мы предположили, что связь между СРК и психологическими факторами может быть связана с общим психологическим стрессом, вызванным хроническим и часто изнурительным заболеванием, или нарушением оси кишечник-микробиом-мозг, сопровождающимся дисбактериозом нейрокогнитивной функции. Исходя из этого, было бы разумно рассмотреть подобную связь с психологическими расстройствами и в литературе по другим заболеваниям.Поэтому мы стремились определить тяжесть симптомов депрессии и тревоги, измеренных с помощью оценки симптомов с использованием утвержденных опросников пациентов с СРК по сравнению со здоровым контролем, и сравнить эти данные с аналогичными данными в литературе по ЯК на основе того, что оба заболевания традиционно классифицируются. как заболевания толстой кишки.

    Методы

    Дизайн исследования

    Мы провели поиск литературы в PubMed (7 мая 2013 г.) для выявления соответствующих исследований случай-контроль, оценивающих сопутствующие психологические факторы в двух популяциях пациентов с двумя желудочно-кишечными (ЖКТ) заболеваниями, обычно классифицируемыми как заболевания толстой кишки. : пациенты с СРК или ЯК по сравнению со здоровой популяцией.Условия поиска показаны в приложении . Из-за нашей объединенной конечной точки исследования СРК были ограничены теми, которые оценивали Римские критерии, чтобы повысить однородность популяций пациентов с СРК. Затем были применены критерии включения () для определения соответствующих исследований для этого анализа. Данные были извлечены ES и проверены ES и MP.

    Таблица 1

    Извлеченные данные включали методологию набора и регистрации пациентов, критерии приемлемости для групп случаев или контрольных групп, распределение включенных пациентов по полу и критерии определения наличия или тяжести депрессии и тревоги.

    Конечные точки и статистический анализ

    Нашей первичной конечной точкой был процент пациентов, у которых была выявлена ​​коморбидная депрессия или тревога с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта, по отношению к здоровой контрольной популяции на основе порогового балла с использованием утвержденного опросника пациентов. В качестве вторичной конечной точки мы оценили тяжесть симптомов депрессии и тревоги у пациентов с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта по сравнению со здоровым контролем на основе зарегистрированных утвержденных систем оценки.Методы оценки, такие как госпитальный индекс тревоги и депрессии (HADS), сообщают о сумме симптомов, о которых сообщают пациенты, а также о тяжести симптомов с подтвержденным порогом отсечения для представления большого депрессивного расстройства или тревожного расстройства. Результаты исследования суммировались арифметически, если были выявлены совпадающие критерии, которые оценивали наличие или тяжесть депрессии и тревоги.

    Результаты

    Мы определили семь подходящих исследований СРК и три подходящих исследования ЯК ().Тяжесть симптомов тревоги и депрессии измерялась с использованием хорошо описанных дискретных числовых шкал [23-27]. Процент женщин в обоих случаях или в контрольной когорте колебался от 42% до 81%. Полные характеристики подходящих исследований были переменными ().

    Схема поиска литературы

    СРК, синдром раздраженного кишечника

    Таблица 2

    Распространенность тревоги и депрессии при СРК и ЯК Опросники тревоги и депрессии Бека (BAI/BDI)[29].В Hartono

    et al избыточная распространенность депрессии и тревоги составила 38,7% и 6,5%, соответственно, у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми пациентами (из которых 6,5% и 14,5% сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге), на основании диагностических данных. критерии рейтинга HADS выше восьми [28]. В Uz et al избыточная распространенность депрессии или тревоги по сравнению со здоровым контролем составила 34% и 2%, при этом 4% и 8% здоровых людей сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге [29].Объединенные данные представлены в и .

    Часть психологического состояния, связанного с желудочно-кишечным заболеванием (больше, чем в контрольной группе). (A) Распространенность сопутствующего психологического заболевания (превышение здорового контроля) для синдрома раздраженного кишечника (СРК) и язвенного колита (ЯК). (B) Показатели депрессии и тревожности сообщаются как для СРК, так и для ЯК (превышают показатели для здорового контроля). Не было исследований, сообщающих средние баллы STAI для СРК, и исследований, сообщающих средние баллы BDI для ЯК

    HADS, госпитальная шкала тревожности и депрессии; STAI — индекс состояния-черты тревожности; BDI, перечень депрессий Бека

    Таблица 3

    Объединенные результаты исследований случай-контроль, оценивающих психологические расстройства при синдроме раздраженного кишечника или язвенном колите

    В одном исследовании ЯК оценивалась распространенность депрессии и тревоги по сравнению со здоровым контролем [30].Избыточная распространенность тревожности у пациентов с ЯК по сравнению со здоровой контрольной группой составила 41,7% (с исходной распространенностью 22,2% у здоровых пациентов) на основании шкалы состояния и тревожности (STAI) выше 40. Избыточная депрессия 38,9%, с исходная распространенность 11,1% среди здорового населения оценивалась по шкале депрессии Цунга (ZDS) более 49 баллов.

    Тяжесть симптомов тревоги и депрессии при СРК и ЯК

    средний рейтинг HADS [31-33].Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, полученный в результате этих исследований, составил 8,1 среди пациентов с СРК и 3,8 среди здоровых людей из контрольной группы. Для сравнения, средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, в одном исследовании ЯК составил 8,5 у пациентов с ЯК и 3,2 у здоровых людей [34]. Кроме того, рейтинги тревожности, основанные на STAI, были выше у пациентов с ЯК (51,9), чем у здоровых людей (41,8) [35].

    Средние оценки депрессивных симптомов были представлены в трех исследованиях СРК [31-33]. Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для депрессии, составил 5.4 среди пациентов с СРК и 2,4 среди здоровых людей в двух исследованиях [31,32]. В другом исследовании сообщается, что средний рейтинг короткой формы BDI составляет 5,9 у пациентов с СРК и 1,7 у здоровых людей [33]. В двух дополнительных исследованиях сообщалось о значительно более высоких показателях тревоги и депрессии у пациентов с СРК, чем в контрольной группе, хотя средние баллы не сообщались [36,37]. В одном исследовании с ЯК сообщалось о среднем рейтинге HADS 4,1 среди пациентов с ЯК и 1,7 среди здоровых людей [34].

    Для всех используемых шкал оценки депрессии и тревоги более высокие оценки отражали более выраженные и распространенные симптомы, указывающие на депрессию или тревогу.Данные представлены в и .

    Обсуждение

    В этой статье опубликованные исследования показывают, что распространенность тревоги и депрессии выше как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы. Кроме того, у пациентов с ЯК и СРК наблюдается увеличение тяжести симптомов, связанных с тревогой и депрессией, по сравнению со здоровыми людьми.

    Традиционная гипотеза оси мозг-кишка предполагает, что нарушение вегетативной и нервной регуляции кишечника, а также нарушение регуляции висцеральной обратной связи приводят к СРК [38,39].Висцеральная гипералгезия является распространенным явлением у пациентов с СРК [40], а визуализация головного мозга [41] позволяет предположить измененные реакции у пациентов с СРК по сравнению с контрольной группой. Однако эти исследования не объясняют точную причину висцеральной гиперчувствительности и не показывают причинно-следственную связь СРК со стрессом, тревогой или психологической травмой. Поэтому до сих пор неясно, нарушена ли функция центральной обработки или периферической передачи сигналов в мозг. В качестве альтернативы, обусловленность (или повышенная бдительность) симптомами, связанными с болезнью, может изменить пути прохождения боли как средство преодоления [42].

    Самая большая ловушка в изучении взаимосвязи между СРК и психологическими расстройствами связана с выбором контрольных субъектов. Здоровые элементы управления «здоровы». По определению, у них должен быть почти нулевой показатель соматического или психологического заболевания. При таком сравнении любое заболевание (от застойной сердечной недостаточности до экземы) будет иметь некоторую степень личного беспокойства из-за физических ограничений или внешнего вида. Таким образом, по замыслу СРК ассоциируется с тревогой и депрессией.Одним из аргументов может быть то, что психологические расстройства связаны со всеми болезнями и поэтому всегда важны. Однако следует задаться вопросом, направлено ли внимание на лечение основного заболевания, которое, таким образом, облегчает тревогу и депрессию, или на лечение депрессии и тревоги, пока сохраняется соматическое заболевание [14]. Другим аргументом является то, что наличие психологического расстройства может неблагоприятно повлиять на субъективные исходы, о которых сообщают пациенты, о чем противоречиво сообщается в другой литературе по заболеваниям [43].На основе этой гипотезы был разработан ряд успешных методов лечения. Предыдущие метаанализы поддерживают антидепрессанты и когнитивно-поведенческую терапию при лечении СРК на основе субъективных конечных точек [44]. Когнитивно-поведенческая терапия основана на изучении эффективных стратегий преодоления дисфункциональных мыслей, возникающих из-за физических симптомов [45]. Результатом является улучшение тех же исходов, о которых сообщают пациенты, измеренные в фармакологических исследованиях, без необходимости физического улучшения объективного заболевания.Точно так же при ЯК недавнее исследование INSPIRE показало, что управление стрессом может улучшить качество жизни, хотя и не изменяет объективно определяемое течение болезни [46].

    В этом исследовании мы обнаружили ассоциации с психологическими расстройствами как в литературе по СРК, так и в литературе по случаям контроля ЯК. Поскольку это открытие не ограничивалось только литературой по СРК, было бы разумно рассмотреть наши результаты в контексте тяжелой инвалидности и ухудшения качества жизни, связанных с обоими заболеваниями [47,48], как это наблюдается при других хронических заболеваниях, таких как как ВИЧ, рак и ишемическая болезнь сердца [49].Это противоречит предыдущим выводам о том, что эти ассоциативные данные могут поддерживать психологический механизм развития СРК [8], поскольку ясно, что исследования случай-контроль не могут доказать причинно-следственную связь сами по себе. Несмотря на это, роль психологического здоровья при заболеваниях ЖКТ не совсем ясна. В одном проспективном исследовании 17 пациентов с активным ЯК гипнотическая терапия ассоциировалась со снижением системной воспалительной реакции и воспалительной реакции слизистых оболочек через два часа после окончания терапевтического сеанса [50].

    Помимо ассоциативных исследований, психосоматическая теория СРК подтверждается ретроспективными когортными исследованиями, которые выявили предшествовавшее психологическое заболевание в ходе клинических интервью с пациентами с СРК [51].Тем не менее, сопоставленное исследование случай-контроль не выявило последовательной связи между стрессом, связанным с войной (например, стрельбой из оружия или убийством человека), и развитием функциональных желудочно-кишечных расстройств у солдат, находящихся на действительной военной службе, за исключением связи между «любой войной». стрессор» и СРК [52]. В этом исследовании только диарея и рвота в период развертывания были в значительной степени связаны с развитием функциональных расстройств ЖКТ, что может свидетельствовать о значительной роли постинфекционного СРК.

    Несмотря на отсутствие проспективных исследований для оценки прямой причинно-следственной связи между жизненной травмой или психологическим заболеванием и последующим СРК, появляются новые данные, подтверждающие взаимодействие между СРК и измененной микробиотой, а также между поведением и микробиомом.Таким образом, изменения в микробиоте кишечника могут быть искажающим фактором при прямой оценке психологических сопутствующих заболеваний и функциональных заболеваний ЖКТ, что подтверждается исследованием, в котором были обнаружены различия в частоте психических заболеваний среди постинфекционных СРК по сравнению с не постинфекционными. Пациенты с СРК [53]. Взаимосвязь между психологическими расстройствами (особенно через гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось) и измененной микробиотой кишечника оценивалась в исследованиях на животных, в которых хирургически индуцированное состояние, имитирующее депрессию, было связано с повышением уровня кортикотропин-рилизинг-гормона, что впоследствии приводило к повышению уровня серотонина. уровней и гиперактивной моторики толстой кишки [54].Кроме того, стресс (и последующее повышение уровня гормональных медиаторов) может опосредовать негерметичность кишечного эпителия и снижение защиты слизистой оболочки, что может быть механизмом, с помощью которого у пациентов с острым гастроэнтеритом развивается последующий постинфекционный СРК [55].

    Также было описано противоположное влияние измененного микробиома на поведение, у стерильных мышей были более высокие уровни кортикостерона и более высокая реакция на стресс, которая улучшилась при колонизации Bifidobacterium infantis [56].В более недавнем исследовании мышей, свободных от конкретных патогенов, колонизировали микробиотой, и было обнаружено, что после введения пероральных антибиотиков у них увеличилось исследовательское поведение [57]. Хотя наше понимание этой сети факторов только зарождается, сложность взаимосвязи между СРК и психическим заболеванием, безусловно, очевидна.

    Ограничения этого исследования включают небольшое количество подходящих исследований, а также разнообразие методов оценки распространенности и тяжести тревоги и депрессии, которые в совокупности исключают возможность значимого статистического анализа.Таким образом, это исследование предназначено просто для того, чтобы предположить связь между этими желудочно-кишечными заболеваниями и депрессией и тревогой. Более контролируемые исследования кажутся оправданными. Хотя включенные психологические показатели были проверены при оценке симптомов, связанных с тревогой и депрессией, они могут не играть первостепенной роли в диагностике расстройств настроения [58]. Подобно продолжающимся расхождениям в диагностике СРК по различным клиническим критериям [59, 60], также остается неясным, сопоставимы ли результаты нескольких шкал психологической оценки.

    Независимо от причины этих состояний, влияние этих заболеваний на качество жизни следует рассматривать в междисциплинарном подходе к терапии. В одной проспективной когорте ВЗК было обнаружено, что психологическое здоровье значительно влияет на качество жизни, связанное со здоровьем, и независимо от тяжести заболевания [61]. Использование существующих инструментов, таких как опросник IBD [46] и шкала качества жизни IBS [62], следует изучить при выявлении пациентов, которым могут быть полезны механизмы поддержки для улучшения психического здоровья и качества жизни пациентов, страдающих этими хроническими заболеваниями. .

    В этом исследовании мы обнаружили, что как СРК, так и ЯК связаны с повышенной распространенностью и серьезностью психологических расстройств. Патофизиология ЯК, по-видимому, связана с иммунной дисфункцией, в то время как этиология СРК остается неизвестной. Следовательно, было бы разумно продолжить изучение существующих органо-механистических теорий болезней, применяя междисциплинарный подход к терапии обоих состояний.

    Резюме Box

    Что уже известно:

    • Психосоматическая теория была постулирована в отношении синдрома раздраженного кишечника в отсутствие другой объективной этиологии и биомаркеров Многие психологические расстройства связаны с хроническими расстройствами

    • 3

    • Язвенный колит был связан с психосоматическими теориями до открытия иммунной дисрегуляции

    Новые данные:

  • Связь между синдромом раздраженного кишечника и психологическими факторами может быть связана с психологическим страданием от хронических и изнурительных заболеваний

  • Психологические расстройства при желудочно-кишечных заболеваниях: эпифеномен, причина или следствие?

    Резюме

    История вопроса

    Психологические расстройства десятилетиями ассоциировались с синдромом раздраженного кишечника (СРК) при отсутствии другой объективной этиологии.Однако такие ассоциации очевидны и при других хронических заболеваниях с более четко определенным патогенезом, таких как язвенный колит. В этом исследовании мы изучили распространенность и тяжесть психологических расстройств среди пациентов с СРК и язвенным колитом (ЯК) по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Методы

    Был проведен обзор англоязычной литературы для выявления исследований методом случай-контроль, в которых сообщается о распространенности депрессии или тревоги в популяциях СРК и ЯК по сравнению со здоровым контролем.Нашей первичной конечной точкой была объединенная распространенность или средний балл депрессии или тревоги в популяции с СРК или ЯК по сравнению со здоровым контролем.

    Результаты

    Были включены семь исследований типа «случай-контроль» по оценке СРК и три исследования по оценке ЯК. Во всех исследованиях СРК и ЯК сообщалось о избыточной распространенности и тяжести депрессии, а также тревоги по сравнению со здоровым контролем. Распространенность депрессии по сравнению со здоровым контролем составила 39% в исследованиях случай-контроль ЯК и 33% в исследованиях СРК, а также повышенная тревожность присутствовала в исследованиях случай-контроль ЯК (42%) и СРК (19%).Показатели тревоги и депрессии были выше (представляя более тяжелые симптомы) как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Выводы

    Тревожные и депрессивные расстройства связаны как с СРК, так и с ЯК. Неспецифическая связь между этими психологическими и желудочно-кишечными расстройствами может свидетельствовать о том, что хронические желудочно-кишечные заболевания могут влиять на психосоциальное поведение.

    Ключевые слова: Аффективные расстройства, синдром раздраженного кишечника, колит, язвенный

    Введение

    Расстройства неизвестной этиологии исторически были связаны с психосоматическими причинами.В гастроэнтерологии одним из примеров является язвенный колит (ЯК) до появления гибкой эндоскопии. Исторически ЯК был связан с анальной регрессией по Фрейду, вызванной трудной дилеммой, стоящей перед пациентом [1]. Психосоматическая гипотеза ЯК оставалась важной в течение многих десятилетий. Оценки психосоматической теории [2] проводились почти одновременно с классическими оценками иммуномодулирующих средств [3]. Еще двадцать лет назад хорошо проведенный систематический обзор не смог найти связь между психологическими факторами и НЯК [4].По мере того, как НЯК постепенно узаконивался как процесс органического заболевания, роль стресса и психологических воздействий отошла на второй план по сравнению с теориями иммунной дисфункции и потенциальных факторов окружающей среды [5].

    Хорошо известно, что синдром раздраженного кишечника (СРК) и психические заболевания часто являются сопутствующими состояниями [6,7]. Предыдущий систематический обзор также показал, что СРК часто встречается у пациентов с синдромом хронической усталости, тазовой болью, расстройством височно-нижнечелюстного сустава, которые, как предполагается, имеют некоторый психологический компонент в своих проявлениях [8].Несмотря на эти результаты, истинное проспективное исследование еще не доказало, что СРК на самом деле вызывается психологическими стрессорами, а не просто связано с ними. Появляющиеся данные начинают характеризовать потенциальные патофизиологические механизмы СРК, такие как постинфекционный СРК или измененная микробиота кишечника, которые выступают против преимущественно психологической первопричины [9,10]. Более того, становится ясной роль микровоспаления в стенке кишечника при СРК, что может объяснить перекрывающиеся СРК-подобные симптомы у пациентов с ВЗК [11].

    Влияние болезни и инвалидности на психологическое благополучие человека хорошо описано в литературе [12-15]. Психологические заболевания могут ухудшить течение заболевания из-за факторов, не связанных с патофизиологией заболевания, таких как несоблюдение режима терапии и последующее наблюдение [16,17], а также выбор образа жизни, который, как известно, ухудшает основное состояние [18,19]. Независимо от причины результирующая комбинация сопутствующих медицинских и психологических состояний приводит к неблагоприятным исходам [20,21].Сопутствующее психологическое заболевание может потенцировать или предсказывать наличие соматического расстройства, но не обязательно должно вызывать заболевание [22].

    Мы предположили, что связь между СРК и психологическими факторами может быть связана с общим психологическим стрессом, вызванным хроническим и часто изнурительным заболеванием, или нарушением оси кишечник-микробиом-мозг, сопровождающимся дисбактериозом нейрокогнитивной функции. Исходя из этого, было бы разумно рассмотреть подобную связь с психологическими расстройствами и в литературе по другим заболеваниям.Поэтому мы стремились определить тяжесть симптомов депрессии и тревоги, измеренных с помощью оценки симптомов с использованием утвержденных опросников пациентов с СРК по сравнению со здоровым контролем, и сравнить эти данные с аналогичными данными в литературе по ЯК на основе того, что оба заболевания традиционно классифицируются. как заболевания толстой кишки.

    Методы

    Дизайн исследования

    Мы провели поиск литературы в PubMed (7 мая 2013 г.) для выявления соответствующих исследований случай-контроль, оценивающих сопутствующие психологические факторы в двух популяциях пациентов с двумя желудочно-кишечными (ЖКТ) заболеваниями, обычно классифицируемыми как заболевания толстой кишки. : пациенты с СРК или ЯК по сравнению со здоровой популяцией.Условия поиска показаны в приложении . Из-за нашей объединенной конечной точки исследования СРК были ограничены теми, которые оценивали Римские критерии, чтобы повысить однородность популяций пациентов с СРК. Затем были применены критерии включения () для определения соответствующих исследований для этого анализа. Данные были извлечены ES и проверены ES и MP.

    Таблица 1

    Извлеченные данные включали методологию набора и регистрации пациентов, критерии приемлемости для групп случаев или контрольных групп, распределение включенных пациентов по полу и критерии определения наличия или тяжести депрессии и тревоги.

    Конечные точки и статистический анализ

    Нашей первичной конечной точкой был процент пациентов, у которых была выявлена ​​коморбидная депрессия или тревога с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта, по отношению к здоровой контрольной популяции на основе порогового балла с использованием утвержденного опросника пациентов. В качестве вторичной конечной точки мы оценили тяжесть симптомов депрессии и тревоги у пациентов с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта по сравнению со здоровым контролем на основе зарегистрированных утвержденных систем оценки.Методы оценки, такие как госпитальный индекс тревоги и депрессии (HADS), сообщают о сумме симптомов, о которых сообщают пациенты, а также о тяжести симптомов с подтвержденным порогом отсечения для представления большого депрессивного расстройства или тревожного расстройства. Результаты исследования суммировались арифметически, если были выявлены совпадающие критерии, которые оценивали наличие или тяжесть депрессии и тревоги.

    Результаты

    Мы определили семь подходящих исследований СРК и три подходящих исследования ЯК ().Тяжесть симптомов тревоги и депрессии измерялась с использованием хорошо описанных дискретных числовых шкал [23-27]. Процент женщин в обоих случаях или в контрольной когорте колебался от 42% до 81%. Полные характеристики подходящих исследований были переменными ().

    Схема поиска литературы

    СРК, синдром раздраженного кишечника

    Таблица 2

    Распространенность тревоги и депрессии при СРК и ЯК Опросники тревоги и депрессии Бека (BAI/BDI)[29].В Hartono

    et al избыточная распространенность депрессии и тревоги составила 38,7% и 6,5%, соответственно, у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми пациентами (из которых 6,5% и 14,5% сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге), на основании диагностических данных. критерии рейтинга HADS выше восьми [28]. В Uz et al избыточная распространенность депрессии или тревоги по сравнению со здоровым контролем составила 34% и 2%, при этом 4% и 8% здоровых людей сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге [29].Объединенные данные представлены в и .

    Часть психологического состояния, связанного с желудочно-кишечным заболеванием (больше, чем в контрольной группе). (A) Распространенность сопутствующего психологического заболевания (превышение здорового контроля) для синдрома раздраженного кишечника (СРК) и язвенного колита (ЯК). (B) Показатели депрессии и тревожности сообщаются как для СРК, так и для ЯК (превышают показатели для здорового контроля). Не было исследований, сообщающих средние баллы STAI для СРК, и исследований, сообщающих средние баллы BDI для ЯК

    HADS, госпитальная шкала тревожности и депрессии; STAI — индекс состояния-черты тревожности; BDI, перечень депрессий Бека

    Таблица 3

    Объединенные результаты исследований случай-контроль, оценивающих психологические расстройства при синдроме раздраженного кишечника или язвенном колите

    В одном исследовании ЯК оценивалась распространенность депрессии и тревоги по сравнению со здоровым контролем [30].Избыточная распространенность тревожности у пациентов с ЯК по сравнению со здоровой контрольной группой составила 41,7% (с исходной распространенностью 22,2% у здоровых пациентов) на основании шкалы состояния и тревожности (STAI) выше 40. Избыточная депрессия 38,9%, с исходная распространенность 11,1% среди здорового населения оценивалась по шкале депрессии Цунга (ZDS) более 49 баллов.

    Тяжесть симптомов тревоги и депрессии при СРК и ЯК

    средний рейтинг HADS [31-33].Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, полученный в результате этих исследований, составил 8,1 среди пациентов с СРК и 3,8 среди здоровых людей из контрольной группы. Для сравнения, средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, в одном исследовании ЯК составил 8,5 у пациентов с ЯК и 3,2 у здоровых людей [34]. Кроме того, рейтинги тревожности, основанные на STAI, были выше у пациентов с ЯК (51,9), чем у здоровых людей (41,8) [35].

    Средние оценки депрессивных симптомов были представлены в трех исследованиях СРК [31-33]. Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для депрессии, составил 5.4 среди пациентов с СРК и 2,4 среди здоровых людей в двух исследованиях [31,32]. В другом исследовании сообщается, что средний рейтинг короткой формы BDI составляет 5,9 у пациентов с СРК и 1,7 у здоровых людей [33]. В двух дополнительных исследованиях сообщалось о значительно более высоких показателях тревоги и депрессии у пациентов с СРК, чем в контрольной группе, хотя средние баллы не сообщались [36,37]. В одном исследовании с ЯК сообщалось о среднем рейтинге HADS 4,1 среди пациентов с ЯК и 1,7 среди здоровых людей [34].

    Для всех используемых шкал оценки депрессии и тревоги более высокие оценки отражали более выраженные и распространенные симптомы, указывающие на депрессию или тревогу.Данные представлены в и .

    Обсуждение

    В этой статье опубликованные исследования показывают, что распространенность тревоги и депрессии выше как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы. Кроме того, у пациентов с ЯК и СРК наблюдается увеличение тяжести симптомов, связанных с тревогой и депрессией, по сравнению со здоровыми людьми.

    Традиционная гипотеза оси мозг-кишка предполагает, что нарушение вегетативной и нервной регуляции кишечника, а также нарушение регуляции висцеральной обратной связи приводят к СРК [38,39].Висцеральная гипералгезия является распространенным явлением у пациентов с СРК [40], а визуализация головного мозга [41] позволяет предположить измененные реакции у пациентов с СРК по сравнению с контрольной группой. Однако эти исследования не объясняют точную причину висцеральной гиперчувствительности и не показывают причинно-следственную связь СРК со стрессом, тревогой или психологической травмой. Поэтому до сих пор неясно, нарушена ли функция центральной обработки или периферической передачи сигналов в мозг. В качестве альтернативы, обусловленность (или повышенная бдительность) симптомами, связанными с болезнью, может изменить пути прохождения боли как средство преодоления [42].

    Самая большая ловушка в изучении взаимосвязи между СРК и психологическими расстройствами связана с выбором контрольных субъектов. Здоровые элементы управления «здоровы». По определению, у них должен быть почти нулевой показатель соматического или психологического заболевания. При таком сравнении любое заболевание (от застойной сердечной недостаточности до экземы) будет иметь некоторую степень личного беспокойства из-за физических ограничений или внешнего вида. Таким образом, по замыслу СРК ассоциируется с тревогой и депрессией.Одним из аргументов может быть то, что психологические расстройства связаны со всеми болезнями и поэтому всегда важны. Однако следует задаться вопросом, направлено ли внимание на лечение основного заболевания, которое, таким образом, облегчает тревогу и депрессию, или на лечение депрессии и тревоги, пока сохраняется соматическое заболевание [14]. Другим аргументом является то, что наличие психологического расстройства может неблагоприятно повлиять на субъективные исходы, о которых сообщают пациенты, о чем противоречиво сообщается в другой литературе по заболеваниям [43].На основе этой гипотезы был разработан ряд успешных методов лечения. Предыдущие метаанализы поддерживают антидепрессанты и когнитивно-поведенческую терапию при лечении СРК на основе субъективных конечных точек [44]. Когнитивно-поведенческая терапия основана на изучении эффективных стратегий преодоления дисфункциональных мыслей, возникающих из-за физических симптомов [45]. Результатом является улучшение тех же исходов, о которых сообщают пациенты, измеренные в фармакологических исследованиях, без необходимости физического улучшения объективного заболевания.Точно так же при ЯК недавнее исследование INSPIRE показало, что управление стрессом может улучшить качество жизни, хотя и не изменяет объективно определяемое течение болезни [46].

    В этом исследовании мы обнаружили ассоциации с психологическими расстройствами как в литературе по СРК, так и в литературе по случаям контроля ЯК. Поскольку это открытие не ограничивалось только литературой по СРК, было бы разумно рассмотреть наши результаты в контексте тяжелой инвалидности и ухудшения качества жизни, связанных с обоими заболеваниями [47,48], как это наблюдается при других хронических заболеваниях, таких как как ВИЧ, рак и ишемическая болезнь сердца [49].Это противоречит предыдущим выводам о том, что эти ассоциативные данные могут поддерживать психологический механизм развития СРК [8], поскольку ясно, что исследования случай-контроль не могут доказать причинно-следственную связь сами по себе. Несмотря на это, роль психологического здоровья при заболеваниях ЖКТ не совсем ясна. В одном проспективном исследовании 17 пациентов с активным ЯК гипнотическая терапия ассоциировалась со снижением системной воспалительной реакции и воспалительной реакции слизистых оболочек через два часа после окончания терапевтического сеанса [50].

    Помимо ассоциативных исследований, психосоматическая теория СРК подтверждается ретроспективными когортными исследованиями, которые выявили предшествовавшее психологическое заболевание в ходе клинических интервью с пациентами с СРК [51].Тем не менее, сопоставленное исследование случай-контроль не выявило последовательной связи между стрессом, связанным с войной (например, стрельбой из оружия или убийством человека), и развитием функциональных желудочно-кишечных расстройств у солдат, находящихся на действительной военной службе, за исключением связи между «любой войной». стрессор» и СРК [52]. В этом исследовании только диарея и рвота в период развертывания были в значительной степени связаны с развитием функциональных расстройств ЖКТ, что может свидетельствовать о значительной роли постинфекционного СРК.

    Несмотря на отсутствие проспективных исследований для оценки прямой причинно-следственной связи между жизненной травмой или психологическим заболеванием и последующим СРК, появляются новые данные, подтверждающие взаимодействие между СРК и измененной микробиотой, а также между поведением и микробиомом.Таким образом, изменения в микробиоте кишечника могут быть искажающим фактором при прямой оценке психологических сопутствующих заболеваний и функциональных заболеваний ЖКТ, что подтверждается исследованием, в котором были обнаружены различия в частоте психических заболеваний среди постинфекционных СРК по сравнению с не постинфекционными. Пациенты с СРК [53]. Взаимосвязь между психологическими расстройствами (особенно через гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось) и измененной микробиотой кишечника оценивалась в исследованиях на животных, в которых хирургически индуцированное состояние, имитирующее депрессию, было связано с повышением уровня кортикотропин-рилизинг-гормона, что впоследствии приводило к повышению уровня серотонина. уровней и гиперактивной моторики толстой кишки [54].Кроме того, стресс (и последующее повышение уровня гормональных медиаторов) может опосредовать негерметичность кишечного эпителия и снижение защиты слизистой оболочки, что может быть механизмом, с помощью которого у пациентов с острым гастроэнтеритом развивается последующий постинфекционный СРК [55].

    Также было описано противоположное влияние измененного микробиома на поведение, у стерильных мышей были более высокие уровни кортикостерона и более высокая реакция на стресс, которая улучшилась при колонизации Bifidobacterium infantis [56].В более недавнем исследовании мышей, свободных от конкретных патогенов, колонизировали микробиотой, и было обнаружено, что после введения пероральных антибиотиков у них увеличилось исследовательское поведение [57]. Хотя наше понимание этой сети факторов только зарождается, сложность взаимосвязи между СРК и психическим заболеванием, безусловно, очевидна.

    Ограничения этого исследования включают небольшое количество подходящих исследований, а также разнообразие методов оценки распространенности и тяжести тревоги и депрессии, которые в совокупности исключают возможность значимого статистического анализа.Таким образом, это исследование предназначено просто для того, чтобы предположить связь между этими желудочно-кишечными заболеваниями и депрессией и тревогой. Более контролируемые исследования кажутся оправданными. Хотя включенные психологические показатели были проверены при оценке симптомов, связанных с тревогой и депрессией, они могут не играть первостепенной роли в диагностике расстройств настроения [58]. Подобно продолжающимся расхождениям в диагностике СРК по различным клиническим критериям [59, 60], также остается неясным, сопоставимы ли результаты нескольких шкал психологической оценки.

    Независимо от причины этих состояний, влияние этих заболеваний на качество жизни следует рассматривать в междисциплинарном подходе к терапии. В одной проспективной когорте ВЗК было обнаружено, что психологическое здоровье значительно влияет на качество жизни, связанное со здоровьем, и независимо от тяжести заболевания [61]. Использование существующих инструментов, таких как опросник IBD [46] и шкала качества жизни IBS [62], следует изучить при выявлении пациентов, которым могут быть полезны механизмы поддержки для улучшения психического здоровья и качества жизни пациентов, страдающих этими хроническими заболеваниями. .

    В этом исследовании мы обнаружили, что как СРК, так и ЯК связаны с повышенной распространенностью и серьезностью психологических расстройств. Патофизиология ЯК, по-видимому, связана с иммунной дисфункцией, в то время как этиология СРК остается неизвестной. Следовательно, было бы разумно продолжить изучение существующих органо-механистических теорий болезней, применяя междисциплинарный подход к терапии обоих состояний.

    Резюме Box

    Что уже известно:

    • Психосоматическая теория была постулирована в отношении синдрома раздраженного кишечника в отсутствие другой объективной этиологии и биомаркеров Многие психологические расстройства связаны с хроническими расстройствами

    • 3

    • Язвенный колит был связан с психосоматическими теориями до открытия иммунной дисрегуляции

    Новые данные:

  • Связь между синдромом раздраженного кишечника и психологическими факторами может быть связана с психологическим страданием от хронических и изнурительных заболеваний

  • Психологические расстройства при желудочно-кишечных заболеваниях: эпифеномен, причина или следствие?

    Резюме

    История вопроса

    Психологические расстройства десятилетиями ассоциировались с синдромом раздраженного кишечника (СРК) при отсутствии другой объективной этиологии.Однако такие ассоциации очевидны и при других хронических заболеваниях с более четко определенным патогенезом, таких как язвенный колит. В этом исследовании мы изучили распространенность и тяжесть психологических расстройств среди пациентов с СРК и язвенным колитом (ЯК) по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Методы

    Был проведен обзор англоязычной литературы для выявления исследований методом случай-контроль, в которых сообщается о распространенности депрессии или тревоги в популяциях СРК и ЯК по сравнению со здоровым контролем.Нашей первичной конечной точкой была объединенная распространенность или средний балл депрессии или тревоги в популяции с СРК или ЯК по сравнению со здоровым контролем.

    Результаты

    Были включены семь исследований типа «случай-контроль» по оценке СРК и три исследования по оценке ЯК. Во всех исследованиях СРК и ЯК сообщалось о избыточной распространенности и тяжести депрессии, а также тревоги по сравнению со здоровым контролем. Распространенность депрессии по сравнению со здоровым контролем составила 39% в исследованиях случай-контроль ЯК и 33% в исследованиях СРК, а также повышенная тревожность присутствовала в исследованиях случай-контроль ЯК (42%) и СРК (19%).Показатели тревоги и депрессии были выше (представляя более тяжелые симптомы) как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Выводы

    Тревожные и депрессивные расстройства связаны как с СРК, так и с ЯК. Неспецифическая связь между этими психологическими и желудочно-кишечными расстройствами может свидетельствовать о том, что хронические желудочно-кишечные заболевания могут влиять на психосоциальное поведение.

    Ключевые слова: Аффективные расстройства, синдром раздраженного кишечника, колит, язвенный

    Введение

    Расстройства неизвестной этиологии исторически были связаны с психосоматическими причинами.В гастроэнтерологии одним из примеров является язвенный колит (ЯК) до появления гибкой эндоскопии. Исторически ЯК был связан с анальной регрессией по Фрейду, вызванной трудной дилеммой, стоящей перед пациентом [1]. Психосоматическая гипотеза ЯК оставалась важной в течение многих десятилетий. Оценки психосоматической теории [2] проводились почти одновременно с классическими оценками иммуномодулирующих средств [3]. Еще двадцать лет назад хорошо проведенный систематический обзор не смог найти связь между психологическими факторами и НЯК [4].По мере того, как НЯК постепенно узаконивался как процесс органического заболевания, роль стресса и психологических воздействий отошла на второй план по сравнению с теориями иммунной дисфункции и потенциальных факторов окружающей среды [5].

    Хорошо известно, что синдром раздраженного кишечника (СРК) и психические заболевания часто являются сопутствующими состояниями [6,7]. Предыдущий систематический обзор также показал, что СРК часто встречается у пациентов с синдромом хронической усталости, тазовой болью, расстройством височно-нижнечелюстного сустава, которые, как предполагается, имеют некоторый психологический компонент в своих проявлениях [8].Несмотря на эти результаты, истинное проспективное исследование еще не доказало, что СРК на самом деле вызывается психологическими стрессорами, а не просто связано с ними. Появляющиеся данные начинают характеризовать потенциальные патофизиологические механизмы СРК, такие как постинфекционный СРК или измененная микробиота кишечника, которые выступают против преимущественно психологической первопричины [9,10]. Более того, становится ясной роль микровоспаления в стенке кишечника при СРК, что может объяснить перекрывающиеся СРК-подобные симптомы у пациентов с ВЗК [11].

    Влияние болезни и инвалидности на психологическое благополучие человека хорошо описано в литературе [12-15]. Психологические заболевания могут ухудшить течение заболевания из-за факторов, не связанных с патофизиологией заболевания, таких как несоблюдение режима терапии и последующее наблюдение [16,17], а также выбор образа жизни, который, как известно, ухудшает основное состояние [18,19]. Независимо от причины результирующая комбинация сопутствующих медицинских и психологических состояний приводит к неблагоприятным исходам [20,21].Сопутствующее психологическое заболевание может потенцировать или предсказывать наличие соматического расстройства, но не обязательно должно вызывать заболевание [22].

    Мы предположили, что связь между СРК и психологическими факторами может быть связана с общим психологическим стрессом, вызванным хроническим и часто изнурительным заболеванием, или нарушением оси кишечник-микробиом-мозг, сопровождающимся дисбактериозом нейрокогнитивной функции. Исходя из этого, было бы разумно рассмотреть подобную связь с психологическими расстройствами и в литературе по другим заболеваниям.Поэтому мы стремились определить тяжесть симптомов депрессии и тревоги, измеренных с помощью оценки симптомов с использованием утвержденных опросников пациентов с СРК по сравнению со здоровым контролем, и сравнить эти данные с аналогичными данными в литературе по ЯК на основе того, что оба заболевания традиционно классифицируются. как заболевания толстой кишки.

    Методы

    Дизайн исследования

    Мы провели поиск литературы в PubMed (7 мая 2013 г.) для выявления соответствующих исследований случай-контроль, оценивающих сопутствующие психологические факторы в двух популяциях пациентов с двумя желудочно-кишечными (ЖКТ) заболеваниями, обычно классифицируемыми как заболевания толстой кишки. : пациенты с СРК или ЯК по сравнению со здоровой популяцией.Условия поиска показаны в приложении . Из-за нашей объединенной конечной точки исследования СРК были ограничены теми, которые оценивали Римские критерии, чтобы повысить однородность популяций пациентов с СРК. Затем были применены критерии включения () для определения соответствующих исследований для этого анализа. Данные были извлечены ES и проверены ES и MP.

    Таблица 1

    Извлеченные данные включали методологию набора и регистрации пациентов, критерии приемлемости для групп случаев или контрольных групп, распределение включенных пациентов по полу и критерии определения наличия или тяжести депрессии и тревоги.

    Конечные точки и статистический анализ

    Нашей первичной конечной точкой был процент пациентов, у которых была выявлена ​​коморбидная депрессия или тревога с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта, по отношению к здоровой контрольной популяции на основе порогового балла с использованием утвержденного опросника пациентов. В качестве вторичной конечной точки мы оценили тяжесть симптомов депрессии и тревоги у пациентов с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта по сравнению со здоровым контролем на основе зарегистрированных утвержденных систем оценки.Методы оценки, такие как госпитальный индекс тревоги и депрессии (HADS), сообщают о сумме симптомов, о которых сообщают пациенты, а также о тяжести симптомов с подтвержденным порогом отсечения для представления большого депрессивного расстройства или тревожного расстройства. Результаты исследования суммировались арифметически, если были выявлены совпадающие критерии, которые оценивали наличие или тяжесть депрессии и тревоги.

    Результаты

    Мы определили семь подходящих исследований СРК и три подходящих исследования ЯК ().Тяжесть симптомов тревоги и депрессии измерялась с использованием хорошо описанных дискретных числовых шкал [23-27]. Процент женщин в обоих случаях или в контрольной когорте колебался от 42% до 81%. Полные характеристики подходящих исследований были переменными ().

    Схема поиска литературы

    СРК, синдром раздраженного кишечника

    Таблица 2

    Распространенность тревоги и депрессии при СРК и ЯК Опросники тревоги и депрессии Бека (BAI/BDI)[29].В Hartono

    et al избыточная распространенность депрессии и тревоги составила 38,7% и 6,5%, соответственно, у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми пациентами (из которых 6,5% и 14,5% сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге), на основании диагностических данных. критерии рейтинга HADS выше восьми [28]. В Uz et al избыточная распространенность депрессии или тревоги по сравнению со здоровым контролем составила 34% и 2%, при этом 4% и 8% здоровых людей сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге [29].Объединенные данные представлены в и .

    Часть психологического состояния, связанного с желудочно-кишечным заболеванием (больше, чем в контрольной группе). (A) Распространенность сопутствующего психологического заболевания (превышение здорового контроля) для синдрома раздраженного кишечника (СРК) и язвенного колита (ЯК). (B) Показатели депрессии и тревожности сообщаются как для СРК, так и для ЯК (превышают показатели для здорового контроля). Не было исследований, сообщающих средние баллы STAI для СРК, и исследований, сообщающих средние баллы BDI для ЯК

    HADS, госпитальная шкала тревожности и депрессии; STAI — индекс состояния-черты тревожности; BDI, перечень депрессий Бека

    Таблица 3

    Объединенные результаты исследований случай-контроль, оценивающих психологические расстройства при синдроме раздраженного кишечника или язвенном колите

    В одном исследовании ЯК оценивалась распространенность депрессии и тревоги по сравнению со здоровым контролем [30].Избыточная распространенность тревожности у пациентов с ЯК по сравнению со здоровой контрольной группой составила 41,7% (с исходной распространенностью 22,2% у здоровых пациентов) на основании шкалы состояния и тревожности (STAI) выше 40. Избыточная депрессия 38,9%, с исходная распространенность 11,1% среди здорового населения оценивалась по шкале депрессии Цунга (ZDS) более 49 баллов.

    Тяжесть симптомов тревоги и депрессии при СРК и ЯК

    средний рейтинг HADS [31-33].Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, полученный в результате этих исследований, составил 8,1 среди пациентов с СРК и 3,8 среди здоровых людей из контрольной группы. Для сравнения, средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, в одном исследовании ЯК составил 8,5 у пациентов с ЯК и 3,2 у здоровых людей [34]. Кроме того, рейтинги тревожности, основанные на STAI, были выше у пациентов с ЯК (51,9), чем у здоровых людей (41,8) [35].

    Средние оценки депрессивных симптомов были представлены в трех исследованиях СРК [31-33]. Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для депрессии, составил 5.4 среди пациентов с СРК и 2,4 среди здоровых людей в двух исследованиях [31,32]. В другом исследовании сообщается, что средний рейтинг короткой формы BDI составляет 5,9 у пациентов с СРК и 1,7 у здоровых людей [33]. В двух дополнительных исследованиях сообщалось о значительно более высоких показателях тревоги и депрессии у пациентов с СРК, чем в контрольной группе, хотя средние баллы не сообщались [36,37]. В одном исследовании с ЯК сообщалось о среднем рейтинге HADS 4,1 среди пациентов с ЯК и 1,7 среди здоровых людей [34].

    Для всех используемых шкал оценки депрессии и тревоги более высокие оценки отражали более выраженные и распространенные симптомы, указывающие на депрессию или тревогу.Данные представлены в и .

    Обсуждение

    В этой статье опубликованные исследования показывают, что распространенность тревоги и депрессии выше как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы. Кроме того, у пациентов с ЯК и СРК наблюдается увеличение тяжести симптомов, связанных с тревогой и депрессией, по сравнению со здоровыми людьми.

    Традиционная гипотеза оси мозг-кишка предполагает, что нарушение вегетативной и нервной регуляции кишечника, а также нарушение регуляции висцеральной обратной связи приводят к СРК [38,39].Висцеральная гипералгезия является распространенным явлением у пациентов с СРК [40], а визуализация головного мозга [41] позволяет предположить измененные реакции у пациентов с СРК по сравнению с контрольной группой. Однако эти исследования не объясняют точную причину висцеральной гиперчувствительности и не показывают причинно-следственную связь СРК со стрессом, тревогой или психологической травмой. Поэтому до сих пор неясно, нарушена ли функция центральной обработки или периферической передачи сигналов в мозг. В качестве альтернативы, обусловленность (или повышенная бдительность) симптомами, связанными с болезнью, может изменить пути прохождения боли как средство преодоления [42].

    Самая большая ловушка в изучении взаимосвязи между СРК и психологическими расстройствами связана с выбором контрольных субъектов. Здоровые элементы управления «здоровы». По определению, у них должен быть почти нулевой показатель соматического или психологического заболевания. При таком сравнении любое заболевание (от застойной сердечной недостаточности до экземы) будет иметь некоторую степень личного беспокойства из-за физических ограничений или внешнего вида. Таким образом, по замыслу СРК ассоциируется с тревогой и депрессией.Одним из аргументов может быть то, что психологические расстройства связаны со всеми болезнями и поэтому всегда важны. Однако следует задаться вопросом, направлено ли внимание на лечение основного заболевания, которое, таким образом, облегчает тревогу и депрессию, или на лечение депрессии и тревоги, пока сохраняется соматическое заболевание [14]. Другим аргументом является то, что наличие психологического расстройства может неблагоприятно повлиять на субъективные исходы, о которых сообщают пациенты, о чем противоречиво сообщается в другой литературе по заболеваниям [43].На основе этой гипотезы был разработан ряд успешных методов лечения. Предыдущие метаанализы поддерживают антидепрессанты и когнитивно-поведенческую терапию при лечении СРК на основе субъективных конечных точек [44]. Когнитивно-поведенческая терапия основана на изучении эффективных стратегий преодоления дисфункциональных мыслей, возникающих из-за физических симптомов [45]. Результатом является улучшение тех же исходов, о которых сообщают пациенты, измеренные в фармакологических исследованиях, без необходимости физического улучшения объективного заболевания.Точно так же при ЯК недавнее исследование INSPIRE показало, что управление стрессом может улучшить качество жизни, хотя и не изменяет объективно определяемое течение болезни [46].

    В этом исследовании мы обнаружили ассоциации с психологическими расстройствами как в литературе по СРК, так и в литературе по случаям контроля ЯК. Поскольку это открытие не ограничивалось только литературой по СРК, было бы разумно рассмотреть наши результаты в контексте тяжелой инвалидности и ухудшения качества жизни, связанных с обоими заболеваниями [47,48], как это наблюдается при других хронических заболеваниях, таких как как ВИЧ, рак и ишемическая болезнь сердца [49].Это противоречит предыдущим выводам о том, что эти ассоциативные данные могут поддерживать психологический механизм развития СРК [8], поскольку ясно, что исследования случай-контроль не могут доказать причинно-следственную связь сами по себе. Несмотря на это, роль психологического здоровья при заболеваниях ЖКТ не совсем ясна. В одном проспективном исследовании 17 пациентов с активным ЯК гипнотическая терапия ассоциировалась со снижением системной воспалительной реакции и воспалительной реакции слизистых оболочек через два часа после окончания терапевтического сеанса [50].

    Помимо ассоциативных исследований, психосоматическая теория СРК подтверждается ретроспективными когортными исследованиями, которые выявили предшествовавшее психологическое заболевание в ходе клинических интервью с пациентами с СРК [51].Тем не менее, сопоставленное исследование случай-контроль не выявило последовательной связи между стрессом, связанным с войной (например, стрельбой из оружия или убийством человека), и развитием функциональных желудочно-кишечных расстройств у солдат, находящихся на действительной военной службе, за исключением связи между «любой войной». стрессор» и СРК [52]. В этом исследовании только диарея и рвота в период развертывания были в значительной степени связаны с развитием функциональных расстройств ЖКТ, что может свидетельствовать о значительной роли постинфекционного СРК.

    Несмотря на отсутствие проспективных исследований для оценки прямой причинно-следственной связи между жизненной травмой или психологическим заболеванием и последующим СРК, появляются новые данные, подтверждающие взаимодействие между СРК и измененной микробиотой, а также между поведением и микробиомом.Таким образом, изменения в микробиоте кишечника могут быть искажающим фактором при прямой оценке психологических сопутствующих заболеваний и функциональных заболеваний ЖКТ, что подтверждается исследованием, в котором были обнаружены различия в частоте психических заболеваний среди постинфекционных СРК по сравнению с не постинфекционными. Пациенты с СРК [53]. Взаимосвязь между психологическими расстройствами (особенно через гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось) и измененной микробиотой кишечника оценивалась в исследованиях на животных, в которых хирургически индуцированное состояние, имитирующее депрессию, было связано с повышением уровня кортикотропин-рилизинг-гормона, что впоследствии приводило к повышению уровня серотонина. уровней и гиперактивной моторики толстой кишки [54].Кроме того, стресс (и последующее повышение уровня гормональных медиаторов) может опосредовать негерметичность кишечного эпителия и снижение защиты слизистой оболочки, что может быть механизмом, с помощью которого у пациентов с острым гастроэнтеритом развивается последующий постинфекционный СРК [55].

    Также было описано противоположное влияние измененного микробиома на поведение, у стерильных мышей были более высокие уровни кортикостерона и более высокая реакция на стресс, которая улучшилась при колонизации Bifidobacterium infantis [56].В более недавнем исследовании мышей, свободных от конкретных патогенов, колонизировали микробиотой, и было обнаружено, что после введения пероральных антибиотиков у них увеличилось исследовательское поведение [57]. Хотя наше понимание этой сети факторов только зарождается, сложность взаимосвязи между СРК и психическим заболеванием, безусловно, очевидна.

    Ограничения этого исследования включают небольшое количество подходящих исследований, а также разнообразие методов оценки распространенности и тяжести тревоги и депрессии, которые в совокупности исключают возможность значимого статистического анализа.Таким образом, это исследование предназначено просто для того, чтобы предположить связь между этими желудочно-кишечными заболеваниями и депрессией и тревогой. Более контролируемые исследования кажутся оправданными. Хотя включенные психологические показатели были проверены при оценке симптомов, связанных с тревогой и депрессией, они могут не играть первостепенной роли в диагностике расстройств настроения [58]. Подобно продолжающимся расхождениям в диагностике СРК по различным клиническим критериям [59, 60], также остается неясным, сопоставимы ли результаты нескольких шкал психологической оценки.

    Независимо от причины этих состояний, влияние этих заболеваний на качество жизни следует рассматривать в междисциплинарном подходе к терапии. В одной проспективной когорте ВЗК было обнаружено, что психологическое здоровье значительно влияет на качество жизни, связанное со здоровьем, и независимо от тяжести заболевания [61]. Использование существующих инструментов, таких как опросник IBD [46] и шкала качества жизни IBS [62], следует изучить при выявлении пациентов, которым могут быть полезны механизмы поддержки для улучшения психического здоровья и качества жизни пациентов, страдающих этими хроническими заболеваниями. .

    В этом исследовании мы обнаружили, что как СРК, так и ЯК связаны с повышенной распространенностью и серьезностью психологических расстройств. Патофизиология ЯК, по-видимому, связана с иммунной дисфункцией, в то время как этиология СРК остается неизвестной. Следовательно, было бы разумно продолжить изучение существующих органо-механистических теорий болезней, применяя междисциплинарный подход к терапии обоих состояний.

    Резюме Box

    Что уже известно:

    • Психосоматическая теория была постулирована в отношении синдрома раздраженного кишечника в отсутствие другой объективной этиологии и биомаркеров Многие психологические расстройства связаны с хроническими расстройствами

    • 3

    • Язвенный колит был связан с психосоматическими теориями до открытия иммунной дисрегуляции

    Новые данные:

  • Связь между синдромом раздраженного кишечника и психологическими факторами может быть связана с психологическим страданием от хронических и изнурительных заболеваний

  • Психологические расстройства при желудочно-кишечных заболеваниях: эпифеномен, причина или следствие?

    Резюме

    История вопроса

    Психологические расстройства десятилетиями ассоциировались с синдромом раздраженного кишечника (СРК) при отсутствии другой объективной этиологии.Однако такие ассоциации очевидны и при других хронических заболеваниях с более четко определенным патогенезом, таких как язвенный колит. В этом исследовании мы изучили распространенность и тяжесть психологических расстройств среди пациентов с СРК и язвенным колитом (ЯК) по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Методы

    Был проведен обзор англоязычной литературы для выявления исследований методом случай-контроль, в которых сообщается о распространенности депрессии или тревоги в популяциях СРК и ЯК по сравнению со здоровым контролем.Нашей первичной конечной точкой была объединенная распространенность или средний балл депрессии или тревоги в популяции с СРК или ЯК по сравнению со здоровым контролем.

    Результаты

    Были включены семь исследований типа «случай-контроль» по оценке СРК и три исследования по оценке ЯК. Во всех исследованиях СРК и ЯК сообщалось о избыточной распространенности и тяжести депрессии, а также тревоги по сравнению со здоровым контролем. Распространенность депрессии по сравнению со здоровым контролем составила 39% в исследованиях случай-контроль ЯК и 33% в исследованиях СРК, а также повышенная тревожность присутствовала в исследованиях случай-контроль ЯК (42%) и СРК (19%).Показатели тревоги и депрессии были выше (представляя более тяжелые симптомы) как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.

    Выводы

    Тревожные и депрессивные расстройства связаны как с СРК, так и с ЯК. Неспецифическая связь между этими психологическими и желудочно-кишечными расстройствами может свидетельствовать о том, что хронические желудочно-кишечные заболевания могут влиять на психосоциальное поведение.

    Ключевые слова: Аффективные расстройства, синдром раздраженного кишечника, колит, язвенный

    Введение

    Расстройства неизвестной этиологии исторически были связаны с психосоматическими причинами.В гастроэнтерологии одним из примеров является язвенный колит (ЯК) до появления гибкой эндоскопии. Исторически ЯК был связан с анальной регрессией по Фрейду, вызванной трудной дилеммой, стоящей перед пациентом [1]. Психосоматическая гипотеза ЯК оставалась важной в течение многих десятилетий. Оценки психосоматической теории [2] проводились почти одновременно с классическими оценками иммуномодулирующих средств [3]. Еще двадцать лет назад хорошо проведенный систематический обзор не смог найти связь между психологическими факторами и НЯК [4].По мере того, как НЯК постепенно узаконивался как процесс органического заболевания, роль стресса и психологических воздействий отошла на второй план по сравнению с теориями иммунной дисфункции и потенциальных факторов окружающей среды [5].

    Хорошо известно, что синдром раздраженного кишечника (СРК) и психические заболевания часто являются сопутствующими состояниями [6,7]. Предыдущий систематический обзор также показал, что СРК часто встречается у пациентов с синдромом хронической усталости, тазовой болью, расстройством височно-нижнечелюстного сустава, которые, как предполагается, имеют некоторый психологический компонент в своих проявлениях [8].Несмотря на эти результаты, истинное проспективное исследование еще не доказало, что СРК на самом деле вызывается психологическими стрессорами, а не просто связано с ними. Появляющиеся данные начинают характеризовать потенциальные патофизиологические механизмы СРК, такие как постинфекционный СРК или измененная микробиота кишечника, которые выступают против преимущественно психологической первопричины [9,10]. Более того, становится ясной роль микровоспаления в стенке кишечника при СРК, что может объяснить перекрывающиеся СРК-подобные симптомы у пациентов с ВЗК [11].

    Влияние болезни и инвалидности на психологическое благополучие человека хорошо описано в литературе [12-15]. Психологические заболевания могут ухудшить течение заболевания из-за факторов, не связанных с патофизиологией заболевания, таких как несоблюдение режима терапии и последующее наблюдение [16,17], а также выбор образа жизни, который, как известно, ухудшает основное состояние [18,19]. Независимо от причины результирующая комбинация сопутствующих медицинских и психологических состояний приводит к неблагоприятным исходам [20,21].Сопутствующее психологическое заболевание может потенцировать или предсказывать наличие соматического расстройства, но не обязательно должно вызывать заболевание [22].

    Мы предположили, что связь между СРК и психологическими факторами может быть связана с общим психологическим стрессом, вызванным хроническим и часто изнурительным заболеванием, или нарушением оси кишечник-микробиом-мозг, сопровождающимся дисбактериозом нейрокогнитивной функции. Исходя из этого, было бы разумно рассмотреть подобную связь с психологическими расстройствами и в литературе по другим заболеваниям.Поэтому мы стремились определить тяжесть симптомов депрессии и тревоги, измеренных с помощью оценки симптомов с использованием утвержденных опросников пациентов с СРК по сравнению со здоровым контролем, и сравнить эти данные с аналогичными данными в литературе по ЯК на основе того, что оба заболевания традиционно классифицируются. как заболевания толстой кишки.

    Методы

    Дизайн исследования

    Мы провели поиск литературы в PubMed (7 мая 2013 г.) для выявления соответствующих исследований случай-контроль, оценивающих сопутствующие психологические факторы в двух популяциях пациентов с двумя желудочно-кишечными (ЖКТ) заболеваниями, обычно классифицируемыми как заболевания толстой кишки. : пациенты с СРК или ЯК по сравнению со здоровой популяцией.Условия поиска показаны в приложении . Из-за нашей объединенной конечной точки исследования СРК были ограничены теми, которые оценивали Римские критерии, чтобы повысить однородность популяций пациентов с СРК. Затем были применены критерии включения () для определения соответствующих исследований для этого анализа. Данные были извлечены ES и проверены ES и MP.

    Таблица 1

    Извлеченные данные включали методологию набора и регистрации пациентов, критерии приемлемости для групп случаев или контрольных групп, распределение включенных пациентов по полу и критерии определения наличия или тяжести депрессии и тревоги.

    Конечные точки и статистический анализ

    Нашей первичной конечной точкой был процент пациентов, у которых была выявлена ​​коморбидная депрессия или тревога с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта, по отношению к здоровой контрольной популяции на основе порогового балла с использованием утвержденного опросника пациентов. В качестве вторичной конечной точки мы оценили тяжесть симптомов депрессии и тревоги у пациентов с соответствующим заболеванием желудочно-кишечного тракта по сравнению со здоровым контролем на основе зарегистрированных утвержденных систем оценки.Методы оценки, такие как госпитальный индекс тревоги и депрессии (HADS), сообщают о сумме симптомов, о которых сообщают пациенты, а также о тяжести симптомов с подтвержденным порогом отсечения для представления большого депрессивного расстройства или тревожного расстройства. Результаты исследования суммировались арифметически, если были выявлены совпадающие критерии, которые оценивали наличие или тяжесть депрессии и тревоги.

    Результаты

    Мы определили семь подходящих исследований СРК и три подходящих исследования ЯК ().Тяжесть симптомов тревоги и депрессии измерялась с использованием хорошо описанных дискретных числовых шкал [23-27]. Процент женщин в обоих случаях или в контрольной когорте колебался от 42% до 81%. Полные характеристики подходящих исследований были переменными ().

    Схема поиска литературы

    СРК, синдром раздраженного кишечника

    Таблица 2

    Распространенность тревоги и депрессии при СРК и ЯК Опросники тревоги и депрессии Бека (BAI/BDI)[29].В Hartono

    et al избыточная распространенность депрессии и тревоги составила 38,7% и 6,5%, соответственно, у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми пациентами (из которых 6,5% и 14,5% сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге), на основании диагностических данных. критерии рейтинга HADS выше восьми [28]. В Uz et al избыточная распространенность депрессии или тревоги по сравнению со здоровым контролем составила 34% и 2%, при этом 4% и 8% здоровых людей сообщили о показателях, соответствующих депрессии и тревоге [29].Объединенные данные представлены в и .

    Часть психологического состояния, связанного с желудочно-кишечным заболеванием (больше, чем в контрольной группе). (A) Распространенность сопутствующего психологического заболевания (превышение здорового контроля) для синдрома раздраженного кишечника (СРК) и язвенного колита (ЯК). (B) Показатели депрессии и тревожности сообщаются как для СРК, так и для ЯК (превышают показатели для здорового контроля). Не было исследований, сообщающих средние баллы STAI для СРК, и исследований, сообщающих средние баллы BDI для ЯК

    HADS, госпитальная шкала тревожности и депрессии; STAI — индекс состояния-черты тревожности; BDI, перечень депрессий Бека

    Таблица 3

    Объединенные результаты исследований случай-контроль, оценивающих психологические расстройства при синдроме раздраженного кишечника или язвенном колите

    В одном исследовании ЯК оценивалась распространенность депрессии и тревоги по сравнению со здоровым контролем [30].Избыточная распространенность тревожности у пациентов с ЯК по сравнению со здоровой контрольной группой составила 41,7% (с исходной распространенностью 22,2% у здоровых пациентов) на основании шкалы состояния и тревожности (STAI) выше 40. Избыточная депрессия 38,9%, с исходная распространенность 11,1% среди здорового населения оценивалась по шкале депрессии Цунга (ZDS) более 49 баллов.

    Тяжесть симптомов тревоги и депрессии при СРК и ЯК

    средний рейтинг HADS [31-33].Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, полученный в результате этих исследований, составил 8,1 среди пациентов с СРК и 3,8 среди здоровых людей из контрольной группы. Для сравнения, средний рейтинг HADS, специфичный для тревоги, в одном исследовании ЯК составил 8,5 у пациентов с ЯК и 3,2 у здоровых людей [34]. Кроме того, рейтинги тревожности, основанные на STAI, были выше у пациентов с ЯК (51,9), чем у здоровых людей (41,8) [35].

    Средние оценки депрессивных симптомов были представлены в трех исследованиях СРК [31-33]. Совокупный средний рейтинг HADS, специфичный для депрессии, составил 5.4 среди пациентов с СРК и 2,4 среди здоровых людей в двух исследованиях [31,32]. В другом исследовании сообщается, что средний рейтинг короткой формы BDI составляет 5,9 у пациентов с СРК и 1,7 у здоровых людей [33]. В двух дополнительных исследованиях сообщалось о значительно более высоких показателях тревоги и депрессии у пациентов с СРК, чем в контрольной группе, хотя средние баллы не сообщались [36,37]. В одном исследовании с ЯК сообщалось о среднем рейтинге HADS 4,1 среди пациентов с ЯК и 1,7 среди здоровых людей [34].

    Для всех используемых шкал оценки депрессии и тревоги более высокие оценки отражали более выраженные и распространенные симптомы, указывающие на депрессию или тревогу.Данные представлены в и .

    Обсуждение

    В этой статье опубликованные исследования показывают, что распространенность тревоги и депрессии выше как у пациентов с ЯК, так и у пациентов с СРК по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы. Кроме того, у пациентов с ЯК и СРК наблюдается увеличение тяжести симптомов, связанных с тревогой и депрессией, по сравнению со здоровыми людьми.

    Традиционная гипотеза оси мозг-кишка предполагает, что нарушение вегетативной и нервной регуляции кишечника, а также нарушение регуляции висцеральной обратной связи приводят к СРК [38,39].Висцеральная гипералгезия является распространенным явлением у пациентов с СРК [40], а визуализация головного мозга [41] позволяет предположить измененные реакции у пациентов с СРК по сравнению с контрольной группой. Однако эти исследования не объясняют точную причину висцеральной гиперчувствительности и не показывают причинно-следственную связь СРК со стрессом, тревогой или психологической травмой. Поэтому до сих пор неясно, нарушена ли функция центральной обработки или периферической передачи сигналов в мозг. В качестве альтернативы, обусловленность (или повышенная бдительность) симптомами, связанными с болезнью, может изменить пути прохождения боли как средство преодоления [42].

    Самая большая ловушка в изучении взаимосвязи между СРК и психологическими расстройствами связана с выбором контрольных субъектов. Здоровые элементы управления «здоровы». По определению, у них должен быть почти нулевой показатель соматического или психологического заболевания. При таком сравнении любое заболевание (от застойной сердечной недостаточности до экземы) будет иметь некоторую степень личного беспокойства из-за физических ограничений или внешнего вида. Таким образом, по замыслу СРК ассоциируется с тревогой и депрессией.Одним из аргументов может быть то, что психологические расстройства связаны со всеми болезнями и поэтому всегда важны. Однако следует задаться вопросом, направлено ли внимание на лечение основного заболевания, которое, таким образом, облегчает тревогу и депрессию, или на лечение депрессии и тревоги, пока сохраняется соматическое заболевание [14]. Другим аргументом является то, что наличие психологического расстройства может неблагоприятно повлиять на субъективные исходы, о которых сообщают пациенты, о чем противоречиво сообщается в другой литературе по заболеваниям [43].На основе этой гипотезы был разработан ряд успешных методов лечения. Предыдущие метаанализы поддерживают антидепрессанты и когнитивно-поведенческую терапию при лечении СРК на основе субъективных конечных точек [44]. Когнитивно-поведенческая терапия основана на изучении эффективных стратегий преодоления дисфункциональных мыслей, возникающих из-за физических симптомов [45]. Результатом является улучшение тех же исходов, о которых сообщают пациенты, измеренные в фармакологических исследованиях, без необходимости физического улучшения объективного заболевания.Точно так же при ЯК недавнее исследование INSPIRE показало, что управление стрессом может улучшить качество жизни, хотя и не изменяет объективно определяемое течение болезни [46].

    В этом исследовании мы обнаружили ассоциации с психологическими расстройствами как в литературе по СРК, так и в литературе по случаям контроля ЯК. Поскольку это открытие не ограничивалось только литературой по СРК, было бы разумно рассмотреть наши результаты в контексте тяжелой инвалидности и ухудшения качества жизни, связанных с обоими заболеваниями [47,48], как это наблюдается при других хронических заболеваниях, таких как как ВИЧ, рак и ишемическая болезнь сердца [49].Это противоречит предыдущим выводам о том, что эти ассоциативные данные могут поддерживать психологический механизм развития СРК [8], поскольку ясно, что исследования случай-контроль не могут доказать причинно-следственную связь сами по себе. Несмотря на это, роль психологического здоровья при заболеваниях ЖКТ не совсем ясна. В одном проспективном исследовании 17 пациентов с активным ЯК гипнотическая терапия ассоциировалась со снижением системной воспалительной реакции и воспалительной реакции слизистых оболочек через два часа после окончания терапевтического сеанса [50].

    Помимо ассоциативных исследований, психосоматическая теория СРК подтверждается ретроспективными когортными исследованиями, которые выявили предшествовавшее психологическое заболевание в ходе клинических интервью с пациентами с СРК [51].Тем не менее, сопоставленное исследование случай-контроль не выявило последовательной связи между стрессом, связанным с войной (например, стрельбой из оружия или убийством человека), и развитием функциональных желудочно-кишечных расстройств у солдат, находящихся на действительной военной службе, за исключением связи между «любой войной». стрессор» и СРК [52]. В этом исследовании только диарея и рвота в период развертывания были в значительной степени связаны с развитием функциональных расстройств ЖКТ, что может свидетельствовать о значительной роли постинфекционного СРК.

    Несмотря на отсутствие проспективных исследований для оценки прямой причинно-следственной связи между жизненной травмой или психологическим заболеванием и последующим СРК, появляются новые данные, подтверждающие взаимодействие между СРК и измененной микробиотой, а также между поведением и микробиомом.Таким образом, изменения в микробиоте кишечника могут быть искажающим фактором при прямой оценке психологических сопутствующих заболеваний и функциональных заболеваний ЖКТ, что подтверждается исследованием, в котором были обнаружены различия в частоте психических заболеваний среди постинфекционных СРК по сравнению с не постинфекционными. Пациенты с СРК [53]. Взаимосвязь между психологическими расстройствами (особенно через гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось) и измененной микробиотой кишечника оценивалась в исследованиях на животных, в которых хирургически индуцированное состояние, имитирующее депрессию, было связано с повышением уровня кортикотропин-рилизинг-гормона, что впоследствии приводило к повышению уровня серотонина. уровней и гиперактивной моторики толстой кишки [54].Кроме того, стресс (и последующее повышение уровня гормональных медиаторов) может опосредовать негерметичность кишечного эпителия и снижение защиты слизистой оболочки, что может быть механизмом, с помощью которого у пациентов с острым гастроэнтеритом развивается последующий постинфекционный СРК [55].

    Также было описано противоположное влияние измененного микробиома на поведение, у стерильных мышей были более высокие уровни кортикостерона и более высокая реакция на стресс, которая улучшилась при колонизации Bifidobacterium infantis [56].В более недавнем исследовании мышей, свободных от конкретных патогенов, колонизировали микробиотой, и было обнаружено, что после введения пероральных антибиотиков у них увеличилось исследовательское поведение [57]. Хотя наше понимание этой сети факторов только зарождается, сложность взаимосвязи между СРК и психическим заболеванием, безусловно, очевидна.

    Ограничения этого исследования включают небольшое количество подходящих исследований, а также разнообразие методов оценки распространенности и тяжести тревоги и депрессии, которые в совокупности исключают возможность значимого статистического анализа.Таким образом, это исследование предназначено просто для того, чтобы предположить связь между этими желудочно-кишечными заболеваниями и депрессией и тревогой. Более контролируемые исследования кажутся оправданными. Хотя включенные психологические показатели были проверены при оценке симптомов, связанных с тревогой и депрессией, они могут не играть первостепенной роли в диагностике расстройств настроения [58]. Подобно продолжающимся расхождениям в диагностике СРК по различным клиническим критериям [59, 60], также остается неясным, сопоставимы ли результаты нескольких шкал психологической оценки.

    Независимо от причины этих состояний, влияние этих заболеваний на качество жизни следует рассматривать в междисциплинарном подходе к терапии. В одной проспективной когорте ВЗК было обнаружено, что психологическое здоровье значительно влияет на качество жизни, связанное со здоровьем, и независимо от тяжести заболевания [61]. Использование существующих инструментов, таких как опросник IBD [46] и шкала качества жизни IBS [62], следует изучить при выявлении пациентов, которым могут быть полезны механизмы поддержки для улучшения психического здоровья и качества жизни пациентов, страдающих этими хроническими заболеваниями. .

    В этом исследовании мы обнаружили, что как СРК, так и ЯК связаны с повышенной распространенностью и серьезностью психологических расстройств. Патофизиология ЯК, по-видимому, связана с иммунной дисфункцией, в то время как этиология СРК остается неизвестной. Следовательно, было бы разумно продолжить изучение существующих органо-механистических теорий болезней, применяя междисциплинарный подход к терапии обоих состояний.

    Резюме Box

    Что уже известно:

    • Психосоматическая теория была постулирована в отношении синдрома раздраженного кишечника в отсутствие другой объективной этиологии и биомаркеров Многие психологические расстройства связаны с хроническими расстройствами

    • 3

    • Язвенный колит был связан с психосоматическими теориями до открытия иммунной дисрегуляции

    Новые данные:

  • Связь между синдромом раздраженного кишечника и психологическими факторами может быть связана с психологическим страданием от хронического и изнурительного заболеванияИзучить распространенность тревоги и депрессии у госпитализированных больных в отделение гастроэнтерологии и изучить факторы риска, влияющие на психосоматические состояния у больных с расстройствами пищеварения. Методы . Пациенты, госпитализированные с желудочно-кишечными заболеваниями, были зачислены в отделение гастроэнтерологии больницы Сянъя Центрального Южного университета с ноября 2017 г. по июнь 2018 г. и заполнили перекрестный анкетный опрос. По показателям тревожность/нетревожность, депрессия/недепрессия испытуемые были разделены на две группы соответственно и проанализированы факторы риска тревожности/депрессии. Результаты . Всего в исследование было включено 1186 пациентов. Общий уровень обнаружения составил 20,74% только симптомов тревоги, 31,78% только депрессивных симптомов, 13,99% как тревоги, так и депрессивных симптомов и 38,53% депрессии или симптомов тревоги. Распространенность тревожных симптомов была выше у женщин, чем у мужчин, и обратно коррелировала с уровнем образования. Достоверной разницы в частоте выявления тревоги и депрессии между пациентами с функциональными и органическими заболеваниями органов пищеварения не выявлено.Качество сна и качество жизни обратно коррелировали с выраженностью тревоги и депрессии. Примечательно, что среди пациентов с аномальными психологическими состояниями только 7,6% были готовы к психологическому лечению. Пол, качество сна и качество жизни являются независимыми факторами риска развития симптомов тревоги и депрессии у стационарных больных с заболеваниями желудочно-кишечного тракта. Заключение . Уделение большего внимания уровню образования, качеству сна и качеству жизни у пациентов с заболеваниями желудочно-кишечного тракта поможет врачам выявить риск развития психологических отклонений и улучшить медицинскую помощь.

    1. Введение

    Поскольку понимание болезни людьми эволюционирует от модели бинарной регрессии к биопсихосоциальной медицинской модели [1, 2], болезнь считается многофакторным результатом взаимодействия между психосоциальными и биологическими факторами [3]. По данным Всемирной организации здравоохранения, симптомы тревоги и депрессии являются наиболее распространенными нарушениями психического здоровья и стали важным источником глобального бремени болезней [4]. В последние годы все большее внимание уделяется тревожно-депрессивным расстройствам у больных с заболеваниями органов пищеварения.Пациенты с расстройствами пищеварения обычно имеют длительное течение болезни с многочисленными рецидивами и медицинским опытом. В крупных больницах общего профиля ежегодное количество консультаций в отделениях гастроэнтерологии чрезвычайно велико, а их количество, как стационарных, так и амбулаторных, является одним из самых высоких среди больниц. Предыдущие исследования уже подтвердили, что коморбидность симптомов депрессии и тревоги у пациентов с заболеваниями органов пищеварения встречается относительно часто [5]. Но, к сожалению, тревожность и депрессия обычно воспринимаются как факторы риска развития и прогрессирования заболеваний органов пищеварения [6].При сопутствующей депрессии или тревоге физические симптомы часто усугубляются, что приводит к длительному времени восстановления и плохим прогнозам, что требует больших медицинских ресурсов [7, 8]. Хотя заболевания органов пищеварения тесно связаны с расстройствами настроения, такими как тревога и депрессия, исследования показали, что симптомы расстройств настроения у большинства пациентов с заболеваниями органов пищеварения не могут быть распознаны врачами желудочно-кишечного тракта [9]. В результате 40-90% пациентов с психологическими проблемами не получают надлежащих медицинских услуг и лечения [10, 11].Поэтому становится критически важным исследовать и оценить текущее состояние ведения пациентов с заболеваниями органов пищеварения с тревогой и депрессией. Хотя такие исследования ранее проводились в Китае, больше внимания уделялось некоторым заболеваниям, таким как синдром раздраженного кишечника (СРК) и функциональная диспепсия (ФД), либо размер выборки был недостаточно велик [12, 13]. Полученные результаты не могут отражать общую распространенность тревожных и депрессивных расстройств и не позволяют всесторонне проанализировать факторы риска этих состояний.В нашем исследовании был проведен перекрестный опрос госпитализированных пациентов, чтобы понять общий уровень заболеваемости симптомами тревоги и депрессии, а также изучить факторы риска. Это может обеспечить теоретическую основу для скрининга и вмешательства пациентов с гастроэнтерологическими заболеваниями, сопутствующими тревоге и депрессии.

    2. Материалы и методы
    2.1. Участники

    В это исследование были включены стационарные пациенты с заболеваниями органов пищеварения, лечившиеся в отделении гастроэнтерологии больницы Сянъя Центрального Южного Университета.Критерии включения были следующими: (a) Госпитализированы в отделение гастроэнтерологии больницы Сянъя и выписаны с первым диагнозом заболеваний органов пищеварения с ноября 2017 г. по июнь 2018 г. (b) Согласны принять участие в обследовании (c) Имеют чувство автономии, не имеют умственной отсталости, и в состоянии заполнить анкету

    Критерии исключения были следующими: (a) Неспособность завершить исследование из-за тяжелого физического или психического заболевания (b) Невозможность заполнить анкету

    На основании этих критериев в исследование было включено в общей сложности 1186 пациентов.Информированное согласие было получено от тех, кто соответствовал критериям включения, а дизайн исследования был одобрен Комитетом по этике больницы Сянъя Центрального Южного Университета.

    2.2. План исследования и сбор данных

    Это перекрестное исследование, проведенное на базе отделения гастроэнтерологии больницы Сянъя Центрального Южного университета. В период с ноября 2017 г. по июнь 2018 г. все участники были проинформированы соответствующим медицинским персоналом (через единое обучение) в отделении и дали личное интервью для заполнения анкет.Все вопросы в основном заполняются самостоятельно, а тем испытуемым, которые не смогли заполнить самостоятельно, помогали следователи. Качество обследований гарантировалось методом выездного контроля качества.

    Информация анкеты в основном включает следующее: (a) Общая информация: самостоятельный общий опрос для изучения общих данных пациента, включая возраст, пол, семейное положение, профессию, образование, историю курения и употребления алкоголя (b) Шкала самооценки тревожности (SAS) [14]: используется для определения частоты симптомов тревоги в течение последнего месяца.Определение стандарта SAS делится на наличие симптомов тревоги. Чем выше балл, тем тяжелее тревожность: для легкой тревожности, для умеренной тревожности и для тяжелой тревожности (c) Шкала самооценки депрессии (SDS) [15]: используется для оценки частоты появления депрессивных симптомов в последнее время. в месяц, а субъекты с СШД были отнесены к группе депрессии. Чем выше балл, тем тяжелее депрессия: для легкой, умеренной и тяжелой депрессии (d) Опросник Питтсбургского индекса качества сна (PSQI) [9]: используется для оценки качества сна пациентов за последний месяц.PSQI классифицируется как хороший сон, 5-7 — как сон и как плохой сон, и будет диагностироваться как расстройство сна (e) Краткий обзор состояния здоровья из 36 пунктов MOS (SF-36): оценивает качество жизни, связанное со здоровьем ( HRQOL), который содержит восемь измерений, в общей сложности 36 пунктов [16]. Чем выше балл, тем лучше качество жизни

    Диагноз и результаты лабораторных исследований зарегистрированных пациентов были собраны в системе медицинской документации больницы, включая общий анализ крови (CBC), тест функции печени, тест функции почек, глюкозу крови и липиды, скорость оседания эритроцитов (СОЭ), С-реактивный белок (СРБ), гомоцистеин (ГЦУ), витамины и иммунный тест.

    2.3. Статистический анализ

    Статистический анализ был выполнен с использованием программного обеспечения SPSS 19.0. Для численного сравнения двух групп использовался -тест; односторонний тест ANOVA использовался для численного сравнения между несколькими группами; критерий хи-квадрат использовался для сравнения частот, а многомерный логистический регрессионный анализ использовался для многомерного анализа.

    3. Результаты
    3.1. Общие показатели выявления симптомов тревоги и депрессии

    Анкеты были собраны у 1315 пациентов, и было восстановлено 1186 копий общих демографических данных (коэффициент обнаружения: 90.19%). Общая частота обнаружения составила 20,74% (246/1186) только симптомов тревоги, 31,78% (377/1186) только депрессивных симптомов, 13,99% (166/1186) как симптомов тревоги, так и депрессивных симптомов и 38,53% (457/1186). ) для симптомов депрессии или тревоги (таблица 1).


    1186

    Пациенты () Симптомы тревоги Симптомы депрессии Симптомы депрессии и тревоги Симптомы депрессии или тревоги

    246 (20 .74%) 377 (31,78%) 166 (13,99%) 457 (38,53%)


    3.2. Частота выявления симптомов тревоги и депрессии у участников с различными демографическими характеристиками

    Среди 246 участников с симптомами тревоги было 133 мужчины и 113 женщин (таблица 2). У женщин уровень тревожности был значительно выше, чем у мужчин (25,45% против 17,92%, 20%). Из этих пациентов с симптомом тревоги 71 человек имел начальное образование или ниже (25.72% с той же академической квалификацией, то же самое ниже), 91 человек имел неполное среднее образование (23,33%), 50 имели среднее образование (16,78%) и 34 (15,38%) учились в университете. Выявлена ​​более высокая частота симптомов тревожности у лиц с более низким уровнем образования. Достоверных различий в показателях симптомов тревоги и депрессии среди других демографических характеристик групп выявлено не было.

    942 (62.56) 148 (33.33)
    70 (34.65) 9079 98 (35.51) 131 (33.59) 131 (33.59) 78 (31.84) 78 (31.84) 46 (29.49) 94 (27.72) 116 (32.04) 824 (69.48) 78 (28.57) 299 (32.75)



    (%) (%) Симптомы тревоги Симптомы депрессии
    (%) Значение (%) Значение

    Пол 9.570 0.002 0.002 0.930 0.335
    942 (62.56) 133 (17.92) 229 (30.86)
    Женский 444 (37.44) 113 (25.45) 148 (33.33)
    Возраст (лет) 5.665 0.129 1.6996 0.6376
    0-17 27 (2.28) 7 (25.93) 10 (37.04)
    9-65 936 (78.92) 185 (19.76) 291 (31.09)
    66-79 202 (17.03) 52 (25.74)
    > 79 99 21 (1.77) 2 (9.52) 6 28.57)
    Семейное положение 3.801 0,283 0,586 0,899
    замужем 1067 (89.97) 220 (20,62) 340 (31,87)
    Незамужняя 101 (8,52) 21 (20.79) 31 (30.69)
    (1.51) (1.51) 4 (22.22) 4 (22.22) 6 (33,33)
    Образование 13.174 0.019 50888 5.052 0.168 0.168
    Первичный / ниже 276 (23.27) 71 (25.72)
    Munior High 391 32.88) 91 (23.33) 131 (33.59)
    298 (25.12) (25.12) 50 (16.78) 87 (29.19)
    /выше 221 (18.63) 33 (14,93) 61 (27.60)
    Профессия 7,571 0,476 10,541 0,229
    Государственный служащий / персонал 245 (20.66) 42 (17.14)
    98 (8.26) 22 (22.45) 34 (34.69)
    Фермер 305 (25.72) 67 (21.97) 112 (36.72)
    43 (3.63) 8 (18.60) 13 (30.23)
    Выход на пенсию 156 (13.15) 156 (13.15) 32 (20.51)
    Фрилансер / безработный 339 (28.58) 75 (22.12)
    Курение 1.214 0.270 0.270 0.048 0.826
    362 (30.52) (30.52) 68 (18.78)
    824 (69.48) 178 (21.60) 261 (31.67)
    9 9078 9 3.267 0.070 1.406 1.406 0.235
    Да 273 (23.02) 46 (16.85) 98 (28.57)
    913 (76.98) 200 (21.91)

    3.3. Частота выявления симптомов тревоги и депрессии у пациентов с различными типами заболеваний

    Пациенты, заполнившие опросник SAS и SDS, были разделены на группу функционального заболевания (212 случаев) и группу органического заболевания (974 случая) в соответствии с первым диагнозом.Мы определили синдром раздраженного кишечника (СРК), функциональную диспепсию, боль в животе и вздутие живота без тяжелого воспаления желудочно-кишечного тракта как функциональное заболевание. Органические заболевания включали язвенную болезнь, воспалительное заболевание кишечника (ВЗК), туберкулез кишечника, полипы толстой или прямой кишки, карциному желудочно-кишечного тракта, аутоиммунное заболевание печени (АИЗП), цирроз печени, туберкулезный перитонит и другие более 20 заболеваний.

    Частота выявления симптомов тревоги в группе функционального заболевания и группе органического заболевания составила соответственно 20.28%/21,04%, а частота симптомов депрессии составила 29,25%/32,64% (табл. 3). Между этими двумя группами не было существенной разницы.



    (%) (%) Симптомы тревоги Депрессия симптомы
    (%) Значение (%) Значение

    Функциональное заболевание 212 (26.31) 43 (20,28) 0,014 0,907 62 (29,25) 1,109 0,292
    органического заболевания 974 (73,69) 205 ( 21.04) 318 (32.64)

    пациенты с ВЗК легкой и осложненной формы. Частота выявления тревоги или депрессии у пациентов с ВЗК составила 40.7% (Таблица 4), что немного выше, чем общий уровень обнаружения 38,53%.

    9079 9
    995
    9079

    Беспокойство
    (%)
    Депрессия
    (%)
    Беспокойство или депрессия
    (%)

    IBD 108 29 (26,9) 37 (34,3) 44 (40,7)
    CD 77 23 (29.9) 26 (33.8) 32 (41.6)
    UC 31 6 (19.4) 11 (35.5) 12 (38.7)

    3.4. Сравнение качества сна и жизни у пациентов с разной степенью тревожности и депрессии

    Из 1315 включенных в исследование субъектов 1143 заполнили шкалы сна PSQI (показатель выздоровления составил 86,92%) и 1124 заполнили анкеты SF-36, связанные со здоровьем, по качеству жизни. (показатель восстановления составил 85.48%). Тревога и депрессия оценивались от легкой до умеренной: легкая тревога, умеренная тревога и тяжелая тревога; для легкой депрессии, для умеренной депрессии и для тяжелой депрессии. Оценки шкалы сна PSQI и оценки качества жизни SF-36 были проанализированы и сопоставлены у пациентов с каждой степенью тревоги или депрессии. Результаты показали, что степень тревоги и депрессии положительно коррелировала с увеличением баллов по шкале PSQI (1) и отрицательно коррелировала с увеличением баллов по шкале SF-36 (1).Результаты представлены в таблицах 5 и 6. Можно сделать вывод, что снижение качества сна и снижение качества жизни положительно коррелировали с выраженностью тревоги и депрессии.

    5

    PSQI Нормальные Тревога значение Нормальных Депрессии значение
    Mild Умеренных Тяжелых Mild Умеренный SEVERE
    906 172 45 20 784 784 223 115 23


    Качество сна 1.30 1,82 1,97 2,40 1,28 1,71 1,73 2,21
    Сон латентности 1,27 1,93 1,90 2,17 1,23 1,82 1.72 2.02
    Время сна 1.75 2.23 2.28 2.80 1.75 2.04 2.20 2,26
    эффективность сна 1,98 2,43 2,75 2,95 1,98 2,25 2,50 2,60
    расстройство сна 2,27 2,68 2.84 3.45 2.26 2.58 2.61 2.61 3.13
    6 0.08 0.25 0.17 0,25 0,10 0,12 0,18 Функция 0,39
    Дневной 1,34 1,98 2,38 2,80 1,28 1,91 2,03 2,43
    Общий балл 7.03 10.36 10.36 11.33 11.33 13.82 <0.001 6,91 9,46 9,98 12,06 <0,001

    Mild6 54.36

    SF-36 Нормальный Тревога Value Normal Depress
    Syreare MILDE MILD Умеренный Severe
    894 894 894 894 894 167 44 44 19 776 776 213 111 24
    2


    Функция 78.23 66,23 62,95 45,26 79,59 68,33 65.00 45,21
    Функция Роль Тело 12,33 6,70 7,57 1,32 12,80 7,75 70801 7.68 2.63 9
    физическая боль 62.94 49.93 49.93 43.43 23.26 64.07 51.29 50,19 30,92
    Общее состояние здоровья 56,67 48,65 47,95 38,68 57,83 49,60 46,94 40,83
    Энергия 83,14 63.78 54.36
    37.32 85.78 678 67.22 56.88 37.08
    Социальная функция 81.87 64,51 59,93 36,42 84,12 66,22 62,52 40,33
    Социальная аффективное роль 15,63 8,56 9,84 3,89 16,30 10,34 80801 8.68 4.13 4.13
    83.80 65.80 65.75 57.39 47.63 85.39 71.95 5959 46,88
    Общая оценка 474,59 374,11 343,43 233,79 <0,001 458,88 392.69 392.69 35799 248.02 <0,001


    35. Сравнение результатов лабораторных тестов у пациентов с тревогой/отсутствием беспокойства и депрессией/отсутствием депрессии

    По сравнению с пациентами без психических расстройств у пациентов с симптомами тревоги было повышено содержание витамина А в сыворотке, снижено содержание общего белка и альбумина (), повышено содержание гликированного белка в сыворотке, повышен СРБ () и повышенная аспартатаминотрансфераза (). У участников с симптомами депрессии были значительно ниже гемоглобин, альбумин и общий белок (), а также выше прямой билирубин (), липопротеин высокой плотности () и аспартатаминотрансфераза ().

    3.6. Анализ факторов риска тревоги и депрессии

    Выявление тревоги или депрессии было установлено как зависимые переменные. Независимыми переменными были пол, уровень образования, общий балл PSQI, общий балл SF-36, гемоглобин, сывороточный альбумин, сывороточный общий белок, липопротеин высокой плотности, аспартатаминотрансфераза и прямой билирубин. Для анализа факторов риска использовалась модель многомерной логистической регрессии (таблицы 7 и 8). Результаты показаны ниже: пол (), качество сна и качество жизни () были независимыми факторами риска симптомов тревоги.Качество сна и качество жизни (20) были независимыми факторами риска депрессивных симптомов.

    0.730-1.092 Общий белок96 0.017 1.070-1.170 0.992-0.996

    ЮВ Валс ИЛИ 95% ДИ

    Пол 0,373 0,189 3,876 0,049 1,452 1.002-2.104
    Образование -0.113 0,103 1,212 0,271 0,893
    Гемоглобин 0,006 0,003 2,764 0,096 1,006 0.999-1.013
    -0.010 0.017 0.362 0.548 0.958 0.958-1.023 0.958-1.023 0.958-1.023
    60801 0.019 0.019 0.004 0,947 1.001 0.964-1.040
    ЛНП 0,552 0,286 3,726 0,054 1.736 0.992-3.040
    АСТ 0,002 0,001 2.534 0.111 0.111 1.002 1.002 1.000-1.004
    PSQI SCRACE 0.112 0.023 24.256 24 <0,001 1.119
    SF-36 оценка -0,006 0,001 47,118 < 0,001 0,994
    Константа -0,582 1,023 0.323 0.570 0.559


    0.994-1.006 0.689-1.873 0.998-1.003 PSQI оценка 0,0076 -0.071


    S.Е. Валс ИЛИ 95% ДИ

    Пол -0,057 0,170 0,112 0,726 0,942 0.676-1.314
    Образование 0.014 0.090 0.024 0.024 0.024 1.013 0.013 0.013 0.850-1.2077
    200802
    0.000 0.003 0.011 0,924 1000
    Общий белок -0,004 0,014 0,071 0,777 0,996 0.968-1.025
    Альбумин -0,005 0.017 0.072 0.072 0.778 0.975 0.963 0,963-1.029
    LDL 0.147 0.258 0,258 0.616 1.136
    АСТ 0,000 0,001 0,027 0,954 1000
    0,001 12,452 <0,001 1.0746 1.074 1.032-1.118
    SF-36 Оценка -0.071
    0.020 77.224 <0.001 0.993 0.991-0.994
    Constance 2.020 0.893 0.893 5.121 0,024 1.002 9082

    3.7. Уровень распознавания врачами желудочно-кишечного тракта депрессивных и тревожных расстройств у пациентов

    245 пациентов из 1186 участников были выбраны случайным образом, и их соответствующие врачи были опрошены, чтобы определить, страдали ли они психосоматическими расстройствами до того, как они заполнили анкету.у 79 больных выявлены тревожно-депрессивные расстройства по шкале SAS/SDS; однако специалист по желудочно-кишечному тракту выявил только 12 случаев. Частота пропуска диагностики составила 84,8% (67/79), а частота правильного распознавания — всего 15,2%. Кроме того, 92,4% (73/79) этих пациентов не были согласны с тем, что у них тревожное или депрессивное расстройство, и не хотели получать соответствующее психиатрическое лечение.

    4. Обсуждение

    Больные с заболеваниями органов пищеварения более подвержены симптомам тревоги, депрессии и других психосоматических расстройств.Это явление имеет соответствующую анатомическую основу, то есть система регуляции пищеварительной функции занимает такое же анатомическое положение, как и подкорковый интеграционный центр эмоций [17]. Необходимо исследовать психосоматический статус больных с заболеваниями органов пищеварения и анализировать факторы риска, влияющие на их психическое здоровье. В этом перекрестном исследовании с большим размером выборки (1186 случаев) изучалась распространенность тревожных и депрессивных симптомов у пациентов с заболеваниями органов пищеварения.Наше исследование показало, что 20,74% (246/1186) пациентов с заболеваниями органов пищеварения имели симптомы тревоги, что было близко к распространенности, наблюдаемой в Европе [18] и США [19]. Симптомы депрессии проявлялись у 31,78% (377/1186) пациентов с заболеваниями органов пищеварения, что превышало распространенность (19,5%), полученную в результате метаанализа пациентов первичного звена в 10 странах [20]. Это различие предполагает, что частота тревожных и депрессивных симптомов может быть выше у госпитализированных пациентов с желудочно-кишечным трактом, чем у пациентов первичной медико-санитарной помощи.В этом исследовании частота выявления тревоги/депрессии была ниже, чем сообщалось Zhang et al. [21] и Ли и соавт. [22]. Эти расхождения могут быть связаны с различиями критериев скрининга, инструментов оценки и первичной конечной точки.

    Между двумя полами пациенты женского пола чаще имели симптомы тревоги (25,45% против 17,92, ). Многофакторный анализ также подтвердил, что пол является независимым фактором риска для пациентов с симптомами тревоги, что согласуется с некоторыми предыдущими исследованиями [23–26].Женщины менее способны регулировать свои эмоции; одной из важных причин является их особая социальная и функциональная роль [27]. Кроме того, уровни секреции таких гормонов, как половые гормоны, вазопрессин и окситоцин, у мужчин и женщин различаются, что может регулировать работу ЦНС [28, 29]. Пациенты с низкой академической квалификацией более склонны к симптомам тревоги, и исследования Mei et al. [30] когда-либо приходили к такому же заключению. Это может быть связано с тем, что высокообразованные пациенты имеют более высокий уровень осведомленности о болезненном состоянии, в то время как пациенты с более низким уровнем образования часто испытывают большее экономическое давление.

    Между мозгом и кишечником существует двусторонняя связь с участием нервов, гормонов и иммунных путей. Данные исследований в области неврологии за последние несколько лет показали, что микробиота кишечника играет решающую роль в развитии и созревании системы мозга [31, 32]. Мы проанализировали некоторые события раннего периода жизни, которые могут изменить микробиоту кишечника пациента, такие как характер родов (производство/кесарево сечение), способ грудного вскармливания (грудное вскармливание/не грудное вскармливание), доношенность при рождении и первенец.Мы настроили в анкете исследование, но статистических различий не обнаружили. Учитывая возможную предвзятость припоминания и предвзятость отбора, мы не можем полностью исключить влияние этих ранних событий жизни на психическое здоровье, и дальнейшие перспективные исследования могут привести к более надежным выводам.

    Не получено различий в частоте тревоги и депрессии между больными с органическими и функциональными заболеваниями органов пищеварения. Многие предыдущие исследования были сосредоточены на психосоматическом статусе пациентов с функциональными желудочно-кишечными расстройствами (ФРЖК), такими как синдром раздраженного кишечника (СРК) и функциональная диспепсия (ФД) [33–36].Сообщалось, что в больницах общего профиля более половины пациентов с депрессией или тревогой впервые посещали непсихиатрическое отделение. Большинство из них были желудочно-кишечными клиниками с желудочно-кишечными симптомами в качестве первых симптомов. Поэтому некоторые специалисты-гастроэнтерологи пришли к определенному консенсусу, когда хронические больные без органических поражений возвращаются снова и снова, просто начинают учитывать их психологические факторы и принимать соответствующие меры вмешательства и лечения [34, 37].Наши данные подтверждают, что пациенты с органическими заболеваниями в равной степени имеют серьезные проблемы с психическим здоровьем, чем пациенты с функциональными заболеваниями. Недавние исследования показали, что существует двунаправленная связь между ВЗК и психологическими симптомами. В исследовании, проведенном в Корее, было зарегистрировано 15 569 случаев ВЗК и 46 707 случаев без ВЗК, которые наблюдались в течение шести лет и показали, что риск тревоги (12,2% против 8,7%) и депрессии (8,0% против 4,7%) был значительно выше. увеличивается у пациентов с ВЗК [38]. Наши данные показали, что частота выявления тревоги или депрессии у пациентов с ВЗК составила 40.7%, что выше, чем в приведенном выше отчете, вероятно, потому, что испытуемые в нашем исследовании были госпитализированными пациентами. Тревога или депрессия могут привести к негативному самоконтролю пациентов с ВЗК [39], включая увеличение риска 90-дневной повторной госпитализации, хирургического вмешательства, ненужной компьютерной томографии и колоноскопии. Поэтому при лечении больных с органическими заболеваниями специалисты должны не только проводить этиологическое лечение, но и оценивать их психическое здоровье. Своевременное обнаружение и своевременное лечение могут предотвратить психологические барьеры пациентов от серьезных неблагоприятных последствий для развития и прогноза заболевания.

    В нашем исследовании у пациентов с плохим качеством сна чаще наблюдались симптомы тревоги и депрессии. Степень нарушений сна положительно коррелирует со степенью тревоги и депрессии, а нарушения сна являются независимыми факторами риска для обоих. Это наблюдение согласуется с выводами Hertenstein et al. [2]. Установлено, что нарушения сна играют важную роль в возникновении и прогрессировании тревоги [2, 40]. Сон может регулировать эмоциональную функцию мозга путем калибровки связанных с границами областей коры эмоций, и было показано, что лишение сна значительно изменяет активность в этих конкретных областях [41].Ряд исследований также подтвердил, что потеря сна в значительной степени связана с депрессивным статусом [42–46]. В целом, врачам иногда бывает трудно обнаружить нарушения психического здоровья, и пациентам с психическими заболеваниями также трудно отличить себя. Однако и врачи, и пациенты могут легко исследовать состояние сна. Таким образом, специалисты по пищеварению должны активно обращать внимание на качество сна пациентов и осознавать, что нарушения сна часто вызываются психическими заболеваниями.

    Наше исследование показало, что степень связанного со здоровьем качества жизни положительно коррелировала с нарастанием выраженности тревожно-депрессивных симптомов. Это согласуется с выводами Gracie et al. [47, 48]. Мы также обнаружили, что ухудшение качества жизни является независимым фактором риска тревоги и депрессии. Пациенты с нарушением функции тела, социальной функции и физической функции часто менее независимы. Они в основном полагаются на свои семьи и легко испытывают тревогу, раздражительность, вину, неполноценность и депрессию [49].Такому типу пациентов необходимо правильно понимать себя и активно улучшать собственное качество жизни. Общение между врачом и пациентом и поддержка семьи являются важными способами решения этой проблемы.

    Мы также отдельно сравнили результаты лабораторных тестов у пациентов с тревогой/не тревогой и депрессией/не депрессией, чтобы найти лабораторные показатели, связанные с психологическими отклонениями, и помочь специалистам по пищеварению получить теоретическую основу для выявления пациентов с психологическими отклонениями с помощью лабораторных показателей. .Для сравнения, мы обнаружили, что у пациентов с симптомами тревоги были повышены уровни витамина А в сыворотке, гликированного белка сыворотки, СРБ и аспартатаминотрансферазы, а также снижены уровни общего белка и альбумина в сыворотке. У больных с депрессивной симптоматикой повышены прямые желчные кислоты и аспартатаминотрансфераза; в то же время общий белок сыворотки, гемоглобин, альбумин и липопротеин высокой плотности снизились. Перекрытие между двумя группами заключалось в снижении общего белка и альбумина в сыворотке у пациентов с тревогой и депрессией, и эта разница была более выраженной среди пациентов с депрессией/не депрессией.Общий белок и альбумин синтезировались в печени, а повышенный уровень трансаминаз также свидетельствовал о возможном нарушении функции печени. Наши результаты показывают, что тревога и депрессия могут быть связаны с функциями печени. Фактически, микробиом может влиять на тревогу и депрессию через ось кишечник-мозг, а связь микробиоты кишечника и депрессии, по-видимому, связана с функцией печени. Бактериальная микробиота кишечника и их метаболиты, такие как липополисахариды и щелочная фосфатаза, являются общими биохимическими сигналами, возникающими на оси кишечник-печень-мозг [50].Эти бактериальные метаболиты могут проникать в печень через воротную вену, что приводит к воспалению и повреждению печени [51]. Более того, некоторые вредоносные бактерии и их продукты могут вызывать воспаление в головном мозге через кровообращение и через каскад цитокинов, тем самым модулируя несколько мозговых процессов, влияющих на физиологические и психологические процессы [16].

    Кроме того, низкое потребление белка или снижение абсорбции и синтеза белка, оба из которых могут снизить общий белок и альбумин в сыворотке, и это изменение может косвенно привести к тревоге, депрессии и другим психическим заболеваниям.Наше предположение основано на представлении о том, что снижение уровня белка в сыворотке может привести к снижению синтеза и секреции нейроэндокринных факторов, таких как серотонин и мозговой нейротрофический фактор (BDNF), которые, как было показано, связаны с отрицательными эмоциями [52]. Это может также поддерживать возможность регуляции оси мозг-кишечный-печень. Кроме того, в других исследованиях было показано, что некоторые биохимические маркеры, такие как цистеин, фолиевая кислота (витамин B9) и витамин B12, изменяются у пациентов с тревогой или депрессией.Однако существенных различий в нашем исследовании обнаружено не было. Это может быть связано с различиями в типах заболеваний и инструментах измерения.

    В этом исследовании частота правильного распознавания психосоматических расстройств у стационарных больных китайскими специалистами по пищеварению составила 15,2%, что ниже, чем у непсихиатрических врачей в США [53, 54]. В материковом Китае большое количество пациентов с заболеваниями органов пищеварения имеют высокий уровень коморбидности тревоги и депрессии. Но уровень распознавания психологических проблем пациентов специалистами по пищеварению очень низок.Кроме того, мы также обнаружили, что стационарные пациенты отделения гастроэнтерологии плохо распознают собственные психосоматические расстройства и не желают получать соответствующее лечение. Пациенты часто отождествляли тревогу и депрессию с традиционными психическими расстройствами и испытывали чувство стыда. Это одна из причин, по которой пациенты охотно обращались к врачам общих отделений, таких как отделение гастроэнтерологии, а не в психологический консультационный центр или к психиатру. Поэтому необходимо усилить пропаганду и просвещение среди больных в повседневном лечебно-сестринском процессе, информировать больных об их заболеваниях, усилить психологическое консультирование.Следует также усилить непрерывное образование специалистов по пищеварению. Наличие тревожно-депрессивного расстройства не только влияет на качество жизни пациентов и терапевтический эффект, но и отнимает много медицинских ресурсов. Поэтому очень важно улучшить способность специалиста по пищеварению распознавать тревожно-депрессивное расстройство и улучшить понимание пациентом болезни и степень координации психотерапии.

    Таким образом, наше исследование показало, что среди госпитализированных больных в отделение гастроэнтерологии пациентки с низким уровнем образования, нарушениями сна, нарушениями питания и сниженным качеством жизни имели высокий риск развития тревоги и депрессии.Врачам желудочно-кишечного тракта необходимо сосредоточиться на психологических исследованиях этого типа пациентов, улучшить способность распознавать психологические отклонения у пациентов с заболеваниями органов пищеварения и как можно раньше проводить психологическое или медикаментозное вмешательство у пациентов с психическими расстройствами, чтобы избежать некоторых негативных последствий.

    Доступность данных

    Мы предоставляем все основные данные в таблицах рукописи.

    Конфликт интересов

    Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

    Вклад авторов

    LF и XL отвечали за концепцию и дизайн. LF и XL отвечали за руководство исследованием. ZL и LF отвечали за разработку и методологию. ZL, LF, XG и JJ отвечали за сбор данных. ZL и LF отвечали за анализ и интерпретацию данных. ZL и LF отвечали за административную, техническую или материальную поддержку. ZL и LF отвечали за написание рукописи. Лицзюань Фэн и Цзычунь Ли внесли одинаковый вклад в эту работу.

    Благодарности

    Эта работа была поддержана Национальным управлением естественных наук Китая (NSFC 81770584 и NSFC 81570504) и Комиссией по плану научных исследований здравоохранения и планирования семьи провинции Хунань (C20180490).

    Психосоциальные факторы, психические заболевания и функциональные желудочно-кишечные расстройства: историческая перспектива – Полный текст – Digestion 2010, Vol. 82, No. 4

    Недавно стала доступной новая классификация функциональных желудочно-кишечных расстройств (ФЖР), основанная на консенсусе экспертных комитетов («Римский процесс III»).Широко признано, что эти частые расстройства, хотя их патофизиология остается не до конца изученной, являются результатом сложного взаимного взаимодействия между биологическими, психологическими и социальными факторами, которые могут быть предрасполагающими, ускоряющими и/или закрепляющими. Коморбидность с психическими расстройствами, особенно расстройствами настроения и тревожными расстройствами, высока. Современные эпидемиологические, психофизиологические и функциональные нейровизуализационные исследования частично прояснили механизмы, лежащие в основе взаимосвязи между когнитивно-аффективными процессами, с одной стороны, и функцией ЖКТ и сообщением о симптомах, с другой.Цель этой статьи — предоставить неполный исторический обзор литературы по ФГИР до середины 20-го века, с особым акцентом на роль психосоциальных факторов и сопутствующих психиатрических заболеваний. Из этого обзора мы можем сделать вывод, что многие знания, ставшие доступными в последнее время благодаря современной исследовательской методологии, также можно найти в исторической литературе по психосоматике и нейробиологии, хотя, очевидно, они менее эмпирически обоснованы. Это обеспечивает дополнительную поддержку интегративного междисциплинарного биопсихосоциального подхода к ФГИР.

    © 2010 S. Karger AG, Базель

    Введение

    Уже давно известно, что эмоции могут сильно влиять на сенсомоторную функцию желудочно-кишечного тракта (ЖКТ). Большинство людей испытывают изменения в функции ЖКТ во время стресса или эмоционального возбуждения, что может привести к симптомам и консультациям с врачом. Это знание «народной психологии» отражено в медицинской литературе, а также в повседневном языке («бабочки в животе», «узел в кишках» и т. п.).

    Медицина двадцать первого века и ее специализации по-прежнему часто сталкиваются с симптомами или синдромами, для которых невозможно найти патофизиологическое объяснение даже после обширных технических исследований. В этих случаях широко используется термин «функциональные соматические синдромы» [1,2,3]. Современная область психосоматической медицины изучает сложные взаимные отношения между психологическими процессами, физиологическими функциями и симптомообразованием. «Взаимность» подразумевает двусторонние взаимодействия и, следовательно, не может быть сведена к «психосоматике» (от психики к соме), но также должна учитывать «соматопсихические» (от сомы к психике) отношения.

    Функциональные желудочно-кишечные расстройства (ФЖР), наиболее известные из которых функциональная диспепсия (ФД) и синдром раздраженного кишечника (СРК), занимают видное место среди этих «функциональных соматических синдромов» вместе с синдромом хронической усталости и фибромиалгией, с которыми они часто пересекаются [1]. 1,2,4]. ФГИР являются частыми расстройствами, патофизиология которых до конца не изучена [5]. Комитеты экспертов недавно опубликовали согласованный отчет по FGID, включая обновленную систему классификации, известную как «Римские критерии III» [5].Считается, что психосоциальные факторы влияют на сенсомоторную функцию желудочно-кишечного тракта и/или генерацию симптомов при ФЖИР в качестве предрасполагающих, провоцирующих или закрепляющих факторов; часто встречается коморбидность с психическими расстройствами, в основном расстройствами настроения или тревожными расстройствами (рис. 1) [6,7,8]. Современные эпидемиологические, психофизиологические и исследования функциональной визуализации мозга частично прояснили механизмы, посредством которых эти психосоциальные факторы могут воздействовать на функцию или симптоматику ЖКТ [6,7,9,10], хотя точная природа их взаимосвязи остается предметом споров.«Ось мозг-кишка» может быть концептуализирована как система двунаправленной связи между желудочно-кишечным трактом (с его энтеральной нервной системой) и мозгом (центральной нервной системой) посредством (автономных) нервных, нейроиммунных и нейроэндокринных путей. Таким образом, когда функция кишечника нарушена, причина этого нарушения может быть обнаружена в самом желудочно-кишечном тракте или в модуляторном входе от центральной нервной системы через ось мозг-кишка [7,9,10,11,12,13]. .

    Рис. 1

    Биопсихосоциальная концепция ФГИР.Адаптировано из Дроссмана [5] с разрешения.

    Целью данной статьи является обзор давней истории психосоматических исследований в гастроэнтерологии с первой половины 19-го до середины 20-го века, включая данные ранней висцеральной сенсорной и аффективной нейронауки. Обзор более поздних исследований по этой теме выходит за рамки данной статьи; недавние отличные обзоры доступны в другом месте [6,11,12,14,15]. Тем не менее, исторические свидетельства, рассмотренные здесь, будут по возможности связаны с современными находками на протяжении всей статьи.Соответствующая историческая литература была собрана с помощью поиска в PubMed, PsycInfo и JSTOR (включая перекрестные ссылки). Другим важным источником информации о литературе 19 и начала 20 веков был учебник по психосоматике под названием Эмоции и телесные изменения, изд. 2 Фландерса Данбара [16]. Более поздние книги О. Кэмерона [17] и Г. Адама [18] были ценными источниками данных восточноевропейских психофизиологических исследований, большинство оригинальных источников которых недоступны на английском языке.

    Важно отметить, что этот исторический обзор не претендует на полноту охвата. Например, мы решили не включать подробное обсуждение интересной истории параллельных исследований роли серотонина в энтеральной и центральной нервной системах (что само по себе потребовало бы почти полной статьи), хотя это явно может иметь отношение к коморбидность ФГИР и психических расстройств. Несколько открытий, сделанных в 1950-х годах (влияние галлюциногенного препарата ЛСД как на функцию мозга, так и на периферические рецепторы серотонина, депрессогенные свойства антигипертензивного средства, истощающего серотонин, резерпина, случайное открытие антидепрессивных свойств первых ингибиторов моноаминоксидазы)…) повышенный интерес к роли серотонина в регуляции как настроения, так и сенсомоторной функции кишечника [19,20,21]. С тех пор это стало предметом огромных исследовательских усилий, которые многое узнали о нейрофизиологии регуляции настроения и функции кишечника по отдельности, но, к сожалению, довольно мало о взаимодействии между ними. Например, до сегодняшнего дня остается неясным, облегчают ли (серотонинергические) антидепрессанты симптомы ФЖИР посредством их центрального или периферического действия.

    «Отец физиологии желудка»: Уильям Бомонт

    Алексис Сен-Мартен был солдатом, получившим огнестрельное ранение в эпигастральной области, через которое можно было наблюдать слизистую оболочку желудка. Его лечил хирург американской армии Уильям Бомонт, и он полностью выздоровел, но желудочный свищ остался незакрытым. Пациент оставался под наблюдением Бомонта в течение многих лет, что дало ему первую возможность изучить пищеварение человека in vivo , , что принесло ему титул «отца физиологии желудка» [22].Бомонт в первую очередь интересовался физиологией как таковой, но время от времени имел возможность наблюдать влияние эмоций на функцию желудка, в основном секрецию. Он писал, например: «Этот эксперимент показывает действие сильной страсти на пищеварительный аппарат. Считалось, что наличие желчи является следствием гнева. При здоровом состоянии желудка и уравновешенном настроении это вещество редко обнаруживается в желудке. Когда это обнаруживается, за исключением особых обстоятельств диеты, это обычно может рассматриваться как указание либо на психическое, либо на телесное заболевание, и может рассматриваться как чужеродное и оскорбительное вещество в этом органе» [[22], с.149]. Эта цитата является первой ссылкой в ​​литературе на идею о том, что нарушение функции желудка может быть результатом либо периферических (ЖКТ), либо центральных (эмоции) механизмов. Это соответствует существующей концепции оси мозг-кишка, как указано выше. Нам неизвестны современные исследования влияния эмоций на желудочную секрецию, но недавно было показано, что тревога влияет на сенсомоторную функцию желудка в норме [23] и БФ [24].

    Теории эмоций Джеймса-Ланге и Кэннона-Барда и их значение для психосоматики в гастроэнтерологии

    В 1880-х годах «отец американской психологии» Уильям Джеймс (рис.2), а датский врач-психолог Карл Ланге сформулировал аналогичную теорию эмоций, независимых друг от друга [25,26]. Эта теория остается очень влиятельной до сегодняшнего дня, с (нейробиологической) поддержкой, предоставленной Дамасио и другими [27,28,29,30,31,32]. Основная идея теории заключается в том, что эмоциональные стимулы автоматически вызывают телесные изменения, и что именно обратная связь этих телесных изменений с мозгом определяет чувство эмоции [25,26,28,33]. Это, вероятно, лучше всего иллюстрирует следующая классическая цитата из Джеймса: «Наш естественный способ думать об этих стандартных эмоциях состоит в том, что ментальное восприятие некоторого факта возбуждает умственную привязанность, называемую эмоцией, и что это последнее состояние ума порождает телесное выражение.Мой тезис, напротив, состоит в том, что телесные изменения следуют непосредственно за восприятием возбуждающего факта, и что наше ощущение тех же самых изменений, когда они происходят, ЯВЛЯЕТСЯ эмоцией». [[25], стр. 189–190].

    Рис. 2

    Уильям Джеймс, 1890-е годы (портрет Монтгомери Сирса) [из: Письма Уильяму Джеймсу от различных корреспондентов и альбом фотографий (MS Am 1092). Библиотека Хоутона, Гарвардский университет. Воспроизведено с разрешения.

    Великий гарвардский физиолог Уолтер Кэннон в конце 1920-х годов сформулировал влиятельное критическое исследование теории Джеймса-Ланге.Важность телесной обратной связи в генерации и регуляции эмоций была поставлена ​​под сомнение на основании нескольких линий экспериментальных данных, полученных Кэнноном, в основном в сотрудничестве с Филипом Бардом [[34,35,36], цитируется в [28,33]]: децеребрированные животные все еще выражали сильные эмоции, измерения вегетативной нервной системы не могли различать основные эмоции, телесная обратная связь считалась слишком медленной, чтобы быть конститутивной для эмоций, а внешняя (химическая) индукция телесных реакций была недостаточной для того, чтобы вызвать эмоции.Однако недавние исследования опровергли некоторые аргументы Кэннона против теории эмоций Джеймса-Ланге [37,38,39]. Кэннон и Бард представили влиятельную альтернативную теорию, утверждающую, что эмоции генерируются в подкорковых областях мозга, особенно в гипоталамусе. Телесные изменения, вызванные изменениями в этих областях, рассматриваются как побочный продукт, а не как составляющая эмоций. Считалось, что кора подавляет гипоталамус, основываясь на наблюдениях за децеребрированными кошками, демонстрирующими неконтролируемую ярость [34,35,36].

    Актуальность этих теорий для психосоматических исследований ФГИР двояка. Во-первых, противоречивые теории эмоций были параллельны столь же контрастирующим представлениям о направлении взаимосвязи между желудочно-кишечным трактом и нервными/психологическими нарушениями (см. параграф ниже) [16]. Во-вторых, теория Джеймса-Ланге предоставила первое теоретическое объяснение влияния телесных, особенно внутренних, сигналов на психологические состояния, такие как эмоции, идея, которая вновь обрела влияние в последние 20 лет после упадка в течение нескольких десятилетий, вызванного в основном по критике Кэннона.Теория Кэннона-Барда, с другой стороны, представляла собой первую попытку идентифицировать мозговые механизмы психосоматических взаимодействий.

    Связь между психическими и желудочно-кишечными расстройствами в 19-м и начале 20-го века: курица или яйцо?

    Представление о тесной связи между психопатологией и желудочно-кишечными расстройствами было широко распространено в медицинском сообществе XIX века. Однако было много споров и путаницы по поводу направления отношений.Хотя современные исследования убедительно свидетельствуют о двунаправленной связи, этот вопрос до сих пор полностью не решен [5,12].

    Первая линия мысли, представленная, в частности, Флемингом (1845), ван дер Колком (1863), Альтом (1892) и Робертсоном (1902), считала расстройство ЖКТ причиной психопатологии («соматопсихического» механизм ). Робертсон, например, предложил теорию меланхолии как желудочно-кишечной аутоинтоксикации («кишечная меланхолия») [все цитируется в [16]].

    Альтернативой было рассматривать желудочно-кишечные расстройства как следствие психологических расстройств ( «психосоматический» механизм). Leube (1879) был первым, кто ввел термин «нервная диспепсия», тогда как Stiller (1884) отдавал предпочтение термину «психогенная диспепсия» [оба цитируются в [16]]. Эту идею, в том числе основанную на «народной психологии», лучше всего иллюстрирует следующая цитата из Стиллера: «То, что у людей возникают желудочные расстройства после финансовых потерь и они страдают от них до тех пор, пока их финансовое положение не улучшится, является повседневным опытом». [цитируется по [16]].Он подсчитал, что 60-70% пациентов, обратившихся за консультацией по поводу желудочных симптомов, страдали «нервной/психогенной диспепсией» [16], что близко к нынешним оценкам (40-60%) [8,12]. Лейден был первым, кто продемонстрировал нормальную моторику и секрецию желудка при «нервной диспепсии» [цитируется в [16]]; это понятие «симптомы, возникающие, как считается, в гастродуоденальной области, при отсутствии каких-либо органических … признаков» до сих пор остается ядром определения БФ [40]. Ряд авторов конца 19 – начала 20 века подчеркивали и изучали роль психосоциальных факторов в «нервной диспепсии», как описано в книге Дрейфуса [[41], цит. по [16]].Он завершает свою книгу главой о предполагаемой гетерогенности «нервной диспепсии» [[41], цитируется в [16]]. Эта идея неоднородности все еще широко распространена сегодня, даже если был достигнут некоторый прогресс в попытках идентифицировать подгруппы внутри FGID [6, 12, 24, 40]. Rosenbach (1879) описал случаи диспепсии после эмоционального шока («эмоциональная диспепсия») [цитируется в [16]], что удивительно согласуется с недавней литературой о высокой распространенности травм и сопутствующих заболеваний с посттравматическим стрессовым расстройством при ФЖИР [6,7, 42,43,44].Strümpell (1902) считал, что большинство случаев «нервной диспепсии» были вторичными по отношению к психологическим изменениям; поэтому он предпочитал термин «психогенная диспепсия» . Он пытался найти доказательства этой гипотезы в тщательном анамнезе и психиатрическом обследовании, в основном подчеркивая роль тревоги как первичного фактора, а не вторичного результата желудочно-кишечного расстройства: «Не желудочная болезнь делает пациента ипохондриком, а ипохондрия вызывает расстройство желудка» [цит. по [16]].Это во многом согласуется с недавними исследованиями роли тревоги в ФГИР [23,24,43,45,46]. Strümpell также упомянул эффект психотерапии при желудочных заболеваниях в качестве аргумента в пользу роли психологических факторов, что замечательно согласуется с современными исследованиями влияния психотерапии на ФЖИР [6,8,46,47,48,49,50].

    С тех пор велись значительные споры о концепции «нервной диспепсии» как клинической единицы даже среди сторонников «психосоматической» гипотезы.Ewald (1884), а также Charcot и Bouveret рассматривали диспепсические явления как часть более широкого синдрома неврастении или истерии, хотя оно может быть в ряде случаев единственным симптомом таких неврозов. Лучше всего это иллюстрирует следующая цитата Бувре: «Склонность локализовать начало неврастении (т. е. и нервной диспепсии) в больном желудке напоминает старую ошибку патологоанатомов, долгое время приписывавших истерию нарушениям. в матке или яичниках» [цит. по [16]].Следует отметить, что вопрос о коморбидности ФСС, в том числе ФГИР, и вопрос о том, являются ли они проявлениями общих психологических процессов, остаются нерешенным и широко дискутируемым до настоящего времени [1,4,6,8,12,51].

    Взлет (и падение?) психоанализа в психосоматической медицине

    Когда в конце XIX века возник психоанализ, он быстро завоевал влияние в психиатрии и психосоматике; это влияние длилось долго в 20 веке и, хотя и менее выражено, даже до сих пор.Одним из важных достижений психоаналитической мысли в психосоматической медицине является ее акцент на (бессознательных) психологических процессах и их влиянии на телесные симптомы, акцент на интрапсихических конфликтах или неврозах, которые, как предполагается, вызывают длительные состояния эмоционального возбуждения, которые, в свою очередь, вызывают телесные симптомы или симптомы. привести к повышенной восприимчивости к заболеваниям. Согласно психоаналитической теории телесные симптомы имеют защитно-экспрессивное значение и могут быть интерпретированы как метафоры, посредством которых пациент выражает эмоциональное неблагополучие или психический конфликт [52].Эта идея отражена в термине «символика органов» [[53], цитируется в [16]].

    Ясно, что психоанализ побудил медицину взглянуть на человека в целом, а не на симптомы, которые, как считается, происходят из одной изолированной системы органов. Психоаналитик Франц Александер пытался найти компромисс между физиологией и теорией Фрейда и пытался построить конкретные психологические модели для конкретных болезней. Он проводил различие между классической конверсионной истерией, с одной стороны, и тем, что он называл «органными неврозами», например пептической язвой, с другой.Он определил «органные неврозы» как нарушения органической функции, физиологически контролируемые вегетативной нервной системой, и призвал принять во внимание автоматические физиологические механизмы, которые в значительной степени контролируют выражение эмоций, когда организм реагирует на стрессовые стимулы [54,55]. Эта ссылка на стрессовые системы и вегетативную нервную систему как на медиаторов психосоматических влияний остается весьма актуальной и сегодня, поскольку в современных нейробиологических исследованиях появляется все больше доказательств в пользу этой гипотезы [12,56].

    Однако, верный психоаналитической традиции, Александер также определил специфические бессознательные желания и детские желания (например, бессознательное желание быть накормленным) среди «психических стимулов», которые, по его словам, ускоряют специфические цепочки физиологических реакций и, в конечном счете, специфические соматические заболевания (рис. 3) [55]. Это исследование страдало от двух основных проблем. Во-первых, методологические проблемы препятствовали операционализации и оценке бессознательных механизмов или интрапсихических конфликтов.Во-вторых, фрагментарность знаний о биологии этих болезней в то время привела к чрезмерному акценту на психологических факторах в болезнях, которые впоследствии оказались преимущественно инфекционными или воспалительными по своей природе, как, например, язвенная болезнь и астма.

    Рис. 3

    Схематическое изображение психологической специфики этиологии язвенной болезни по Александру. Перепечатано из книги «Психосоматическая медицина: ее принципы и приложения» Франца Александра. Copyright© 1987, 1950, В.W. Norton & Company, Inc. Используется с разрешения издателя W.W. Norton & Company, Inc.

    Тем не менее, психодинамическое понимание функциональных симптомов может оставаться клинически полезным в сочетании с другими моделями. Изучение экспрессивных и защитных аспектов функциональных симптомов помогает нам разговаривать с нашими пациентами и понимать их, а также то, как они бессознательно отрицают или избегают развития личной автономии и ответственности, сексуального развития или активности (защитные аспекты; усиление первичной болезни) или выражают бессознательные желания лелеять и лелеять или оставаться зависимым.

    Уолтер Б. Кэннон и Иван Павлов: пионеры психофизиологических исследований

    Влияние Уолтера Б. Кэннона (рис. 4, с Павловым) на психосоматику трудно переоценить. Кэннон был примерно в то же время, что и Павлов в России, одним из пионеров методологически обоснованных психофизиологических исследований. Его значение для настоящей темы двоякое. Во-первых, он был первым, кто сформулировал идею взаимного взаимодействия между функцией/симптомами желудочно-кишечного тракта, с одной стороны, и психологическими факторами, с другой, тем самым избегая контрпродуктивной дискуссии о курице или яйце, описанной выше: «Эмоциональное расстройство, затрагивающее пищеварительный канал, является способен запустить порочный круг; застоявшаяся пища, незащищенная обильным соком, естественным образом подвергается бактериальному брожению с образованием газов и раздражающих продуктов разложения.Они, в свою очередь, могут вызывать легкое воспаление или всасываться в виде веществ, нарушающих обмен веществ, и таким образом влиять на психическое состояние…» [[57], цит. в [16]]. Эта идея о реципрокном биопсихосоциальном взаимодействии как конституирующем ФГИР остается в силе до сегодняшнего дня и прямо изложена в консенсусных отчетах экспертов Рима III [5,6]. Вторая причина ключевой роли Кэннона в психосоматике желудочно-кишечного тракта, а именно его акцент на физиологическом изучении влияния психологических процессов (которые могут быть в значительной степени бессознательными) и роли вегетативных, непроизвольных реакций, лучше всего отражена в его следующей цитате: Важно избегать, насколько это возможно, первоначальных состояний беспокойства и беспокойства и не допускать чрезмерного преобладания горя, гнева и других бурных эмоций, так как неуловимые изменения, вызванные этими эмоциональными нарушениями, не осознаются, и ясно известны исключительно благодаря физиологическим исследованиям…’ [[57], цит. по [16]]. Еще в 1909 году Кэннон был убежден во влиянии психологических факторов на двигательную функцию ЖКТ через вегетативную нервную систему, что подтверждается недавними исследованиями [23, 58, 59]: «…перистальтика желудка и кишечника прекращается в человека, как у низших животных они останавливаются беспокойством, тревогой и основными аффективными состояниями. Действительно, чувство тяжести в эпигастрии, на которое обычно жалуются нервные люди, может быть связано с застоем пищи…’ [[57], цит. по [16]].

    Рис. 4

    Уолтер Б. Кэннон и Иван Павлов на Международном физиологическом конгрессе, 1929 г. Воспроизведено с любезного разрешения Гарвардской медицинской библиотеки в Медицинской библиотеке Фрэнсиса А. Каунтуэя.

    В начале 20-го века Иван Павлов и его сотрудники в его лаборатории (прежде всего К.М. Быков) изучали систему ЖКТ в своих основополагающих экспериментах по тому, что позже стало известно как классическое обусловливание. Уже давно известно, что желудочно-кишечный раздражитель может служить как условным, так и безусловным стимулом в классических парадигмах обусловливания, или что условный ответ может быть висцеральным [[60], цит. в [17]; [61], цит. по [17]; [62], цит. в [17], [18]] и [[53], цит. в [16]].Аверсивное обучение с помощью висцерального безусловного стимула (например, тошноты) является общеизвестно быстрым и надежным, как известно в «народной психологии» [17,18]. Интересно, что Павлов выдвинул гипотезу о существовании в мозгу корковых «анализаторов», обрабатывающих висцеральную сенсорную информацию. Более того, он считал, что эти области мозга играют ключевую роль в интероцептивном обусловливании [17]. Хотя более поздние собственные исследования Павлова, а также современные нейрофизиологические исследования показали, что подкорковые структуры, получающие висцеральные афферентные импульсы, включая ядра моста (ядра солитарного тракта, парабрахиальные ядра), гипоталамус и миндалевидное тело, также участвуют в интероцептивном обусловливании [17,18]. ,28], недавние исследования подтвердили важность областей коры (среди прочего, передней поясной коры) в формировании ощущений в ЖКТ [63].Однако роль подкорковых структур указывает на то, что большинство интероцептивных процессов кондиционирования могут протекать бессознательно.

    «Пациент в целом»

    В течение 1920-х и 1930-х годов упор делался на изучение пациента в целом, а не на изолированную систему органов, из которой, как считалось, возникают симптомы, идея, которую снова можно найти в настоящее время. Рим III сообщает [5,6]. Следующая цитата Р.С. Боулз, который также был одним из первых, кто использовал термин «функциональные расстройства», иллюстрирует это положение: «К сожалению, научный прогресс был настолько драматичен, что изучение болезни затмевает изучение пациента…… современный клиницист концентрирует свои усилия на поиске чего-то органически неправильного; и если их лучшие усилия не вознаграждаются, интерес к пациенту ослабевает; его просто называют невротиком…» [[64], цит. по [16]]. Несмотря на то, что это довольно сильно, это звучит, несомненно, знакомо современным клиницистам как в психиатрии, так и в гастроэнтерологии, поскольку отсутствие медицинского объяснения все еще слишком часто приравнивается к «психогенному» происхождению симптомов, что приводит к ненадлежащему направлению к специалистам в области психического здоровья.

    Г. С. Стивенсон, однако, признает, что внедрение этой идеи работы с пациентом в целом в повседневную практику сталкивается с некоторыми серьезными трудностями: «Есть два набора фактов о пациенте, которые кажутся поддающимися изоляции и изучению: мотив пациент, вовлеченный в поиск помощи, и эмоциональные проблемы пациента, вовлеченные в его жалобы и болезни» [[65], цитируется в [16]]. Дискуссия о взаимосвязи между психическими сопутствующими заболеваниями и поведением, направленным на обращение за помощью, продолжается до сих пор [10,66].

    Психосоматические исследования в гастроэнтерологии в начале ХХ века

    Р. Шиндлер, помимо обсуждения ряда механизмов, с помощью которых психологические процессы могут влиять на желудочно-кишечные симптомы, дает определение, которое до сих пор удивительно актуально: «Психоневрозы желудочно-кишечного тракта». являются нарушения его органной функции в результате участия психических факторов при отсутствии анатомических изменений» [[53], цит. в [16]].

    Исследования в начале 20-го века были сосредоточены на психологических состояниях, вызванных гипнотическим внушением у здоровых добровольцев, а также на изучении секреции и двигательной функции ЖКТ (в основном с помощью рентгеноскопии после приема пищи с барием) у пациентов, страдающих психическими расстройствами, включая шизофрению и маниакальные состояния. депрессивный психоз» (наиболее точно соответствующий биполярному расстройству I в DSM-IV) [16,67].Например, при внушении аверсивной пищи наблюдалось полное прекращение гастродуоденальной перистальтики, а при внушении отвращения вызывались обратные сокращения желудка [[68], цит. в [16]]. Сообщения об успешном лечении болей в животе и запоров с помощью гипнотического внушения были опубликованы еще в 1925 г. [[69], цит. в [16]], а недавние исследования возродили интерес к гипнотерапии как средству лечения СРК [70].

    Рассвет висцеральной сенсорной и аффективной нейронауки: P.MacLean and G. Ádám

    Покойный Пол Маклин был первым, кто после плодотворных усилий Кэннона, изложенных выше, сформулировал всестороннюю теорию мозговых механизмов, связывающих эмоции и внутренние функции. В знаменательной статье [71] Маклин развил более ранние работы Джеймса, Кэннона и Барда (см. выше), а также влиятельную теорию эмоций, сформулированную Джеймсом Папесом [72]. Суть ее теории заключается в том, что как переживание, так и выражение эмоций являются результатом ассоциации и корреляции внутренних и внешних стимулов в филогенетически старом мозге (названном «висцеральным мозгом» и позднее «лимбической системой» ). по Маклину).Это обеспечивает первую всестороннюю нейробиологическую основу, объясняющую тесную связь между эмоциями и висцеральными функциями в мозге. «Висцеральный мозг» был определен Маклином на основе его анатомического расположения на границе между интероцептивной и экстероцептивной системами [71]. Он состоял, среди прочего, из миндалевидного тела, гиппокампа, поясной извилины, ствола мозга и гипоталамуса (рис. 5) [71], областей, которые, как недавно было показано, участвуют в висцеральных ощущениях, а также в эмоциях с помощью исследований функциональной визуализации мозга [11]. ,27,28,33].Таким образом, теория Маклина оказалась поистине дальновидной, учитывая очень ограниченные технические возможности для изучения функций мозга в то время, когда она была сформулирована.

    Рис. 5

    Схематический обзор «висцерального мозга» Пола Маклина. Из Dalgleish [33], оригинал в MacLean [71].

    Еще одним новаторским, хотя и несколько забытым исследователем в области висцерального восприятия является венгерский врач-физиолог-психолог Дьёрдь Адам. Его знание славянских языков, а также английского дало ему уникальную возможность включить в свои исследования свидетельства как русской, так и американской психофизиологической традиции.Адам начал свои исследования в конце 1950-х, в период расцвета бихевиоризма. Следовательно, висцеральное восприятие и влияние висцеральных сенсорных сигналов на эмоции и познание считались слишком расплывчатыми и субъективными для научного изучения, но Адам не согласился с этим. Одним из ее центральных моментов является то, что висцеральные афферентные сигналы, помимо того, что они прочно укоренены в органном гомеостазе, также глубоко влияют на высшие биологические и психологические функции человека, однако не достигая сознательного осознания [18].Адам писал еще в 1967 году: «Опираясь на наши экспериментальные данные, мы предполагаем, что интероцептивные импульсы составляют важный афферентный канал к кортикальным, лимбическим и мезэнцефальным структурам, управляющим эмоциональными реакциями. Эти висцеральные сигналы, по-видимому, значительно влияют на поведение как человека, так и животных, хотя они лишь изредка осознаются человеком» [[73], перепечатано в [18]]. В своем очень интересном обзоре, опубликованном в 1998 году, он добавляет: «… мы уже знали о разнообразных средствах, с помощью которых висцеросенсорная информация может инициировать или модифицировать эмоциональные реакции, и даже о возможности того, что продолжающееся эмоциональное поведение может изменить эффективность висцероцептивных сигналов». [18].Мы можем только добавить, что за 10 лет, прошедших с тех пор, функциональная томография мозга показала, что идеи Адама, сформулированные в 1960-х годах, были поистине дальновидными.

    Заключение

    Удивительно, как много исторических данных как психосоматических, так и нейробиологических исследований о взаимосвязи между психическими и желудочно-кишечными расстройствами остается актуальным в нынешнюю эпоху висцеральной сенсорной и аффективной нейронауки. Хотя современные методы исследования, включая функциональную визуализацию мозга, в некоторой степени прояснили механизмы, лежащие в основе этой взаимосвязи, ее точная природа остается не до конца понятной.Однако мы считаем, что этот исторический обзор предоставляет важные доказательства в пользу интегративного биопсихосоциального подхода к ФГИР. Великий греческий философ Платон и его учитель Сократ уже почти 2500 лет назад были убеждены в необходимости целостного подхода ко всем болезням: «Как не следует пытаться лечить глаза без головы или голову без тела, так не следует лечить тело без души» [Сократ, цит. по [16]]. Медицине двадцать первого века, несмотря на все технические достижения, все еще нужно учиться у них.

    Авторское право: Все права защищены. Никакая часть данной публикации не может быть переведена на другие языки, воспроизведена или использована в любой форме и любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись, микрокопирование или любую систему хранения и поиска информации, без письменного разрешения издателя. .
    Дозировка препарата: авторы и издатель приложили все усилия, чтобы гарантировать, что выбор препарата и дозировка, указанные в этом тексте, соответствуют текущим рекомендациям и практике на момент публикации.Тем не менее, в связи с продолжающимися исследованиями, изменениями в правительственных постановлениях и постоянным потоком информации, касающейся лекарственной терапии и реакций на лекарства, читателю настоятельно рекомендуется проверять вкладыш в упаковке для каждого лекарства на предмет любых изменений в показаниях и дозировке, а также для дополнительных предупреждений. и меры предосторожности. Это особенно важно, когда рекомендуемый агент является новым и/или редко используемым лекарственным средством.
    Отказ от ответственности: заявления, мнения и данные, содержащиеся в этой публикации, принадлежат исключительно отдельным авторам и участникам, а не издателям и редакторам.Появление рекламы и/или ссылок на продукты в публикации не является гарантией, одобрением или одобрением рекламируемых продуктов или услуг или их эффективности, качества или безопасности.

  • Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.